Она попала в больницу, и ей поставили странный диагноз – двустороннее воспаление легких, что-то там про спонтанное и стремительное заболевание и нервное истощение.
И только тут Майка сообразила, что они стоят у раздаточного столика кухни, а на нее смотрят вопросительно, ожидая ответа, пожилая женщина в платке, что исполняла обязанности раздатчицы, и тот самый Матвей.
Вздохнул, отбрасывая мысли о незнакомке, закинул на плечо, чуть присев и крякнув от тяжести, рюкзак и двинулся к выходу.
И действительно не испытываешь больше боли и чувства вины?
– Действительно, – кивнул Батардин. – Теплую, светлую грусть о том, что он побыл со мной так мало, да, чувствую. А вину больше нет.
– Странно, – заметила Майя, – у тебя сделалось такое лицо, когда я спросила о сыне. Я бы не сказала, что ты так спокойно все уже отпустил.
– Это по привычке, скорее. За год я привык болезненно реагировать на любые вопросы о Денисе и упоминания о нем и сразу отгораживаться от людей, их задающих. Пройдет, наверное, – предположил Батардин.
– Очень тебе этого желаю, – от всей души пожелала Майка. – И чтобы чистая тихая грусть, когда думаешь о нем, и никаких обвинений себя и скорби беспредельной, и чтобы перестал по привычке отшатываться и отгораживаться от всех. Вот прямо от чистого сердца желаю. – И добави
Чтобы стать настоящим полярным летчиком, надо лет десять-двенадцать учиться как проклятому, и не просто часы налетать, а опыт перенимать и через такое проходить, что мало не покажется. А еще пять-семь лет, и те уникальные мужики, что сейчас летают и могут всему научить, передать опыт, уйдут. Как потом будем кадры воспитывать и опыт передавать? Надо прямо сейчас разрабатывать программы обучения и привлекать молодых летчиков, выпускников училищ, заинтересовывать материально и патриотизм прививать. И тогда годам к тридцати двум-четырем из них получатся настоящие пилоты. И таких нюансов, о которых требуется думать прямо сейчас с перспективой в будущее, очень много.
За время, проведенное по всему Крайнему Северу, считай, что от мыса Дежнева на границе с американской Аляской до Киркинеса на границе с Норвегией, Батардин налетал сотни и сотни часов, приобрел совершенно уникальный опыт и знания, заматерел, разбогател огромным количеством настоящих друзей и освоил пилотирование самолетов разного типа.
После того как они вполне официально оформили ее заселение в номер и поднялись на лифте на нужный этаж, Майку, что называется, «догнали» все волнения, суета и потрясения последних дней, и она как-то в момент почувствовала, что совсем вымоталась и уже могла думать только о душе и уютной кровати в хорошем полулюксе, как прорекламировал его Батардин.
умерших необходимо отпускать с легким сердцем, понимая, что они идут к Отцу, в его объятья и любовь. И грусть наша обязана быть светлой: не стенать и жалеть, что они нас оставили, а благодарить Господа за то, что были в нашей жизни, с нами и вспоминать все самое светлое и радостное, связанное с ними, чем одарили они нас. Когда люди несут в душе горе тяжелое и скорбь, оплакивают близких своих беспрестанно, они тем самым привязывают и не отпускают их дух от земли, мучают эти неприкаянные души