Соколова медленно падала сквозь небесную тьму, погружаясь в свой любимый мир. В её мире была лишь тьма, песок, ветер. И далекий караван, идущий из одной бесконечности в другую бесконечность. В иную.
Игнатий набросил на пациентку саван гипнотического транса одной фразой, сменив вкрадчивый шепот на властный императив.
– Мир меркнет!
