Наша дружба напоминала качели-доску: я подавала идеи, Шэрон воплощала их. Мы обеспечивали друг другу баланс. Я не могла представить свою жизнь без нее.
Я видела, как тетя Джин проговаривает слова, выводя их аккуратным почерком, которым она так гордилась, и составляя список. Ей нравилось упорядочивать беспорядок жизни. Иногда я спрашивала себя, не это ли она попыталась сделать с нашей семьей.
Мы первыми в классе научились читать, и, следовательно, у нас были особые привилегии: нам разрешалось читать свои книги, чем я очень гордилась в те времена, когда считаться умным было нормой
