Какая ирония: отец пал жертвой одного из своих дурацких растений. Он сдувал с них пылинки, тратил на них кучу денег — и все равно не получил взаимной любви.
Генри казалось, что бабушки нет в живых вот уже несколько лет, и поэтому теперь, когда она и вправду умерла, он не особенно печалился, разве что немного сожалел, что его лишили чего-то такого, что ему уже никогда не обрести.
чужой страх придал ему сил. Это игра, как бег наперегонки. Он не обязан быть бесстрашным. Ему просто нужно казаться не таким испуганным, как остальные. Ему просто нужно быть лучше их, и Роланд чувствовал, что как никогда способен выполнить это условие
— Ты не сможешь на них поглядеть.
— Не смогу поглядеть, потому что их не существует. — Пенелопа торжествовала.
— Не сможешь поглядеть, потому что они не хотят тебя видеть.
