Глаша помнила лет с двух. По крайней мере, в ее памяти всплывали лохматые еловые лапы на дачном участке в Малаховке, который бабушка снимала, чтобы на лето увозить маленькую Глашу из города.
Конечно, что то был дачный участок и Малаховка, она узнала гораздо позже, но сути это не меняло. Лапы ели, растущей у самой калитки, были тяжелые, мохнатые, покрытые темно-зеленой хвоей и пахучей смолой
