рекламодателей и, как следствие последнего, хорошие деньги.
– Ладно, – кивнула я. – Ну, двигаем в аптеку!
Корсаков щелкнул брелоком.
– А может, ну ее на фиг?
Но я решила настоять на своем.
– Нет. Знаю, что многие люди панически боятся боли. Но столбняк намного хуже, чем легкое пощипывание от йода.
– Мама, когда мазала мне коленки зеленкой, всегда обещала подарок, – без тени улыбки сообщил Филипп. – Пару раз я специально падал с велика, чтобы заполучить новую машинку. Я с пеленок расчетливый человек. Где аптека?
– Слева, через дом, – подсказала я, – вон вывеска с крестом.
Корсаков сгорбился, втянул шею в плечи и заканючил:
– Боюсь йода! Ненавижу уколы!
– Иди, иди, – засмеялась я. – Новая красивая машинка, настоящая, у тебя уже есть, прямо не знаю, что подарить мальчику. Мороженое подойдет?
Филипп, громко вздыхая и охая, потащился вперед. Я пошла за ним. А он ничего, вполне симпатичный и веселый…
