Впрочем, это вовсе не линейный процесс, ибо политическая приверженность войне укрепляет сама себя. Начав сражаться в надежде получить некую выгоду по приемлемой цене, агрессор, который сталкивается с неожиданно упорным сопротивлением, может столь же упорно воевать далее, пусть даже общая ценность всего того, чего он надеялся достичь, уже не способна возместить его потерь в жизнях, деньгах, покое и престиже.
