Да ведь всех схоронили… Одни на свете мы с тобой, Пашенька, – вздыхала тётка.
– Как это – одни? Полон свет хороших людей… а вот сын у меня растёт, племяш твой! – весело сказал Павел Васильевич. – Вот он! Небось познакомились уже
Иногда отец вдруг останавливался посреди комнаты и, глядя на сына усталыми, хмурыми глазами, говорил:
– Ты пойми… Человек должен понимать слова, а не палку! Что у тебя, самолюбия нет, что ли
