обрадовалась она. — Как же я сразу не догадалась!
Иван Иваныч доставал горчицу совсем чуть-чуть — на самом кончике ножа, а затем осторожно намазывал на хлеб — и, зажмурившись, отправлял в рот. Потом он говорил: «А-а-а…» — и, от удовольствия мотая головой, набрасывался на кислые щи и другие невкусные вещи, как будто они были шоколадно-мармеладные.
Соня достала из холодильника зелёную баночку, открутила крышку и, зачерпнув полную большую ложку горчицы, решительно сунула её в рот.
— А-а-а, — зажмурившись, сказала Соня. И тут же почувствовала, что проглотила ежа, ядовитую змею и горячий утюг сразу…
