— Привет, — пробормотала я. — Извини, я…
— Ш-ш-ш! — Она нахмурилась сильнее прежнего и махнула рукой, останавливая меня.
Затем, поднявшись, подошла ближе с керосиновой лампой в руках и внимательно меня осмотрела. Наконец девушка кивнула:
— Садись. Туда, на кровать… Больше места нет.
Я покорно опустилась на смятый плед, не зная, куда девать руки.
— Итак. — Девушка стянула очки и слегка помассировала веки, прежде чем снова уставиться на меня. — Ты от моей матери, верно?
Я растерялась.
— Откуда ты знаешь?
— Невелика загадка. На твоем плаще ее фирменный стежок. Она им штопала все наши тряпки с тех пор, как я была ребенком. Он никогда не расходится.
— Ничего себе. Я бы не заметила.
— Я его везде узнаю. Ты не могла бы снять капюшон? Неудобно разговаривать, когда не видишь лица.
Я покорно сняла капюшон, и Прют, ничуть не смущаясь, так же тщательно изучила мое лицо, как до того — все остальное.
— У меня для тебя письмо от Мафальды. Вот тут, в кармане. Я достану?
— Доставай. — Она продолжала меня рассматривать, и я занервничала. Протягивая ей письмо, я понадеялась, что пальцы не слишком дрожат.
