– Я не оставлю тебя, придурка, здесь одного. Умирать собрался? Прекрасно. – Ладони Саши оттолкнулись от коленей Славика, Бестужев с равнодушным видом упал на задницу, а затем растянулся на полу, закидывая руки за голову. Пылающий злостью взгляд уперся в высокие своды. – Здорово, значит, устраиваемся удобнее.
Удивление пробило брешь в душевной боли, глаза Елизарова непонимающе поползли на лоб.
– Что это ты делаешь? Так быстро не дохнут, ты сначала почки отморозишь.
– Трупу будет все равно… – мрачно отбрил Бестужев.
– Идиот, знаешь, как писать больно будет?
Взгляды встретились. Первым нервно прыснул Елизаров, спрятал смех за коротким кашлем, взгляд Бестужева обдавал презрением, опустились вниз углы губ.
– Ты или шутки отпускай, или с жизнью прощайся. Какое тебе дело, как мне будет ссаться?
Рядом с Сашей и его ненормальной, извращенной поддержкой немного отпускало. Устало растерев щеки, Славик вздохнул, махнул на него рукой.
– Поднимайся, айда на выход. Вот еще, он своим присутствием будет мне кончину портить. Ни пошутить, ни помереть нормально.
