Сознания кораблей стали покидать нашу с Келлером волну, и вскоре мы остались одни.
«Я начинаю бояться того, что мы с тобой создали, — задумчиво произнес он. — Ты знал о том, что они могут так подключаться к нам?»
«Нет, но сегодня это спасло всех нас», — я был слишком уставшим, чтобы внятно отвечать.
Я слабел, и когда мое сознание было почти вытеснено из сознания другого иллидианца, в битву неожиданно ворвалась воля Келлера. Я с облегчением почувствовал, что он рядом. Его разум привычно прикоснулся ко мне, и я считал информацию, что меклар и Объединенный флот с остатками клаксонов прорвали блокаду щитов, ведь я отключил берсеркеров от управления. Пробив щиты, они обеспечили доступ сознания Келлера ко мне.
«Келлер?»
«Молчи и борись», — сухо ответил он, подключая все больше и больше мощностей, чтобы сопротивляться давлению чужой воли.
Возникло чувство, будто сражаешься с силой прибоя, что пытается утащить тебя в море, но вдруг сзади появляется сильная рука, которая держит тебя не отпуская. Вот только прибой усиливался, и рука, что держала меня сзади, стала слабеть, но секунда — и вдруг тысячи и тысячи рук подхватили меня.
«Мы рядом.» — Сначала на нашей волне возникли голоса адмиралов, затем их становилось все больше и больше. Каждый меклар, начиная от линкора и заканчивая истребителем, был сейчас рядом. Их разумов становилось так много, что мы не только стали противостоять волнам прибоя, но и сделали шаг ему навстречу.
На меня продолжали волнами накатывать воспоминания, видимо, от прошлой личности Предтечи, которого заперли неведомые мне Старейшины. Я узнал, что эти два иллидианца и были теми, кто создал берсеркеров.
Чтобы убрать помеху со своего пути, мой ранее спасенный Предтеча собирался уничтожить весь наш флот взрывом звезды, а потом восстановить производство роботов в еще больших масштабах, теперь уже не просто уничтожая миры, а захватывая и подчиняя их. Иллидианец собирался стать богом для всех, ведь он остался единственным представителем сверхрасы, которая зародила жизнь на многих планетах, так что он решил, что теперь настала очередь Галактики отдать ему дань уважения, став его слугой.
«И как теперь его остановить? — От осознания и понимания всего, что сейчас произойдет, во мне разгоралась злоба. Собственное бессилие на фоне почти безграничного знания было ужасающим. Я еще раз попробовал повлиять на саркофаг и с удивлением понял, что теперь он слегка шевельнулся.»
Чувство бессилия стало подкрадываться, но тут мой взгляд упал на сферу, которая, будучи выброшенной из саркофага, постепенно стала тускнеть, видимо, умирая или истощая свой энергетический ресурс. Плюнув на все, я устремился к ней и попытался слиться, как если бы это был мой корабль.
Внутри саркофага лежала лишь сверкающая желтым сфера, похожая на маленькую звезду. Иллидианец варварским движением выбросил ее из саркофага на пол и стал забираться внутрь. Почему-то у меня тут же возникла твердая убежденность, подкрепленная давнишними страхами и разговорами с Келлером, что он вовсе не собирается нам помогать. Наверное, это случилось после того, как он с легкостью выкинул из саркофага нечто, по-видимому, управляющее комплексом. Ведь он наверняка знал, что это и для чего служит, но все равно с небрежностью отбросил как нечто несущественное.
Внутри меня словно сработала тревожная кнопка — если я его сейчас не остановлю, может случиться непоправимое.
Центральная система, где располагалась база Центрального мозга, была, по сути, очень похожа на Солнечную: шесть планет вращались вокруг звезды класса G2. Вот только они были полностью выработанными и мертвыми. Чтобы поддерживать те темпы волн, что берсеркеры отправляли во Вселенную, вокруг них были выработаны миллионы звездных систем. Полностью мертвые, а чаще всего с холодными и остывающими звездами, из которых роботами выбраны все нужные им для строительства вещества, они страшным зрелищем представали перед нашими взорами. Я видел, что даже Предтечу проняло такое опустошение, хотя он в этом и не сознался, когда я попросил прокомментировать, — такой ли он хотел видеть и нашу Галактику.
— Я не хочу, чтобы наша Галактика стала такой. — Наташа стояла рядом со мной в рубке нашей базы. Поскольку мне не удалось уговорить ее остаться, то пришлось лететь на передвижной базе, а не на Ключе. Я планировал слияние с ним, как только начнется заварушка.
«Согласен с тобой, — отозвался Келлер, — страшно подумать… А ведь еще недавно я сам был таким — простой и бездушной машиной».
Тут одна мысль оборвала мои дальнейшие словоизлияния.
„Постой, если все думали, что я мертв, то Наташа…“
„Много ревела, но заразилась общим настроем, что тебя так просто не убить“.
Я облегченно вздохнул.
„Тогда оповести ее, пожалуйста, что я жив и скоро буду“.
„Конечно“.
„Извините, что вторгаюсь в столь эмоционально окрашенный разговор“, — донесся до меня голос существа, которое было рядом со мной.
„Володя?“ — Голос Келлера похолодел градусов на двести.
„А, да, — я закашлялся. Нужно было сначала сказать Келлеру самое главное, а потом уже расспрашивать о новостях, — я тут нашел живого иллидианца“.