Мавна крутила головой, смотря то на одного, то на другого. Они были так непохожи, но в то же время похожи до того, что щемило в груди. Немногословные, честные, не привыкшие жаловаться и открывать душу. Храбрые и сильные мужчины, рядом с которыми она ощущала себя маленькой, защищённой и спокойной. На них всегда можно было положиться, и они всегда защитили бы её. По-своему, не без ошибок и промахов, но всё же рядом с ними ей уже ничего не было страшно.
5 Ұнайды
чародея в её постели исходило сухое тепло, как от печки. Она укрыла его одеялом и чмокнула в худую щеку, стараясь не сделать больно.
– Спокойной ночи, Смонечка, – шепнула она.
Смородник в ответ вздохнул и медленно, неразборчиво пробормотал что-то странное:
– Глубоко же ты мне под рёбра забралась, Булка.
Больше он ничего не сказал, задышал тихо и ровно, пока Мавна продолжала стоять над кроватью и задумчиво смотреть, не в силах разобрать тайный смысл его короткой речи.
Комната погрузилась в тишину и уютный сумрак, и только сердце Мавны гулко билось в груди. Не волнительно. Спокойно
2 Ұнайды
– Да ладно тебе, Купав. – Илар неуклюже выпутался из её объятий и опять растрепал свои волосы. – Ну чего ты вцепилась? Ты знаешь, сколько раз мы с ними дрались? Да не сосчитать. И никакие чародеи нам не помогали. Они крутые и всё такое, огонь этот пуляют так мощно, вш-ш-шух! – Илар со смешком сделал вид, что выпускает из ладони поток пламени. – Но недаром говорят, что против лома нет приёма. Огонь – это красиво. Фейерверки там всякие, девочки пищат. Моя сеструха вон запала. – Он усмехнулся. – Но мне нравится работать руками. Треснуть по башке – и дело с концом. Я поеду, Купав. Не грусти, спать ложись. Всё хорошо будет, утром напишу.
1 Ұнайды
Машину мотнуло в сторону, что-то громко скрипнуло. Мавна с радостью зажала бы уши, чтобы не слышать эти звуки и не думать, что несчастная колымага развалится прямо на дороге. Но Калинника, кажется, ничего не смущало.
– Пристегнись! – прикрикнул он, когда на новом повороте Мавна чуть не приложилась головой о стекло. Она судорожно нащупала застёжку ремня безопасности и не с первого раза попала в замок.
– Стрелять умеешь? – спросил Калинник.
– Умею, – ответила Мавна. – Но не факт, что попаду в нужную цель.
«Покровители, я точно встречу следующий день рождения в тюрьме», – подумала она, прикидывая, сколько ей могут дать за незаконное хранение оружия, стрельбу в баре и – если придётся – сегодняшнюю. Иметь полную сумку оружия было классно ровно до того мгновения, как приходилось брать его в руки.
– Воительница, – прицокнул языком Калинник.
– Но у меня есть каштаны. Ты сможешь их поджечь?
– Давай оставим такие радикальные методы до серьёзной битвы.
Мавна нервно хихикнула. Она совершенно не понимала, куда они несутся на стареньком ржавом «уделе» через дворы, чудом не царапая боками припаркованные автомобили. В мыслях был один только Смородник. Где он, что с ним? Покровители, жив ли? И что от него хотели те люди?
Свет, как же пекло губы от его поцелуев с тонким запахом пепла, который не раздражал, а будоражил в груди приятное тяжёлое тепло.
Калинник держал руль одной рукой, а второй разблокировал телефон. Внимательно всмотревшись в экран, он ругнулся:
– Дрэх!..
– Что такое? Ты тоже ругаешься по-райхиански?
– Все, кто общаются со Смородником, ругаются по-райхиански.
– Значит, и мне пора, – хмыкнула Мавна.
– Удивлён, что ты ещё не…
1 Ұнайды
«Я смогла повести машину!»
«Да не просто какую-то, а огромный внедорожник, в который раньше и садилась-то с опаской».
«Даже ни разу не перепутала тормоз с газом, вау!»
«А ещё я была прилично пьяная. Так делать нельзя ни в коем случае, но… жизнь заставила».
«Я. Брызнула. Перцовым баллончиком. Смороднику. В лицо. Идиотка».
выходит… – он покрутил пальцем, будто помешивал воздух, – компот с ним варишь? Ну, типа это и есть твой парень? Ого.
– Ого, так это ж Ягода-Малинка! И ты, Клубничка,
И как же больно будет, если эта ниточка вдруг порвётся.
Мавна взвизгнула, когда Смородник притянул её к себе и жадно поцеловал. В груди зажглись огоньки – Покровители, как ей не хватало этого и как хотелось тискать его всего, но при родителях и Иларе она всё-таки стеснялась.
– Они выглядят умпмрм… умопмомрам… умопомрачительно, – шепнул он на ухо, – но ты слаще любого крема. Давай сбежим?