Трясясь и подскакивая на стыках вместе с трамваем, Сбитнев горько думал о том, что в трамвае противно пахнет грядущим коммунизмом, но если всюду ездить на извозчиках, то можно и до конца месяца не дотянуть.
Но в России традиционно литератор был пророк и целитель, указующий дорогу людям и врачующий раны общества, утешающий несчастных в их скорбях и облегчающий им нелегкое жизненное бремя.
В Лито мы занимались вещами, мало связанными с литературой. Так, например, писали лозунги для Помгола[36] и делали много другой ерунды, однако Лито, в котором до моего появления работало всего два человека, вдруг ожило.
Да что там сокóл – как лысый орел, как ощипанный цыпленок, как мексиканская собака ксоло был я гол и неимущ. Из всей возможной шерсти у меня имелся только сильно потрепанный костюм когда-то бежевого цвета и совсем немного денег в кармане – миллион или около того совзнаками. Это были все мои сбережения, которых при крайней экономии должно было хватить дней на пять.
Волин на миг опешил, потом вспомнил, что поклонники Булгакова вообще отличаются некоторой непредсказуемостью, так что на всякий случай надо быть начеку.
