И только вечером, начав писать Сашке очередной отчет о прожитых двадцати четырех часах, я резко выпрямилась и сложила лист пополам, так и не закончив письма.
— Это что же получается?! Он обо мне наслышан? Ну да! Он смотрел на меня так, словно сравнивал рассказы с действительностью! Ну, я им завтра устрою! — еще не сознавая, что именно и кому я буду завтра устраивать, я отправилась к Ирке. Но прежде, спустилась на этаж ниже, проверила почтовый ящик и, обозлившись еще сильней, позвонила в дверь подружки. На следующий день я ехала на занятия с очень серьезным настроем. Однако не все можется, как хочется. По пути моего следования проживали три парня, Вова, Славка и Юра, с разницей в несколько остановок. Они уже несколько месяцев старались садиться в тот же трамвай, что и я. Если я, конечно, не забывала про них и не отправлялась на троллейбусе. Я ездила с конечной, от этого всегда размещалась у окна. Первым появлялся Вовка:
— Привет, подруга! — радостно крикнул он от двери, а когда приблизился, добавил: — Чего такая строгая с утра?
— Не выспалась. — ответила я и забрав его сумку, уставилась в окно. Людей было много, нормально и не поговоришь, но он все же произнес:
— Угу-угу, так я и поверил.
— Верь, не верь, а я на два часа раньше встаю. — бросила я.
Мы проехали две остановки, Славку я заметила еще издали. Он возвышался над старушками, непонятно куда спешащими в столь раннее время. Увидев меня, весело помахал рукой и стал пробираться к нам.
— Привет, Витуля! — поздоровавшись со мной и другом, опустил мне на колени свой дипломат. Я, естественно повернула к нему голову, кивнула в ответ и услышала: — Что за строгость с утра?
