Вы же понимаете, что вряд ли Диму Бензовоза волновали философские вопросы! И уж точно никаких нравственных законов он в себе не искал.
– А почем ты знаешь?
– Я так думаю.
– Ты про людей, матушка, хорошее думай, а не худое.
1 Ұнайды
Часа в четыре, когда Тонечка размышляла, что сделать к курице – изящный салат или тяжеловесную картошку, – в дверь вдруг постучали.
Удивленная Тонечка выглянула из кухни и откликнулась:
1 Ұнайды
– Вы попали в самую точку, – согласился он. – Человек с черепом – это или Гамлет, или антрополог.
– Вам… интересно?
– Очень интересно, – сказал Федор Петрович. – Вы не можете себе представить, до какой степени.
1 Ұнайды
– Кофе! Вы так и не сварили, ребята?! Мы там уже почти поделили «язычки»! Мне кажется, Родион их пересчитал и распределил.
1 Ұнайды
– Так вот, влюбиться ты можешь в кого угодно! Первая кандидатура – Ярослав из тверского драмтеатра! Красавец и звезда местного масштаба! – Тонечка остановилась, и они обе засмеялись. – А я тебе говорю – полюби приличного человека!.. Забудь ты хоть на некоторое время, сколько он зарабатывает и какая у него машина! Поговори с ним. Полежи с ним. Посмейся с ним. Послушай его. Может быть, тебе именно его и недостает, ты же не знаешь! И не узнаешь, пока не попробуешь!.. В данный момент ты в идеальной ситуации – никому ничего не должна.
футболку и вся прижалась к Федору, сильная, горячая, грозная.
Он обнял
1 Ұнайды
…Тут она вспомнила о своих мечтах, чтобы Саша Шумакова оказалась «хорошей», и устыдилась собственного назидательного тона.
– Нет, правда, – сказала она Федору. – Я стараюсь находиться вокруг приятных людей. И мне это удается.
– Вы… я забыл, как это называется… А! Вы психотерапевт?
– В некотором роде, – согласилась Тонечка. – Я сценаристка. Пишу сценарии.
– Хорошие? – тут же спросил Федор Петрович. – Или вы сладкоголосая птица юности?
– Ну, – сказала Тонечка, все еще не сердясь. – Я вам так скажу. Теннеси Уильямс неплохой драматург.
Тут Федор Петрович спохватился.
– Я просто ничего не понимаю в такого рода деятельности, – он словно извинялся.
– А вы какого рода деятельностью занимаетесь?
– В основном физическим трудом.
– Вы… я забыла, как это называется… А! Вы бурлак?
Он вдруг остановился посреди улицы и захохотал. Громко и с удовольствием, как хохотал, когда обнаружил, что запер их с Сашей в своих владениях.
– Один – ноль, – сказал он. – С вами правда приятно разговаривать, Тоня.
Тонечку вдруг осенило:
– Слушайте! Вполне возможно, что мы зря сюда притащились! Сейчас службы все запрещены, храм закрыт. А где живет отец Илларион, я не знаю.
Они подошли к широкому, как меловая гора, приземистому, как княжьи палаты, широкому, как кольчуга тверича, храму.
Федор потрогал монументальную стену. Рука у него была загорелая, ногти острижены очень коротко, как у врача.
– Вроде бы открыто.
Он толкнул дверь, и она нехотя подалась – все как в тот раз, когда они приходили сюда с Сашей.
Тонечка первая, Федор Петрович следом, они зашли в сумеречный прохладный притвор, где оконца были словно из слюды, и потом дальше, в храм.
своих сценариях и в силу отпечатков верила всей душой.
Неожиданно в дверях
Родион страшно любил компот из сухофруктов, Тонечка варила его почти каждый день и даже немного опасалась, что в «Рублевочке» иссякнет запас, который лежал там, должно быть, годами.
Выдумываете то, чего нет, и, главное, не нужно! А потом не знаете, что со всем этим придуманным делать и куда его девать.
- Басты
- ⭐️Триллеры
- Татьяна Устинова
- Камея из Ватикана
- 📖Дәйексөздер