автордың кітабынан сөз тіркестері Последние дни обороны Севастополя. Неизвестные страницы знаменитой битвы. Июнь – июль 1942 г
В связи с тяжелым положением, создавшимся на левом фланге 4-го сектора, вице-адмирал Октябрьский дал телеграмму коменданту сектора Капитохину: «Противник добивается, чтобы вы ушли из Любимовки, очистили высоты 38,4, 42,7 и 36,1. Противник удивлен, почему вы не очищаете север, так они пишут в своих документах. Противник боится лезть вперед, пока вы висите на его правом фланге. Еще больше устойчивости, держитесь крепко, держитесь при всех условиях, даже если противник просочится в ваш тыл. Драться до последнего. Противник бросил все резервы, больше у него их нет. Передайте командирам полков, батальонов. Я надеюсь на славных бойцов 95-й стрелковой дивизии. Контратакуйте, уничтожайте врага»[12].
Как указывает в своей книге «Героический Севастополь» бывший комендант береговой обороны П.А. Моргунов, «16 июня Октябрьский доносил Буденному и Кузнецову: «Имею много раненых… Вывозить нечем. Количество раненых увеличивается. Прошу 20 самолетов «Дуглас» – «ночников».
Пока советские части удерживали вход в бухту, они могли укрывать свои плавсредства в Южной бухте, прикрывая их вход и выход дымовой завесой. Фатальной для севастопольской обороны стала потеря Северной стороны и складов в Сухарной балке. Именно после этих событий нужно было начинать эвакуацию. Таким образом, «точкой невозврата» следует признать 17 июня. Именно в этот день началось второе немецкое наступление в Северном секторе в ходе летнего штурма.
Анализ динамики потерь однозначно показывает, что армия понесла самые тяжелые потери только после того, как было потеряно управление. И самые большие невозвратные потери – это не убитые и даже не раненые. Наибольшее количество потерь составили пленные
В общей сложности на мысе Херсонес было взято в плен чуть более 40 тысяч человек. За период с 30 июня по 12 июля включительно немцами было захвачено около 50 тысяч пленных (включая раненых) и общее количество пленных составило 95 тысяч человек.
По донесению штаба тыла 11-й немецкой армии, на 12 часов 30 июня в фильтрационных лагерях и на станциях сбора военнопленных числилось 71 247 пленных[7], из которых 40 222 человека были захвачены в Севастополе начиная с 7 июня 1942 года[8].
С начала штурма до 28 июня 1942 года (дата, до которой еще велся учет потерь) убитыми защитники потеряли 12 тыс. человек, ранеными – около 25 тыс. Данные сводок никак не стыкуются с официальными цифрами по Приморской армии в послевоенном статистическом сборнике: 5049 человек убитыми и 20 112 ранеными. Причин две: это цифры по армии (без флотских частей), и вторая причина – цифры все же занижены, так как в сборнике приводятся данные только по тем бойцам, гибель которых подтверждена. Но цифра численности СОР становится все более условной. Она не учитывает потери пленными.
Таким образом, с 12 по 18 июня 1942 года в Севастополь были доставлены 2223 бойца маршевого пополнения и 2325 бойцов 138-й бригады. В сумме – 4,5 тысячи человек (считая и 708 человек с транспорта «Грузия»). К исходу 18 июня командующий Черноморским флотом и СОР вице-адмирал Ф.С. Октябрьский направил телеграмму И.В. Сталину, Н.Г. Кузнецову, С.М. Буденному, в которой указал, что севастопольский гарнизон за семнадцать суток боев потерял 22–23 тысячи человек.
При анализе численности частей, обороняющих Севастополь, достаточно важной датой является 6 июня 1942 года, то есть день за сутки до начала летнего штурма города. На указанную дату численность войск СОР с приданными частями ЧФ составляла 101 238 человек. Эта цифра приведена в сборнике «Боевой и численный состав ВС СССР в период ВОВ» на 6 июня 1942 года.
Морское правило: «Капитан покидает тонущий корабль последним» – имеет под собой не нравственное, а вполне практическое основание, много раз проверенное жизнью. Человек, имеющий наибольший опыт и полномочия, должен обеспечить спасение остальных. В этом случае минимизируются потери.