Некоторые воспоминания декабристов и их жен прямо начинаются обращением к своим детям.
Они выполняли свой долг — связь времен не распалась. Воспоминания декабристов — еще один их подвиг.
3 Ұнайды
Жестоко, безнадежно бы было нравственное положение тех, кто, жертвуя собой для общей пользы, потерпит неудачу и вместо признательности и сожаления подвергнется несправедливому осуждению современников, если бы для них не существовало истории, которая, внеся в скрижали свои совершившийся факт, постепенно с течением времени очищает их от всяких неправд и представляет потомству в настоящем виде... да утешатся все те, кто действует во имя успеха и страдает в этой временной жизни за свою благую цель. Настанет, несомненно, та минута, когда потомство признает их заслуги и с признательностью станет произносить их имена.
Декабрист Н. В. Басаргин
1 Ұнайды
Я нахожу в России два состояния — рабы государевы и рабы помещичьи. Первые называются свободными только по отношению, действительно же свободных людей в России нет, кроме нищих и философов.
Сперанский
1 Ұнайды
То, что предлагали им и Милорадович, и великий князь, было, собственно, возвращением к постылому прошлому, а они смутно, но сильно хотели будущего.
1 Ұнайды
Надо было решиться положить сему скорый конец, иначе бунт мог сообщиться черни, и тогда окруженные ею войска были бы в самом трудном положении»
1 Ұнайды
Выстрелил в Милорадовича Каховский. В этом поступке нашла наконец разрешение напряженная тяга «русского Брута» к роковому тираноборческому акту. Каховский сказал потом, что если бы сам император подъехал к каре, то он и по нему бы выстрелил.
1 Ұнайды
Раз не удался побег и нет возможности сказать миру правду немедленно, надо сохранить ее для детей и внуков. Некоторые воспоминания декабристов и их жен прямо начинаются обращением к своим детям.
Они выполняли свой долг — связь времен не распалась. Воспоминания декабристов — еще один их подвиг.
Мы изучаем теперь историю декабризма по запискам Михаила и Николая Бестужевых, Басаргина и Розена, Завалишина и Александра Беляева, Оболенского и Трубецкого, Волконского и Фонвизина, Матвея Муравьева-Апостола и Александра Муравьева, Лорера и Горбачевского, Якушкина и Штейнгеля. И это еще не все...
Бесстрашный Лунин погиб, пытаясь рассказать миру правду о тайных обществах и опровергнуть официозную клевету.
Да, это был их подвиг.
Николай Васильевич Басаргин, один из летописцев, сказал: «Жестоко, безнадежно было бы нравственное положение тех, кто, жертвуя собой для общей пользы, потерпит неудачу и вместо признательности и сожаления подвергнется несправедливому осуждению современников, если бы для него не существовало истории, которая, внося в скрижали свой совершившийся фронт, постепенно с течением времени очищает его от всех неправд и представляет потомству в настоящем виде. А как человечество, хоть и незаметно, но с каждым днем идет вперед, рассеивая покрывающий его мрак, то да утешатся все те, кто действует во имя успеха и страдает в этой временной жизни за свою благую цель. Настанет несомненно та минута, когда потомство признает их заслуги и с признательностью станет произносить их имена».
1 Ұнайды
Нет, у меня просто большая сила характера; я сознаю свое положение, подчиняюсь велениям провидения и полагаю, что, не будучи в состоянии изменить своей участи, лучше переносить ее с мужеством, чем позволить дать унизить себя малодушием, недостойным человека и к тому же ни к чему не служащим.
1 Ұнайды
формулировки Пущина: «Если ничего не предпримем, то заслужим во всей силе имя подлецов».
1 Ұнайды
Трубецкого была естественна: князь Сергей Петрович был не просто ветераном движения, но одним из его основателей и идеологов. Он не отходил от тайных обществ все девять лет их существования. В канун восстания немалую роль сыграло и то, что Трубецкой был боевым офицером, участником многих сражений, кавалером русских и иностранных орденов. Со времен Бородина и заграничных походов он пользовался репутацией человека хладнокровной и осмотрительной храбрости.
Этот очень высокий (около двух метров росту), горбоносый (мать — урожденная княжна Грузинская) полковник на всех, кто близко его знал, производил впечатление спокойной надежности.
Розен впоследствии писал о нем: «Я жил с ним вместе под одною крышею шесть лет в Читинском остроге и в Петровской тюрьме за Байкалом. Товарищи знали его давно и много лет до рокового дня; все согласятся, что он был всегда муж правдивый, честный, весьма образованный, способный, на которого можно было положиться».
Товарищ Трубецкого по Семеновскому полку декабрист Якушкин вспоминал: «Трубецкой отлично добрый, весьма кроткий и неглупый человек, не лишен также и личной храбрости, что он имел не раз случай доказать своим сослуживцам. Под Бородином он простоял 14 часов под ядрами и картечью с таким же спокойствием, с каким он сидит, играя в шахматы.
1 Ұнайды