Дженни потянулась и громко сказала:
— Я объявляю перерыв на кофе. Кто со мной?
— Я, если ты обещаешь не обсуждать мою личную жизнь, — ответила Николь, хватая телефон.
— Обсуждать? — оживилась Дженни. — Так ты хочешь сказать, что там есть что обсуждать?
Марк тут же высунулся из-за перегородки:
— Так, а ну не начинайте без меня. Я тоже иду, и да, я хочу знать, кто заставил нашу Николь сегодня выглядеть как героиню фильма «Дьявол носит Prada».
1 Ұнайды
Барни внезапно заметил голубей. Голуби — его личная цель вселенной.
Он рванул вперёд, Эштон — за ним, но поскользнулся на мокрой траве и эффектно упал, прямо в кучу листвы.
Николь стояла секунд десять, пока не смогла перестать смеяться.
— Эштон! Ты жив?
— Я не пострадал, — донёсся приглушённый голос из листвы. — Только моё достоинство.
Никаких новых сообщений.
— Николь, — тихо сказала Дженни, заглядывая к ней за монитор, — ты как будто ждёшь результатов анализа ДНК. Расслабься, он, наверное, просто занят.
— Угу, — ответила она, делая вид, что печатает. — Просто занят. Просто бог чертовых стартапов, который забыл, что люди тоже иногда достойны его внимания.
Марк молча положил перед ней пачку чипсов.
— На случай, если захочешь хрустеть от злости.
— Нет. Я просто хорошо понимаю, как он думает. — Эштон подался ближе, опёршись локтями о стол. — А главное, я знаю, как ты думаешь. Мы сделаем это красиво.
— А если снова провалимся? — спросила она тихо.
— Тогда я украду тебя на целый день и увезу из города, — сказал он, не моргнув. — Будем есть мороженое на набережной и смеяться, пока мир горит.
Она улыбнулась — сначала слабо, потом шире.
— Ты ужасный человек.
— Но очень полезный в кризисных ситуациях, — подмигнул он. — Так что ешь суп и улыбайся. Сегодня у нас ещё много хаоса впереди.
К концу обеда Николь уже снова смеялась, а внутри вместо горечи появился тот самый боевой азарт, который ей всегда помогал двигаться дальше. Эштон расплатился, не дав ей даже достать карту, и, когда они вышли на улицу, поймал её за руку.
— Готова? — спросил он.
— Всегда, — ответила она. — Но, Эштон?
— Ммм?
— Если твой план Б окажется хуже плана А, я брошу в тебя блокнот.
— Заметано, — рассмеялся он
— Нет-нет. Я достаточно взрослый, чтобы понимать, что такие решения трезвыми принимают.
— С того, что ты стоишь здесь, смотришь на меня так, будто я твой новый грех.
И в этот момент в туалет вошла секретарша из ресепшена с огромным букетом белых пионов.
— Николь? Это тебе.
У неё отвисла челюсть. На карточке: «Чтобы Джонсон понял: у тебя уже есть покровитель. — Э.»
— Это просто потрясающе, — произнёс он, вытирая воображаемую слезу. — Знаешь, что делает эту историю ещё смешнее? Мой хороший друг Алекс — владелец всей сети «BrandVision Group», в которую входит и твой филиал.
— Сколько нам ещё ждать, мисс Брукс? — лениво спросил он, вытянув ноги.
— Минут пять.
— Ты говорила «пять минут» двадцать минут назад.
— Я женщина, Эштон. Мои «пять минут» имеют творческий диапазон.
Он взбил яйца, но через пару секунд понял, что забыл соль. Потом забыл, где стоит соль. Потом поставил сковородку и нашёл соль. Потом осознал, что забыл включить плиту.
Классика.