автордың кітабынан сөз тіркестері Власть в погонах: Военные режимы в современном мире
ренд Лейпхарт, назвал систематической сравнительной иллюстрацией. Соответствующая исследовательская практика появилась, конечно, задолго до концептуализации Лейпхарта. Непревзойденным по сей день примером остается, на мой взгляд, книга Мориса Дюверже «Политические партии
как раз российскому политическому руководству отнюдь не свойственно пренебрежение тенденцией к росту их числа. Африканские страны, где такие режимы установились за последнее десятилетие, — Буркина-Фасо, Гвинея, Мали, Нигер — вошли в число наиболее близких, привилегированных внешнеполитических партнеров России. Некоторые страны, где военные режимы существуют уже давно, — Алжир, Египет, Конго-Браззавиль, Судан, Экваториальную Гвинею — можно охарактеризовать как старых друзей. Причин у такой дружбы несколько, и это не только экономическое проникновение России в Африку, которое лишь косвенно обусловлено политическими особенностями отдельных стран. Важнее то, что военные режимы этих стран обычно состоят в сложных отношениях с США и бывшими колониальными метрополиями, а зачастую и с соседями, находя в России вполне приемлемую альтернативу с точки зрения военно-политического сотрудничества.
Я определяю военный режим так: «Режим, при котором власть в общенациональном масштабе или решающее влияние на национальный процесс принятия основных политических решений приобретается структурами, способными к легитимному применению вооруженного насилия, удерживается этими структурами и передается внутри совокупности этих структур».
мужчин заставляли отказываться от европейского костюма в пользу так называемого абакоста, что должно было символизировать разрыв с колониализмом. Ничего специфически африканского в абакосте не было. Больше всего он походил на френч Мао Цзэдуна. Ныне подобным образом одевается российский телеведущий Владимир Соловьев.
Неформальная институционализация военных режимов помогает решить важную для них проблему интеграции гражданской бюрократии в новую структуру управления, которую надо создать после переворота.
В современных социальных науках такая ситуация описывается с помощью простой модели, известной как теория принципал-агента. Согласно этой теории, лицо, выполняющее поручение (агент), хотя и находится ниже начальника (принципала) в управленческой иерархии, владеет большей информацией и может пользоваться ею как в интересах принципала, так и в собственных. Эта проблема не может быть решена сугубо организационными средствами. Необходима система культурных установок — как в гражданском обществе, так и у самих военных, — которая удерживала бы их от действий, направленных сугубо на удовлетворение собственных интересов (от элементарной коррупции до прямого захвата власти).
Армия стала важным социальным лифтом. Более отчетливо, чем в Азии, это проявилось в африканских колониях — как британских, так и французских (особенно французских). Армия открывала для выходцев из беднейших слоев населения путь к офицерскому званию, а значит, к такому социальному статусу, которого иначе они никогда не смогли бы достичь. Как только они начали воспринимать армию в качестве института будущей национальной государственности, оставалось сделать лишь шаг к отказу от лояльности старым элитам.
Обычно бюрократия определяется как имеющая три основные характеристики. Во-первых, она иерархична, то есть имеет пирамидальное устройство, за каждым уровнем которого закреплены четко определенные сферы компетенции по принципу разделения труда. Во-вторых, эта иерархическая структура носит профессиональный характер. Каждый отдельный бюрократ осуществляет свою деятельность на оплачиваемой основе, причем уровень оплаты труда определяется эффективностью при решении управленческих задач, а также успешным продвижением по иерархической карьерной лестнице. В-третьих, бюрократия функционирует на безличной основе, то есть опирается на правила, а не на произвольные решения, даже если они целесообразны для выполнения отдельных задач.
Я определяю военный режим так: «Режим, при котором власть в общенациональном масштабе или решающее влияние на национальный процесс принятия основных политических решений приобретается структурами, способными к легитимному применению вооруженного насилия, удерживается этими структурами и передается внутри совокупности этих структур».
Политические режимы — это, в самом кратком определении, модели приобретения и утраты политической власти