Обычно диктаторы любят историю, потому что любят себя в истории. Им мерещатся собственные памятники, пухлые тома биографий с золотым тиснением, шелестящие страницы учебников с их портретами, города и улицы, названные в их честь, и прочие символы исторического величия. Диктаторы почти всегда уверены, что всё делают в интересах граждан своих стран, поэтому благодарные потомки их не забудут. Никогда.
5 Ұнайды
И это — урок. Впрочем, история ничему не учит, она может лишь проучить.
3 Ұнайды
Показателен следующий казус. Сотрудница «Госполитиздата» Н. Егорьева недоумевала, почему в тексте написано «каррикатура», хотя это слово пишется с одним «р». С этим вопросом она обратилась в письме к секретарю Сталина А. Н. Поскребышеву. Она не знала, что так слово написал Сталин, а корректоры не посмели его исправить.
1 Ұнайды
С нескрываемым удовольствием разрушал он и миф об особой, цивилизующей роли Российской империи на национальных окраинах, подчеркивая колониальный характер территориальных захватов на Кавказе, в Сибири и Средней Азии. Согласно Покровскому, русская буржуазия и помещики пытались решить свои экономические проблемы через эксплуатацию этих территорий. Великодержавие империи также ставилось им под сомнение. Оценивая общий итог экономического развития России, историк приходил к выводу, что, несмотря на отдельные достижения, русская экономика носила «полуколониальный» характер, служа поставщиком сырья и рынком сбыта для ведущих западных держав.
главной задачей исторических трудов М. Н. Покровского стало разоблачение монархической и буржуазной историографии.
его исторической концепции стала теория торгового капитализма, которому противостоял промышленный (производительный) капитал. Согласно его теории, многое в русской истории с древнейших времен объяснялось интересами торгового капитализма. С точки зрения Покровского, на протяжении большей части русской истории государство обслуживало интересы торгового капитализма:
Он стал важным руководителем науки и образования в Советской России: заместителем наркома просвещения РСФСР (1918–1932), председателем президиума Социалистической (Коммунистической) академии, ректором Института красной профессуры, председателем Общества историков-марксистов, заведующим Центрархивом РСФСР и СССР.
Именно критику и самокритику должны были привнести «маленькие люди» в академический мир, оказавшись на передовой борьбы за чистоту марксизма-ленинизма.
Не секрет, что научное сообщество (впрочем, как и многие другие) выстраивается по своеобразной клановой системе. В среде советских историков это было особенно заметным. Вокруг авторитетных и влиятельных ученых теснились ученики, многочисленные помощники, зависимые научные сотрудники. Сторонники общих концепций также имели свойство группироваться и тесно взаимодействовать, особенно против оппонентов. Такая ситуация не могла не беспокоить власть. Во-первых, это нарушало структурную однородность советской исторической науки. Во-вторых, осложняло управление наукой из‐за регулярных межклановых дрязг. Но были и положительные моменты: наличие ярко выраженных лидеров позволяло транслировать через них в научно-историческое сообщество идеологические требования, через них же контролировать инакомыслящих. Периодически надо было «встряхивать» таких лидеров. Во-первых, для запугивания самих «авторитетов», а во-вторых, для того чтобы другим, менее значимым фигурам, показать всю силу системы. Для «оздоровления» задействовались самые разные механизмы, и «маленький человек» играл в этом не последнюю роль
Николаенко, — говорил Сталин, — это рядовой член партии, она обыкновенный «маленький» человек. Целый год она подавала сигналы о неблагополучии в партийной организации в Киеве, разоблачала засилье троцкистских вредителей. От нее отмахивались, как от назойливой мухи. Наконец, чтобы отбиться от нее, взяли и исключили ее из партии. Ни Киевская организация, ни ЦК КП(б)У не помогли ей добиться правды. Только вмешательство Центрального Комитета партии помогло распутать этот запутанный узел. А что выяснилось после разбора дела? Выяснилось, что Николаенко была права, а Киевская организация была не права. Ни больше, ни меньше. Как видите, простые люди оказываются иногда куда ближе к истине, чем некоторые высокие учреждения..
Маленький человек» — фигура в сталинской политической культуре чрезвычайно важная, а главное — эффектная и эффективная. Это рядовой советский гражданин, который разоблачает больших начальников. Сталин ценил «маленьких людей», они держали местных руководителей в напряжении и обеспечивали своеобразную связь власти с населением. На февральско-мартовском пленуме ЦК 1937 года он воспел «маленьких людей» в лице Полины Николаенко из Киева, которая нашла вредителей в партийной организации местного отделения Института красной профессуры