чем дольше ты молчишь и выжидаешь, тем больше вероятность, что собеседник скажет что-то важное.
2 Ұнайды
Похоже, Ашена Сона не смущали подобные вещи. Он широко улыбнулся:
– То есть будем искать убийцу с какими-то хакерами и вот этим? Прекрасно!
– Да, – подтвердил бестелесный голос. – Нужно узнать, кто меня убил.
2 Ұнайды
Интересная технология, цифровое бессмертие… но этично ли это? И стоит ли лишать людей смерти?
1 Ұнайды
Я не знаю, что с этим делать, – признал Лан. – Интересная технология, цифровое бессмертие… но этично ли это? И стоит ли лишать людей смерти? Опять ведь богатые будут делать копии, а бедные не смогут себе даже имплант позволить. Да и копии… остаются они людьми? Или превращаются в новых личностей? Ох, проклятье, столько вопросов!.
Брайан часто сравнивал свою работу с поэзией, хотя, казалось бы, какое отношение к ней имеют чисто технические штуки? Но он умел видеть их под иными углами, с новых точек зрения. Он подходил к технике как к стихам: в них есть размер, рифма, они подчинены правилами, но в их сердце образы, нелогичные понятия
– Место, которому мы принадлежим… дом… это ведь не обязательно конкретная земля. Это рядом с людьми, которые нас понимают, которые нам дороги.
Мы живём в чудесное время, когда некоторые гении научились даже личность оцифровывать. Умеем заменять части тела на киберпротезы и пичкать тела имплантами. Это вроде как доступно. Но посмотри, Аш. Эндрю не менял моды много лет, потому что они дороги. Хозяин забегаловки постоянно кашляет, его фильтр дыхания, скорее всего, неисправен. У этого работяги дрожат руки, когда он ложку поднимает. Их импланты надо поддерживать, но это требует денег.
Яо слышал о драконах в Сети.
Будто бы они выглядели как огромные чешуйчатые твари, которые внезапно появлялись в дополненной реальности. Идёшь себе по улице, включив инфолинк, любуешься на рекламу, которая проецируется сразу на сетчатку. Яркие голограммы, вывески, указатели, подсвечиваемые знаки и переходы.
И вдруг между небоскрёбов проплывает дракон.
Или внезапно асфальт топорщится призрачной чешуёй, из него показывается длинное тело и исчезает в стене ближайшего магазина. Или просматриваешь себе ленту новостей, сидя в парке, и вдруг из-под лавки сквозь твой экран вылетает призрачное животное и устремляется в небо.
Пару раз Яо казалось, что он видел что-то подобное краем глаз, но не был уверен, что это не происки его воображения. Уж слишком много легенд окутывало этих драконов.
Говорили, что они – глюк, сбой системы. Последствия китайского фаерволла. Другие утверждали, что это безобидные программки, которые запустил некий хакер. Он давно умер, а его хаки так и блуждают по Сети.
Были и те, кто заявлял, что на самом деле драконы – это воплощения искусственных интеллектов, которые зародились в Сети без участия людей. Единственные настоящие ИИ с самосознанием.
Я когда-то видел хакера с выжженными мозгами, – неожиданно сказал Лан.
Яо навострил уши. Он только слышал о таком, больше байки, нежели реальные сведенья. И уж точно никогда не видел и не знал никого, кто бы видел. Сами хакеры не любили об этом говорить.
Хотя рассказывали, будто у них существует специальное цифровое кладбище для тех, кто умер в Сети. Их души до сих пор бродят между чужой информацией. Может, они и превращаются в драконов
Похоже, Лан полагал, что копия и вправду Брайан. Слитый в байты информации, зашитый в чип и бестелесный голос, а не искусно притворяющийся им бот или ИИ