Под бой барабанов, под топот коней
На небе, разбитом на сотни частей,
Сгоревши дотла, утонувши в золе,
Звезда умерла и сгнила в ковыле.
10 Ұнайды
Войны должны случаться, чтобы затем не повторяться.
2 Ұнайды
Не выдержав затянувшегося молчания, лекарь начал:
– Син… Как вы себя чувствуете?
Но не получив даже ответа, Нуска оказался сбит с толку, да и просто сбит с ног налетевшим на него эрдом.
Син дышал слишком часто, будто задыхался, с головы до ног ощупывая Нуску прохладными руками. Лекарь смутился так, что еле сдержался от того, чтобы не врезать эрду и не сбежать… Потому что это было слишком внезапно!
– С-Син… Что… Что происходит?! – чуть ли не в полный голос выкрикнул Нуска.
1 Ұнайды
– Удовольствие и спокойствие – это благо, но не когда оно вызывает раскаяние,
1 Ұнайды
Он уже принял решение – он уже о нём жалел.
1 Ұнайды
Существует только один путь к счастью – перестать беспокоиться о вещах, которые не подвластны нашей воле[2]
1 Ұнайды
– Нуска, вы уже очень долгое время являетесь не только лекарем из трущоб. Почему вы продолжаете отрицать, что на вас может вестись охота?
– Потому что я – никто! – запальчиво выдохнул Нуска, приложив ладонь к груди. – Я – не тот человек, из-за которого могут начинаться или заканчиваться войны! Я не тот человек, из-за которого могут совершить нападение на Эрьяру! Не тот, из-за кого может случиться хоть что-то важное или великое! Почему все продолжают спихивать на меня ответственность?!
1 Ұнайды
– Мы спасаем кого-то, чтобы самим не испытывать боль. Мы не желаем чужой смерти, потому что не хотим страдать. Мы отказываемся смотреть на умирающего и спасаем его, чтобы не чувствовать себя виноватыми. Мы делаем это для себя.
1 Ұнайды
Я не прощу себя, если подставлю под удар народ Скидана. Но я не смогу жить, если позволю погибнуть ему.
1 Ұнайды
– Это немного… трудно, но я попытаюсь, – неуверенно отозвался Син и, бросив взгляд на Нуску, вздохнул и прикрыл глаза. Сложив руки под головой и устроившись на спине поудобнее, он начал: – Однажды маленький щенок потерялся в лесу. Он долго блуждал среди деревьев, а новые запахи и путали, и манили его. Он метался из одной стороны в другую, задирал по ветру нос, но не мог уловить запаха своей стаи. Потерянный, он забился в ямку между корней деревьев, где надеялся переждать наступивший день. Незнакомые звуки леса пугали щенка, и, несмотря на своё любопытство, он боялся выйти и вновь отправиться на поиски своей стаи. Когда звезда достигла своего пика, у щенка уже крутило живот от голода, он замёрз и промок от росы, и жалобно скулил, не в силах сдержать плача. Однако что-то яркое и блестящее на траве привлекло его внимание. Поджав хвост, он выбрался из-под корней и сделал несколько осторожных шагов. Когда ничего плохого не случилось, он, высоко задрав хвост и подняв уши, побежал к блестящему нечто. Оно пахло непонятно и чуждо, ведь волчаки всегда охотились по ночам, а днём спали. И щенку хоть и было страшно, но ещё больше – интересно. Это оказался маленький светоч, который сел на цветок и, видимо, тоже потерялся в лесу. Щенок толкнул его лапой – и светоч взлетел, маня его за собой, в чащу леса. Увлечённый маленьким летающим огоньком, щенок побежал следом, но вскоре светоч пропал из виду. Однако щенку удалось отыскать следы своей стаи, которая всё это время искала его, и вернуться домой. Мать хорошенько потрепала его за загривок, а затем вылизала, чтобы согреть. Мораль была такова: страх и бездействие никогда не помогут тебе в трудной ситуации. Если ты хочешь спастись, то должен бежать. Если ты хочешь найти свою стаю, то должен искать. Но пока ты лежишь и прячешься в корнях, скулишь от страха и холода, тебе никогда не удастся изменить ситуацию. Бездействие и страх ведут к смерти, лишь бесстрашным суждено вернуться домой.