сидит смирно, а потом как начнёт лаять! Все с мест
2 Ұнайды
лень-матушка стояла рядом и нашёптывала:
«Бедненький, несчастненький! Пожалеть тебя, кроме меня, некому. Иди-ка лучше побегай. Или спать ложись. Я тебе песенку спою, сказку расскажу».
2 Ұнайды
над этим. Обязательно подумай. Можешь идти.
– Как?! – поразился Иван. – А насчёт драки?
– Сами разберётесь. Иди и даже не надейся, что будешь знаменитым человеком. Если, конечно, не исправишься. Никогда лодыри не становились знаменитыми людьми.
2 Ұнайды
До самой школы никто больше не сказал ни слова... Остановились у подъезда. Лица у ребят были испуганными.
– А вдруг он опять пер-старается? – спросил Алик.
Аделаида пожала плечами, но золотой зуб её сверкнул как прожектор.
– Ваня, – позвал Алик, – ты это... ну... пер-терпи... не надо.
– Конечно, не надо, – добавил Паша.
– Уговариваете? – возмутился Колька. – Как маленького? Деточка, выучи уроки? Конфеточку дам? Баю-бай, баю-бай, Ваню маленького бай?
И тут случилось неожиданное: Иван промолчал. Он даже не взглянул на Кольку. Он обдумывал коварный план избавления от Аделаиды.
До самой школы никто больше не сказал ни слова... Остановились у подъезда. Лица у ребят были испуганными.
– А вдруг он опять пер-старается? – спросил Алик.
Аделаида пожала плечами, но золотой зуб её сверкнул как прожектор.
– Ваня, – позвал Алик, – ты это... ну... пер-терпи... не надо.
– Конечно, не надо, – добавил Паша.
– Уговариваете? – возмутился Колька. – Как маленького? Деточка, выучи уроки? Конфеточку дам? Баю-бай, баю-бай, Ваню маленького бай?
И тут случилось неожиданное: Иван промолчал. Он даже не взглянул на Кольку. Он обдумывал
– Борщ, – ответили Иван и Аделаида.
– Борщ? – переспросила бабушка, открыла крышку
вещь. Может, ищет кто, а найти не может. Слёзы горькие льёт, милицию ругает.
– Где нашёл?
– У киоска с мороженым.
– Вот и спроси у гражданки, которая в этом киоске торгует.
Медленно побрёл Иван: боялся он не только Аделаиды, но и её мамаши.
– Как живём, лунатик? – окликнул его дед Голова Моя Персона. – А я своего друга вылечил. Теперь ему никакая луна не страшна. На любую луну он ноль внимания. Оказалось, что еды ему не хватало. Ночью-то он есть захочет и спросонья идёт куда-нибудь на запах. Стал я его с вечера сытнее кормить, и вылечился пёс. Одна беда: больно уж крепко спит! Разбудить его иной раз нет моих возможностей. И вообще совсем дурной стал. Ничего не соображает, – жаловался дед. – Нашёл я сегодня утром золотой зуб. Возле киоска. Обрадовался. А зуб-то у меня из пальцев возьми да и выскользни. А пёс его – хап! – и проглотил. Как говорится, съел за милую душу и «спасибо» не сказал.
Иван, вздохнув, разжал ладонь.
– Он самый! – воскликнул дед. – А откуда
мне тебя. А ты меня запросто. Я ловкий. – Колька, повизгивая от нетерпения, закатал рукава, встал на четвереньки и крикнул: – Пошли! Пошли! Полный вперёд!
– Сначала на суше потренируемся, – предложил Иван.
Тренировка удалась: Колька руками ходил по земле, а Иван держал его за ноги в воздухе.
– Поворачиваю! – восторженно крикнул Колька и заработал руками по направлению к луже.
Он вошёл в неё, погрузившись почти по локти, и, осторожно переставляя руки, приближался к фуражке.
До фуражки оставалось не более полуметра, как Иван скомандовал:
– Стоп! Полный назад!
Дело в том, что Иван оказался уже на самом
Как сох Колька
Фуражка намокла, утонула, и из лужи виднелся лишь кончик козырька.
Иван сказал:
– Ведро бы достать и вычерпать бы всю лужу.
– Палку бы достать, – сказал Колька, – или разуться и босиком – топ-топ.
– Так любой дурак достанет, – задумчиво сказал Иван. – А ты попробуй метод примени. А не палку.
– Нет уж. Ты давай сам метод применяй. А то знаю я твои методы.
– Пожалуйста. Ты держи меня за ноги в воздухе, а я руками топ-топ и дотянусь до этой утопленницы.
– За ноги?! – поразился Колька. – Тебя?! Ты тяжёлый. Мне тебя не удержать. Уж лучше ты меня за ноги держи, а я руками топ-топ. Я лёгкий. Я быстренько.
– Всегда вот у тебя так, – проворчал Иван, – я придумаю, а слава тебе.
– Слава?! – опять поразился Колька. – Где я её видал, славу-то? Вечно мне из-за тебя достаётся!
– Тогда держи меня за ноги.
– Не