– А это еще что?! – ужаснулась Кухарка. – Такого я даже во время войны не видела!
– Где бы ты такое видела? Сидела небось в каком-нибудь блиндаже!
– Я служила в полевой кухне! – с гордостью заявила та. – Однажды мой котел с кашей захватили враги! Пятьдесят человек потом слегло с расстройством желудка! Меня даже медалью наградили!
– Наверное, он готовит ужин, – догадалась девочка.
Акаций захохотал так, что чуть не свалился с крыши.
– Ты чего? – не поняла Аграфена.
– Ужин?! – Кот снова засмеялся. – Да это он опять самогон гонит! Уж я вдоволь за ним посмотрел. Федусей прячет в своей комнате настоящий самогонный аппарат и по ночам ставит его на огонь.
Она только сейчас вспомнила, что днем Коптильда приказала мальчишкам повесить на стене приюта огромный приветственный плакат. На нем большими корявыми буквами было написано: «Добро пожаловать, имперские ревизоры! Дайте денег на новую крышу!»
– А собаки еще не научились говорить? – на всякий случай поинтересовалась Аграфена. – Меня давно интересует этот вопрос. А то этот пес знает обо мне много всякого…
– Им это не дано, – ехидно заулыбался Акаций. – У собак мозги устроены по-другому!
Кот спокойно допил остатки какао, а потом запустил в Кухарку пустой кружкой.
– Ох, и жадная же ты, тетка! – презрительно сказал он. – Колбасы себе нарезала с мою голову величиной, а молока для какао зажала! Тоже небось домой уволокла, как и вчерашние макароны?!