Оглавление

Глава 1

Наши дни.

Перепрыгивая через опрокинутые тележки, раскиданные велосипеды и самокаты, маневрируя между стоящими автомобилями она бежала по парковке ТЦ Мега Теплый Стан, крепко держа за лямки рюкзак, который висел у неё за спиной, в нём находился её пёс. Сердце песеля бешено билось, она чувствовала это спиной, и её сердце колотилось в таком же ритме. Ей казалось, что стук их двух сердец слышит вся столица. Она оборачиваясь продолжала бежать, услышав голоса недалеко от себя, девушка стянула рюкзак с плеч и протиснувшись под машину, затащила его за собой.

— Тихо, — прошептала девушка собаке. Собака послушно молчала.

Под машиной было очень тесно, днище машины касалось её спины и девушка начала мысленно считать от 100 в обратном порядке, пытаясь побороть паническую атаку.

Мужские голоса становились все ближе:

— Я кого-то видел. Это вроде подросток, рост около 160—165см, в черных штанах карго, в большой футболке и в балаклаве, — доложил мужской голос по рации.

— Это мальчишка? — Раздался ответ по рации.

— Не распознал, балаклава на голове и одежда оверсайз, на спине черный рюкзак, школьного типа, форму держит. Приём.

— Видишь объект сейчас?

— Нет, объект бежал по парковке, на Теплом Стане, пропал из моего поле зрения. Запущу дрона, буду искать.

— Принято, держи в курсе.

Она услышала звуки дрона, который летал над рядами машин и завис на несколько секунд над автомобилем, под которым она пряталась.

— Умри, — она дала команду собаке и тот в ту же секунду притворился мертвым. Девушку начала бить дрожь, она вжималась в землю, чтобы не касаться днища автомобиля, боясь что от него отвалится какая-нибудь деталь и выдаст её местонахождение.

Так она пролежала минут сорок, пока не стих звук дрона. Её тело трясло, а мозг судорожно пытался найти путь спасения. Она вспомнила как когда-то, сдавая вещи в химчистку, расположенную в Ашане, грузчики что-то завозили и разгружали, один из грузчиков громко оповестил, что закрыл дверь, чтобы не было сквозняка из погрузочной, которая выходила на Калужское шоссе.

Девушка медленно вылезла из-под машины, вытащила рюкзак с собакой, который все это время держала за лямку. Огляделась по сторонам, пригнувшись и прижав рюкзак к себе, девушка перебежками между машинами побежала ко входу в Ашан. Свет в безлюдный магазин проникал только через окна. Оказавшись внутри магазина она направилась к входу в погрузочную. Ей нужно было пересечь её, выбежать на Калужское шоссе и там под мостом стоял её автомобиль. Ей этот план спасения показался идеальным. Повесив рюкзак на плечо, она открыла тяжелую дверь в погрузочную и закрыв её за собой, помещение погрузилось в полумрак. Длинный, широкий коридор, заставленный стеллажами освещала одна-единственная мерцающая, тусклая лампочка. Девушка тихо ступала по коридору, пробираясь к выходу. Вдруг кто-то схватил её и потащил за стеллажи, которые были заставлены ящиками и коробками до самого потолка. Она резко скинула рюкзак с плеча и крикнула «умри».

— Да хуй тебе, — послышался мужской голос в ответ и парень зажал ей рот рукой. Она начала яростно сопротивляться, пытаясь укусить его ладонь и вцепиться ему в лицо, но противник был сильнее. Он повалил её на спину, сел на её ноги, одной рукой держал руки над её головой, а второй рукой закрыл ей рот, повторяя:

— Тихо, не кричи! Нас услышат! Молчи! Они в здании! Я отпущу тебя, если ты не будешь кричать. Моргни, если не будешь? — Спросил он, глядя в глаза девушке, она моргнула. Парень медленно убрал руку от её рта, убеждаясь, что она не закричит. Девушка молча смотрела на него. Парень, находясь сверху и продолжая держать ее руки стянул с неё балаклаву. Её длинные, темные волосы, расхломатившись упали на лицо. Парень удивлённо убрал их:

— Ахуеть! Это ты?! — Произнёс он, отпуская её руки.

— Слезь с меня, сучара. Ты вообще кто? — Прошептала она и подтянула рюкзак ближе к себе.

В этот момент дверь в погрузочную резко открылась и яркий свет фонарика осветил помещение. Парень прижал девушку к себе и приложил палец к своим губам.

— Прием, я внутри. Раздался голос преследователя.

— Видишь кого-нибудь? — Ответили ему по рации.

— Нет, ничего подозрительного. Судя по тому как объект передвигался, он физически здоров, окружающая среда вреда объекту не принесла.

— Ты точно уверен, что это человек?

— Да. Прием.

— Значит у нас есть шанс. Уходи оттуда, вдруг это ловушка.

Преследователь насторожился, заметив что-то за стеллажами и прислушиваясь произнёс:

— Ок, отбой. — Резко развернувшись он побежал обратно в торговый центр. Из рации донеслось:

— Принял.

Полтора года назад.

Осень 2020

Я ехала по мокрой от дождя трассе из загородного клуба на своем мерседесе. Деревья сбросили свою желтую листву, на город опустилась серость, а противный, холодный, осенний дождь моросил, покрывая лобовое стекло. Серость, упавшая на город продержится до самой весны. Я ехала, слушала песни по радио, подпевая некоторые из них и размышляла на тему того, почему в Москве так мало солнца. Музыка сменилась новостями, которые крутили каждый час, томный голос ведущего сообщил:

В Москве волна ОРВИ…

Я убавила звук.

— Так странно, почему по новостям никогда ничего веселого не рассказывают. Постоянно негатив вываливают на людей, — сказала я вслух своему песелю, который мирно посапывал на переднем пассажирском сидении.

— Ну и засоня же ты, я почесала его за ухом, а он не просыпаясь, перевернулся на другой бок в своей лежанке. Как же здорово ему, лежит в своей кроватке, в автомобиле. Я бы тоже сейчас с огромной радостью завалилась в свою кровать и проспала несколько часов. Эта поездка в загородный клуб меня вымотала. Думаю, что Стёпа тоже не был рад шумной компании. Коллега по работе отмечал день рождения, снял домик в подмосковном клубе и пригласил всех, отказ он не принимал и поэтому пришлось выбираться из своей квартиры, ехать и поздравлять…

Я интроверт и мне было абсолютно это не интересно и не нужно, я бы с большим желанием провалялась дома, в обнимку со своим песелем. Я не люблю общество людей, они мне не нужны, чтобы чувствовать себя счастливой. Но интроверту пришлось выбраться из своего кокона и теперь нужно было восполнить свою энергию. Обычно это было что-то связанное с творчеством, я рисовала, писала сказки, играла на калимбе или просто брала Степу и мы вместе шли на пробежку в лес, который находился рядом с моим ЖК. Стёпа это мой пёсель, который сейчас посапывает на соседнем сиденье. Как вы уже поняли, я всегда предпочитаю собственное общество, ещё никому не удалось сломать стену, которую я возвела вокруг себя и своей собаки.

Йоркширский терьер по кличке Стёпа, ему четыре года, рожден он от очень титулованных родителей, победителей многих выставок и конкурсов, но единственное, что его связывало с родителями-это кривенькое клеймо, которое ему набили от жалости, чтобы он не считался «выбракованным» и была возможность кому-нибудь его впарить. Но я влюбилась в него с первого взгляда. А не подходил он под стандарт, потому что имел длинные, тонкие лапы, длинные уши и крупное тело. Но зато природа наградила его умом и сообразительностью. Он четко выполнял мои команды: сидеть, лежать, дай лапу, голос, неси игрушку, тихо и умри. И на просьбу «идем обниматься», он подходил, клал свои длинные лапы на мои плечи и прижимался всем своим телом, искреннее и с любовью заглядывая в глаза и облизывая мне нос. Вообще мне кажется, что он понимает все, что я ему рассказываю.

Все дни моей жизни были похожи друг на друга, я работала, возвращалась домой и наслаждалась своим одиночеством, гуляла со Степой, включала на своем огромном экране виды Перу, садилась скрестив ноги перед экраном посреди своей гостиной, и смотрела, поедая кукурузные палочки. Это еще одна моя особенность или как говорят люди «странность», я всегда сажусь скрестив ноги напротив понравившегося мне объекта, картины или вида и поедая кукурузные палочки просто смотрю, получая эстетическое удовольствие.

Стёпа лежал рядом, играл со своей игрушкой или грыз косточку…

Но в середине зимы все изменилось. Оказалось, что сезонная простуда, это новый неизвестный человечеству вирус, которому в последствии дадут название Армагедон’20…

Существует теория, что при любом катаклизме выживет лишь золотой миллиард, но за полтора года я доказала, что это миф. Хотя странно говорить, что я доказала, ведь доказывать уже было некому.

Весной 2022 года человечество вымерло, полностью, все восемь миллиардов, оставив в живых только меня… Я пережила смертоносный вирус, массовые суициды и полнейшую анархию.

Наши дни.

— Отцепись от меня, не прижимай меня к себе! — Девушка оттолкнула парня.

— Да нужна ты мне, пигалица. Я-то думал пережить конец света с какой-нибудь моделькой, с пышными формами, — съязвил парень.

— Ты походи-поищи, может где-нибудь ещё бродит моделька-доходяга, ищет к кому присосаться, к тебе хочет, синеглазка.

Доходягами называли тех, кто уже заражён вирусом Армагедон’20 и их дни были сочтены, но заражённый все еще пытался бороться с вирусом. Такие чаще встречались за три месяца до полного вымирания человества. Они зачем-то бродили по улицам города, еле волоча за собой ноги, сильно кашляли, хрипели и тяжело дышали. Забирались в темные помещения, потому что мутирующий вирус, который к тому времени уже был способен убивать за 48 часов, поражал роговицу глаза, людям было больно смотреть на свет, и поэтому они из последних сил искали темные закутки, где умирали в мучениях. Особенностью Армагедона было то, что тела не разлагались, а самомумифицировались в течении трех дней…

Девушка посмотрела в глаза парню, выхватила из его рук свою балаклаву и когда он не ожидал, дала ему пощёчину, — это за то, что ты меня на пол повалил, придуроШный!

Парень прищурил глаза и раздражаясь прикусил губу.

Её внимание привлекла подвеска на его шеи. Она посмотрела на неё, потом на парня. Девушка была уверена, что это её подвеска, это был винтаж, сделанный на заказ её бабулей, подвеска в виде ангела, с расправленными крыльями и мечом, а над его головой был изумруд.

«Неужели я её потеряла или он мародёр и украл её у меня из квартиры», — думала она.

Девушка надела рюкзак, балаклаву и направилась к выходу.

— Нам надо держаться вместе! — крикнул парень ей вслед.

Она лишь показала ему средний палец и выбежала на улицу. Оглянувшись по сторонам и убедившись, что никого нет, она побежала к своему автомобилю. Уже почти добежав, кто-то большой, в темно-зеленом защитном костюме и в шлеме, который полностью защищал его голову и лицо, выскочил из-за её машины и повалил на землю. Она начала сопротивляться, но противник был в несколько раз выше и сильнее её. Он поднял и понёс её к такому же зеленому, как его костюм, автомобилю марки «Hummer», спрятанному под мостом. Девушка из-за всех сил пиналась ногами, пытаясь вырваться. Тот никак не реагировал, складывалось ощущение, что мужчина просто запрограммирован на то, чтобы волочить её. Она слышала его громкое дыхание, будто он дышит через какой-то аппарат, встроенный в его шлем. Степа громко лаял, стачивая когти об стенки рюкзака-переноски, безуспешно пытаясь выбраться. Преследователь резко сорвал рюкзак и выкинул его на дорогу, Степа вскрикнул и замолчал.

Сердце девушки начало биться с невероятной силой, она почувствовала злость и с ещё большим остервенением начала сопротивляться, но шансов у неё практически не было, противник был сильнее, ей могла помочь только удача. Было слышно как Степа снова пытается выбраться и прийти на помощь хозяйке.

Мужчина пытался засунуть девушку на заднее сиденье Хаммера, но она упорно упиралась ногами и руками. Когда неизвестный понял, что она так просто не сдастся, ему это надоело и он с небольшой силой ударил её головой об машину, пытаясь вырубить. Девушка ослабла, все звуки притупились, в ушах стоял звон, голова гудела, а в глазах летали звёздочки. Он уже без проблем положил её на заднее сиденье, открыл футляр и достал шприц, закатал ей рукав, сзади послышался голос:

— Эй ты уебан, отпусти ее, — с этими словами, на неизвестного накинулся парень, которого девушка прозвала «синеглазка». Началась драка. Но силы снова были не равны, синеглазка ростом около 185см, спортивного телосложения, но даже тут неизвестный в защитном костюме превосходил его по всем параметрам. Девушка пыталась прийти в себя, голова гудела, а в ушах стоял звон.

— Ну же соберись, там Степа и он один и беспомощен, — говорила она себе.

За все её 25 лет на неё никто никогда не нападал, ей никогда не приходилось драться, её жизнь ещё никогда не была в опасности как сейчас, но теперь времена изменились.

Нападавший в защитном костюме уже повалил парня на землю и сев сверху пытался придушить его.

Девушка вспомнила, что в кармане её брюк-карго лежит военный нож, она вытащила его и собрав последние силы, покачиваясь вылезла из автомобиля. Синеглазка отчаянно боролся, крепко схватившись в руки нападавшего и всеми силами пытался убрать их со своей шеи. Вены на лбу парня вздулись, его лицо покраснело, ему уже было тяжело дышать и он начал бить ногами об землю, пытаясь вылезти из-под противника. Но тот навалившись на парня, ещё сильнее сдавливал шею. Девушка увидев то, что мужчина в защитном костюме находится спиной к ней, решила, что это лучший момент. Взяв нож двумя руками она со всей силы ударила им в спину неизвестного, тот громко вскрикнул, резко отпустил шею синеглазки и зачем-то приложил руки к своей груди, пытаясь что-то нащупать. Девушка молча наблюдала за его агонией и когда мужчина хрипя завалился на бок, она кинулась к рюкзаку и вытащила оттуда напуганного Степу, который сразу же начал облизывать хозяйку.

— Всё хорошо, твоя переноска ударопрочная, — успокаивала она собаку, возвращая его обратно в рюкзак и вешая на плечи.

Сейчас Стёпа был бы очень суетлив и всё время пытался бы облизать лицо хозяйки, а им нужно было срочно убираться отсюда. Поэтому Стёпа послушно вернулся в переноску и удобно улегся.

— Ты мне жизнь спасла, — сказал парень, покашливая, натирал свою мощную шею и рассматривая раненого.

— Синеглазка, я спасала свою собаку, а не тебя. Этот мудила мою собаку хотел убить, — сказала девушка и со всей силой пнула уже обездвиженное тело. Она вытащила нож из его спины и обнаружила под защитным костюмом еще один костюм, который плотно облегал его и выглядел как вторая кожа.

— Что это? — спросила она.

— Хз, дай нож, — попросил парень и протянул руку, девушка положил рукоятку в его ладонь. Парень вспорол верхний костюм и снял шлем. Ребята на секунду замерли, на убитом был еще один костюм, который полностью покрывал тело и голову. На лице располагалась маска с фильтром в форме морды вомбата. Сам костюм-кожа был покрыт какими-то датчиками и огоньками как на неоновой ленте. Сначала огоньки моргали желтым светом, потом резко красным и тут же вовсе потухли.

— Он точно человек? А то во время пандемии всякие слухи ходили, — сказала девушка.

— Вроде чел, — парень постучал по прозрачной части маски, которая защищала открытые глаза убитого. Он внимательно разглядывал костюм телесного цвета, который в облипку прилегал к телу, парень перевернул тело погибшего, пытаясь найти замок или кнопки.

— Впервые такое вижу, как с него это снять, — думал вслух синеглазка.

— Приём, доложи о выполнении операции, — раздался голос из рации в Хаммере.

Ребята напряглись и переглянулись.

— Приём, Ворон, доложи о выполнении. Приём.

— Возьми рацию и ответь, что всё норм, — предложила девушка. Парень так и сделал.

— Операция выполнена. Приём, — сказал синеглазка.

— Цель? Приём, — спросил голос из рации.

Через несколько секунд всё стихло.

— Мне кажется они знают, что мы его убили. Может «Цель» — это кодовое слово было? Поэтому они так резко отключились. Сваливаем отсюда, пока они здесь не появились, — сказал парень.

Девушка залезла в Хаммер, в поисках того, что можно забрать и увидела дрон.

— Нам надо держаться вместе, — снова сказал синеглазка, разминая шею, наклоняя голову в разные стороны.

— Ну уж нет, может ты с ними за одно и решил меня им продать! — взгляд девушки снова упал на подвеску. Парень заметив это, убрал ее под худи. Она взяла дрон и направилась к своему Порше. Синеглазка же забрал из Хаммера шприцы, наполненные какой-то жидкостью и рацию.

Он направился к своему автомобилю, который стоял на парковке строительного рынка. Девушка пригляделась,

— Это ламба! …вполне может быть, что звук его мотора я и слышала. Степа, он спиздил мою подвеску, а я угоню его тачку, верну подвеску и ещё прихвачу всё, что у него есть…

Месяц назад

Весной 2022 года человечество вымерло, а мы со Степой впервые покинули своё убежище средь бела дня…

В то время было опасно жить в квартире, когда все поняли, что шансов выжить нет, поставки продуктов прекратились, а правительство никак не регулировало обстановку, уже практически и некому было следить за порядком, люди начали грабить и убивать. Человеческая жадность не имела логики: в мире бушевал смертоносный вирус, а они тащили новенькие телевизоры, телефоны и все остальное, что имело ценность. Некоторые умирали с награбленным в руках на улицах города, так и не дотащив их до дома, сил на это уже не было. А через три дня превращались в мумифицированные тела, которые клевали вороны…

Я стояла в своём дворе и держала Степу на поводке. Мои глаза еще долго не могли привыкнуть к солнечному свету. Я осмотрелась по сторонам, прогулялась по району, надеясь найти еще выживших, но никого не было. Сев на пустой остановке, которая раньше была переполнена людьми и к которой уже не подъедет автобус, я смотрела на пустынный перекресток. Степа запрыгнул и сел мне на колени. Я крикнула, стая ворон с шумом взлетела, отвлекаясь от поедания человеческих останков, лежащих прислонившись к дереву.

Я выжила, в это было сложно поверить, все мертвы, но не я.

Теперь в моем распоряжении был весь город, любая машина, любая квартира. Я могла делать всё, что хочу и я начала делать.

Я сидела на той остановке и радовалась первым теплым лучам весеннего солнца. Стёпа лежал, шумно вдыхая тёплый воздух своим мокрым носом. Мы очень долго просидели в подземке, а на улицу выходили по ночам, в целях нашей безопасности. Но теперь мир был пуст, а я полной грудью дышала воздухом, который убил все население Земли…

— Стёпа, жизнь прекрасна, как же хорошо жить. Мы выжили, Стёпа, это надо отметить! Он радостно вскочил и завилял хвостом, его собачий мозг тоже хотел отметить такое событие, я чмокнула его в мокрый нос.

Первым делом, мне нужно было обзавестись личным транспортом, свой мерседес я брать не хотела, вдруг бы мне пришлось его где-то бросить и возвращаться без него. А как я уже говорила, я интроверт и одна из моих особенностей я жуть как привязываюсь к личным вещам, не важно, что происходит в мире, мои вещи должны быть в безопасности. Я хочу спускаться на паркинг, смотреть на свой автомобиль, гладить его, просто сидеть в нём, но куда-то ехать, рискуя оставить его где-либо по какой-то причине, нет, на такое я не согласна. Поэтому мне нужно найти авто, я вспомнила, что дверь в соседкую квартиру была открыта, доходяги добрались до неё, забрав оттуда палку колбасы и пылесос dyson, за всем этим я наблюдала по своим камерам. В лучшие времена, сосед рассекал по городу на Порше. На нём мы и отправились, первым делом в ЦУМ найти праздничную одежду. Природа оживала после зимней спячки, на некоторых деревьях появились листочки, трава зеленела, тишину города нарушило пение птиц. Стёпа сидел на переднем сидении и поставив свои длинные лапы на приборную панель, смотрел в окно. Двери ЦУМа были распахнуты, внутри валялись манекены, лежало несколько мумифицированных тел, через которые я аккуратно перешагнула, Стёпа шел рядом, оглядываясь по сторонам. На одном из упавших манекенов бутика Jimmy Choo, я заметила короткое ярко-красное, сверкающее платье, к нему шли такие же сверкающие полуботинки на каблуке- Jimmy Choo «Shimmer in the Dark»

— Стёпа, я возьму это. Если манекен так одет, значит это стильно. Я всегда так делала,

— Я отыскала фирменные пакеты и погрузила туда свои находки.

— Так, пойдём найдем тебе фрак, я слышала, что многие бренды шьют фраки для собак. У нас праздник, не будем себе ни в чем отказывать, тем более деньги никто не просит, — сообщила я своему четырехлапому другу. Собачий фрак был найден, он был немного Степе великоват, но смотрелся весьма празднично. После ЦУМа мы зашли в один из зоомагазинов, который позиционировал себя как магазин элитной продукции для собак и я взяла для Степы самый дорогой паштет, который там был. Мы прошлись по Петровке и заглянули в алко-маркет, в их подсобке я отыскала Macallan. Праздничный ужин был почти готов, осталось зайти в продуктовый, взять несколько упаковок кукурузных палочек и жестяную банку сгущёнки. Ещё одна особенность людей, на прилавках и в складских помещениях магазинов оставались продукты, но мародеры их не брали, они предпочитали чужие квартиры, взламывали замки и тащили все оттуда. Человеческий мозг странная система. Но я не хотела сейчас думать об этом, сегодня у меня и моего песика был праздник.

Отмечать такое событие я решила в одном из лучших ресторанов, расположенного в башне Москва-сити на 89 этаже. До пандемии реклама этого места звучала из каждого утюга, в ней говорилось о панорамных окнах, которые смотрят на город и на закат. Бронь столиков в этот ресторан была на полгода вперед с невозвратным депозитом в 150 тысяч рублей. А теперь никто туда не торопился. Когда был создан ажиотаж вокруг этого места, у меня не было желания посетить данное заведение, да и меня туда никто и не приглашал, а теперь, в опустевшем мире мне казалось это очень даже хорошей затеей. Теперь в ресторан можно даже со своим песелем…

Я стояла со Степой на руках, на автомагистрали ТТК и задрав голову смотрела на стеклянные небоскрёбы, в стеклах которых играли солнечные лучи. Раньше на ТТК были автомобильные пробки и затруднено движение, а теперь пустота. Так необычно, к этому явно надо привыкнуть. Постояв так минут десять и оглядевшись по сторонам, мы вернулись в автомобиль и продолжили путь к Москва-сити. Шлагбаумы были сломаны, я заехала на паркинг и посадив Степу в его рюкзак, повесила его на плечи, вытащила пакеты и направилась в лифтовой холл. Лифты ещё работали, это огромный плюс. Мы со Степой поднимались на 89 этаж, уши закладывало, чтобы отвлечься от этого неприятного ощущения, я разглядывала кнопки в лифте. Я вообще всегда пытаюсь отвлечься от неприятных ощущений, зацикливая своё внимание на цифрах.

— Стёпа, смотри, на 85 есть отель, мы можем там переночевать и переночуем! Можем себе позволить! — сказала я.

Лифт подал сигнал и двери открылись. Мы оказались на залитом солнечным светом 89 этаже. Входная зона и лифтовой холл были выполнены в белом мраморе, панорамные окна, с видом на весь город, наполняли все пространство естественным светом.

— Вау Стёпа, здесь так красиво! Представляешь, люди платили за это место сотни тысяч, а нам все нахаляву. Наверняка, сюда нельзя было с собаками, а теперь можно, теперь нам никто ничего не запретит, — я выпустила песеля из рюкзака и надела на него фрак, он радостно виляя хвостом бегал вокруг меня.

Зал ресторана был действительно красивый, дизайнеры проработали каждую деталь, сделав акцент на белоснежном рояле, поставленном в центр малахитового зала, здесь все было пропитано роскошью. Я подошла к столику, который стоял у самого окна, оттуда открывался невероятный вид на самые знаковые достопримечательности Москвы в лучах солнца.

— Стёпа, мы не будем ночевать в отеле, мы будем ночевать здесь! — решила я и мы спустились на 85 этаж, погрузив несколько одеял и подушек на тележку для горничных, а сверху посадив собакена мы вернулись в малахитовый зал ресторана. Я отодвинула столик и кинула на его место одеяла и подушки. На кухне нашла свечи и расставив их на столах, зажгла. Там же, на кухне я открыла сгущёнку и перелила её в красивую чашу, найденную в шкафу. Переоделась и села скрестив ноги на самодельную кровать.

Я ела кукурузные палочки, макая их в сгущёнку и пила виски из горла. Стёпа ел свой дорогущий паштет, громко чавкая и запивая водой.

Ещё в хорошие времена, я включала дома, на своем экране, виды Перу и садилась скрестив ноги, ела кукурузные палочки и просто смотрела на красоту по ту сторону экрана.

— Да, теперь сложновато будут добраться до Перу. Но ты же знаешь, Стёпа, для нас нет ничего невозможного. Мы с тобой особенные, уникальные. Вирус, заразивший воздух убил всех, а меня нет, — я отпила виски и почесала Степу за ухом, он поев, улегся рядом со мной, положив голову на подушку.

Вирус не заражал животных, поэтому за Стёпу я не волновалась.

— Мир пуст, город пуст, ни звуков машин, ни звуков телефонов и никаких голосов. Чувствую ли я сейчас себя одинокой? — я задумалась над этим только сейчас, потому что на протяжении полутора лет я думала лишь о том как мне выжить. А теперь я прислушалась к своим чувствам. Ничего. Я ничего не чувствовала. Мне даже на секунду показалось, что моя жизнь не изменилась. Я всегда была одиночкой, это был моё осознанное решение. Я любила гулять одна, смотреть кино, путешествовать. Я снова отпила виски и закусила кукурузкой со сгущёнкой. Я наблюдала за закатом, горящие свечи создавали уют в пустынном зале и играли на моем блестящем платье, а Стёпа громко посапывал. Солнце зашло, погрузив зал ресторана в романтический полумрак. Взяв бутылку виски macallan, прошла за барную стойку и включив музыку Элтона Джона, залезла на белоснежный рояль и начала танцевать.

— Cold cold heart; Hard done by you, — подпевала я. Степа, проснувшись радостно прыгал около меня, пытаясь забраться на рояль. Я его подняла и держа на руках танцевала:

— Стёпа, нам так весело! Cold cold heart; Hard done by you. За нас Москва, мой любимый город. Завтра снова взойдет солнце и будет новый день, в новом мире, — песня закончилась и я села на рояль, свесив ноги, Степа сидел рядом. Я смотрела в окна и подумала, вдруг где-то в мире есть ещё выжившие, интересно, чем они сейчас заняты, о чем думают, страшно ли им, одиноко?

— Степа как думаешь, остались ли еще выжившие? — спросила я собаку, отпивая виски из горла. Степа тявкнул. Я взяв собакена, спрыгнула с рояля, оставив на нём бутылку. Степа улёгся на одеяла, положив голову на подушку, я обняла его и укрыв нас теплым, тяжелым одеялом заснула.

Всю ночь лил дождь, а утром лучи солнца, которые проникали через панорамные окна, разбудили меня. Я потянулась, Стёпа уже давно проснулся и лежал рядом, разглядывая моё лицо. Перевернувшись на живот, я смотрела на город, освещенный солнцем.

— Стёпа, теперь это наш город. Только наш. Мы даже можем придумать свои законы. Сейчас надо спуститься в торговый центр, взять что-нибудь из одежды. Хочу брюки карго, оверсайз футболку из мужского отдела и топ, а еще нижнее белье возьмём. Ты же знаешь, что я очень люблю красивое, нижнее белье.

Через час мы уже были в торговом центре. Мародёры туда добрались, разбили витрины и раскидали манекены. Мы со Степой бродили по пустому центру, закидывая в пакеты все, что нам нравится из нерастащенного: одежда, обувь, косметика, игрушки. Выйдя на улицу, мы оказались среди небоскребов. Там между ними еще до пандемии установили инсталляции 70—80 годов 20 века и мы решили их посмотреть. В одном из павильонов на стене висел ковёр, стоял телевизор на ножках, а напротив диван.

— Ого, как будто квартиру моей бабули скопировали, — сказала я и забралась вовнутрь, села посередине этой комнаты, между своими пакетами и скрестив ноги стала разглядывать обстановку, Степа лёг рядом.

Я не знаю сколько я так просидела, вспоминая своё детство, проведённое в такой же квартире своей бабули, это были тёплые воспоминания. Маленькая я бегаю по такому дивану, прыгаю с него на пол, а бабушка на маленькой кухне жарит пирожки, изредка выбегая проверить, что я делаю, просит меня не прыгать, думая о моей безопасности. Ее квартира располагалась в кирпичной пятиэтажке, которых было сотни в городе, бабулина квартира была очень солнечная, а на подоконнике стояли цветы. У неё всегда было очень чисто, хоть она и говорила «Ужас, какая грязь, а я только середку помыла». Середку помыла-так она говорила после каждой своей генуборки…

Звук мотора спорткара, пронёсшегося на полной скорости где-то не далеко от Москва-сити, вырвал меня из воспоминаний. Я бы могла решить, что это звуковые галлюцинации, но даже Степа поднял голову и навострил уши. Мне стало страшно.

— Надо убираться отсюда. Вдруг это мародеры-доходяги. Прыгай в рюкзак. — я открыла Степину переноску, он послушно туда залез. И повесив рюкзак на плечо, взяв свои пакеты с одеждой побежала к машине, на которой приехала. В голове было множество вопросов, кто это, откуда, сколько их и самый главный вопрос как себя защитить. Я никогда не занималась никакими видами самообороны, я умею только быстро бегать, во мне всего-то 43 килограмма и оставшись в живых после убийственного вируса я должна научиться защищать себя и своего песеля. Это как раньше, в самолете давался инструктаж «сначала наденьте маску на себя, а затем на ребёнка», и если проводить параллель с новой реальностью, то я должна уметь защищать себя, чтобы защитить свою собаку, ведь оставшись без меня, он погибнет. Добежав до машины и закинув свои пакеты на заднее сиденье, села за руль, а рюкзак со Степой поставила на переднее сиденье, я сразу заблокировала все двери, огляделась по сторонам-никого. Вспомнила, что сосед, на чьём автомобиле я езжу, при встречи в лифте всегда рассказывал про свои военные заслуги. Я полезла в бардачок, надеясь найти какой-нибудь атрибут, который мог бы меня защитить. На самом дне, в футляре лежал военный тактический складной нож АК47.

— Соседское спасибо, подумала я про себя и скинув платье, я натянула на себя штаны карго и футболку, а на ноги вместо блестящих полуботинок я надела найки джорданы, найденные в магазине и засунула нож в один из карманов брюк. Платье и каблуки это, конечно, очень красиво, но сейчас для меня главное удобство, в штанах и кроссовках легче бегать, прыгать и прятаться, если вдруг придется, думала я про себя.

— Не могу сказать, что теперь чувствую себя в безопасности, но лучше иметь хоть что-то, чем ничего, — сказала я Степе и еще раз оглядевшись, начала движение. Я старалась ехать с краю дороги, чтобы в случае чего остановиться, а там где это было возможно я проезжала дворами.

Наши дни

Девушка дала по газам и направилась в сторону аэропорта, где она жила уже месяц. Сегодняшняя вылазка за продуктами закончилась одним не очень приятным знакомством и одним убийством. Но она теперь убедилась, что выжившие есть и некоторые из них хотят её убить.

Когда состояние аффекта прошло, на неё напала паническая атака такой силы, что пришлось остановить автомобиль посреди шоссе. Девушка сидела за рулем, глубоко дышала, пытаясь прийти в себя, когда почувствовала приступ рвоты, она резко открыла дверь, её стошнило.

— Я убила человека. За полтора года смерть стала обыденностью, но там была смерть не от моих рук. Что я сейчас чувствую? Мои чувства смешаны, сложно объяснить. Но ведь я защищала свою жизнь. Ведь я должна научиться защищаться, он нападал, я защищалась, — разговаривала она сама с собой, пытаясь найти оправдания происходящему.

…

— Ебучая рация как тебя настроить! — парень пытался поймать сигнал, подсоединяя какие-то провода к рации, сидя в своём укрытии, окружённый компьютерами.

В его жилище стояли ящики с патронами и оружием. Он откинулся на спинку геймерского кресла и сняв подвеску держал ее в руках.

— Я тебя нашел, — он приложил подвеску к губам.

— Приём. Ворон мертв. Прием. Мы возвращаемся на базу, — послышался голос с помехами. Синеглазке удалось поймать слабый сигнал рации.

— Прием, парни будьте на чеку. Объект здоров и опасен, имеет иммунитет к вирусу. Приём.

— Прием, Ворон был убит ножевым ударом в спину, объект напал сзади. Ворон никогда не повернется к противнику спиной.

— Может объект не один? Прием.

— Прием, защитный костюм был вспорот, «Вторая кожа•20» не пострадала. Объект не смог снять её. Прием.

— Если их несколько, для нас это ещё лучше. Прием.

— Ну что поохотимся парни. Прием.

— Операция охота открыта. Приём. Снова послышалось из рации.

— Охота… охотники блять, ну что поохотимся и вам эта охота не понравится, — сказал синеглазка и снова повесил подвеску на шею.

Глава 2

Ранним, весенним утром 2022 года, Егор вышел из своего убежища, потирая красные глаза. Этой ночью ему не спалось, он не мог поверить в то, что девушка жива. Он несколько месяцев считал её погибшей, в первое время даже исследовал темные закутки её жилого комплекса, в попытках найти её мумифицированное тело и похоронить. Ему было необходимо место, куда бы он приходил к ней. Но он нашел её живой и невредимой. До Армагеддона, который уничтожил человечество, Егор представлял их встречу, рисуя в своём воображении невероятные сценарии. Но как обычно бывает, все пошло совсем не по плану, он встретил ее спустя лишь 2,5 года после их первой встречи. Уже в постапокалиптическом мире, там, где при нормальных условиях их пути никогда бы не пересеклись-в погрузочной торгового центра, спасая её от неизвестного. Парень вдохнул тёплый воздух, лег на асфальт и закрыл глаза. Он наслаждался тишиной города и спокойствием вокруг, никуда не надо идти, никому не надо звонить, ничего не нужно решать, полная свобода действий. Егор погрузился в воспоминания былой жизни:

Осень 2020

Киберспортивный турнир снова закончился моей победой. Моя команда вновь победила. Я и не сомневался, что мы и в этот раз заберём призовой фонд.

— Сейчас в клубец, там модельки нас ждут, — сказал, подмигнув мне Серега-один из игроков команды, хватая меня за плечо.

— Будь осторожен, какая-то дикая простуда в мире ходит, пачками людей сваливает, предупредил меня мой менеджер и подал бомбер.

— Модели блять, куда не глянь одни модели. Я в отель, а вы отдыхайте, — ответил я и взяв свой бомбер покинул зал. Уже в то время я пресытился женским вниманием, их притворным смехом в клубе и глупыми разговорами, с помощью которых они хотели раскрутить парней хотя бы на коктейль.

Мне шёл 27 год, я один из самых известных киберспортсменов. В мои годы у меня уже есть всё: деньги, популярность, связи. Я могу позволить себе все, что мне вздумается. Я привык пользоваться своим именем, я делал все, что хотел, покупал, что хотел, снимал любых девочек, которых хотел, мне никто никогда ни в чем не отказывал.

Может показаться, что мой стиль жизни это предел мечтаний. Но я настолько заебался от своей жизни, что мне все приелось, я ничего не испытывал от происходящих событий, у меня не было никаких чувств, но так было не всегда. В начале моей карьеры мне казалось, что я поймал удачу за хвост. Приятно было, когда весь зал после победы на турнире, выкрикивает моё имя, девочки шлют нюдсы, а парни мечтают быть мной…

Я смотрел на членов своей команды, у которых горели глаза после побед, в ожидании того, что сейчас в клубе все будут крутиться вокруг них. Но я точно знал, мы в центре внимания только из-за того, что забрали призовой фонд в лям долларов. Наличие денег вообще многое решает, а когда ты обладаешь ими, пользуешься ими, затем все приедается и тебе хочется чего-то такого, что ты никогда не пробовал, не испытывал и дойдя до своего пика, я осознал, что хочу оказаться там, где нет людей, я хотел быть абсолютно один…

Когда турниры заканчивались, я возвращался в свою просторную московскую квартиру, закрывал шторы блэкаут и просто лежал на полу, глядя в потолок, подкидывая теннисный мячик.

— Как же меня заебали люди. Уехать бы на необитаемый остров без обратного билета, — говорил я вслух, — но обязательства ломали все мои планы.

Иногда бывали периоды, когда я хотел наложить на себя руки и даже предпринимал попытки. Но клуб 27 меня не принял…

Пришедшая зима затянула нас в ещё более безвыходное положение. Город закрыли по периметру, расставив дымовые машины ТДА-3, применяемые для защиты от светового излучения ядерного взрыва. Глупо использовать старые методы против нового вируса. Армагеддон мутировал, а техника не модернизировалась, людей, способных создать что-то новейшее практически не осталось.

Все оказались запертыми в своих домах. Постепенно жилище каждого превращалось в его же склеп…

Меня локдаун вполне устраивал. Я все также играл со своей командой, не выходя из дома, это плюс киберспорта. Раз в неделю сдавал ПЦР-тест, который был обязателен, если у кого-то обнаруживали инфекцию, закрывали на строгий карантин. Для себя, во всем этом, я видел сплошные плюсы, за исключением того, что рекламные контракты либо откладывались, либо разваливались в связи с форс-мажором, единственное, что я терял-это деньги.

Как-то резко ситуация усугубилась ещё сильнее, смертность превысила рождаемость. Это охватило весь мир. Вся планета была заражена Армагеддоном’20. Население планеты неумолимо сокращалось, вирус ежедневно истреблял уже миллионы людей. А я ничего не испытывал и вдруг задумался о том, смогу ли я когда-нибудь испытать эмоции… Вскоре умер мой менеджер, а следом и вся команда. Я остался один.

Я помню день, когда один из моих парней во время игры вдруг начал сильно кашлять, хрипел, а потом вышел из игры и больше не вернулся. Я уже тогда знал, что это его конец. И вот в тот момент я испытал грусть, ведь Эдик был единственный с кем мы играли с самого начала, с ним мы и создали свою непобедимую команду. Однажды, когда я предпринял попытку залететь в клуб 27, он меня спас. Я знал его много лет, называл своим корешем, знал, что всегда могу набрать ему и просто поговорить, даже не о работе, а о каких-то повседневных делах. Он держался до последнего. В тот день он много спрашивал и удивлялся, почему у меня нет никаких симптомов, я его подбадривал, а он сказал, что если я дождусь лекарство, то должен жить на полную ещё и за него… Почему у меня нет симптомов я и сам не знал. Но факт оставался фактом Армагеддон’20 не победил меня. Я снова всех разьебал, на этот раз призовым фондом была жизнь и я его взял. Я вообще всегда побеждаю…

Егор открыл глаза и вернулся из воспоминаний. Солнце всходило, окрашивая небо в красный цвет. Он любил рассветы, часто забирался на крыши и наблюдал за восходом солнце, либо открывал шторы на своем 48 этаже и наслаждался рассветом, затем закрывал и ложился спать до глубокой ночи.

Наши дни. День назад

Синеглазка бродил по Ашану на Теплом стане, в попытках добыть kinder. Он любил этот шоколад и именно сегодня он у него закончился, поэтому парень выбрался из своего убежища и отправился в ТЦ.

Вся парковка была разгромлена, завалена сожженной резиной, металическими бочками и тележками. Несколько машин стояли столкнувшись друг с другом, некоторые с разбитыми окнами и открытыми дверьми. Все это было последствием беспорядков. Городскую тишину нарушало пение птиц, а солнечные блики играли на стёклах. Егор в хорошем расположении духа шел по парковке, напевая себе под нос и заглядывая в салоны машин, в поисках чего-то полезного, что он мог бы забрать. Он сидел в салоне брошенного автомобиля марки BMW, изучая содержимое бардачка, не найдя ничего интересного, Егор закинул все обратно и захлопнув бардачок, оглядел другие машины, стоящие на парковке, прикидывая где можно нажиться полезными находками. От изучения местности его отвлек звук похожий на жужжании. Парень резко пригнулся в салоне автомобиля, натянул на себя черный капюшон и выглянул в лобовое стекло:

— Ахуеть, это же дрон?! — удивился он, провожая взглядом летающий аппарат.

Над парковкой действительно летал дрон, зависая над автомобилями. Парень начал искать глазами кто им управляет и увидел: на крыше брошенного автобуса, на другом конце стоянки, стоял человек в зелёном защитном костюме и в шлеме, он внимательно смотрел в джойстик, видимо, там был экран, куда камера на дроне передавала картинку.

— Пиздец какой криповый. Кто это и кого он ищет. А вдруг он видел меня как я иду? Какого хера? Все же сдохли, — парень пощупал свои карманы.

— Блять, естественно, когда сука надо, никакого оружия нет. Два месяца жил спокойно, пока ебанный клоун с летучей херней не появился. Пожить спокойно не дадут, суки, — выругался он сам на себя и вновь посмотрел на фигуру человека, затем оглядел парковку и проследил за траекторией дрона. Синеглазка решил, что надо сваливать, но сейчас это было не безопасно. Никакого оружие у него при себе не было, он уже несколько месяцев не носил его с собой, решив, что раз мир пуст, то оружие ему и не нужно, а если и остались где-то доходяги, то у них явно нет сил для борьбы. Но фигура человека его не на шутку напугала.

Он огляделся, размышляя о путях отхода. Его мозг строил планы, основанные на играх, в которые он играл. Егор привстал на локоть и посмотрел в зеркало заднего вида, в нескольких метрах от BMW, в котором он сидел, стояла ГАЗель, одна дверца её фургона была открыта нараспашку.

— План добежать и спрятаться за ГАЗелью, в случае опасности залезть в фургон и скрыться за закрытой дверцей. Если чел подойдет можно вырубить его резким открытием двери. Но хер знает… Херовый план лучше, чем никакой, — подумал Егор и ещё раз взглянул на фигуру человека, медленно вылез из автомобиля, следя за движениями дрона, который был на достаточном от него расстоянии и за тем, кто им управляет. Он присел, спрятавшись за дверь и ещё раз оценил обстановку. Пока человек в костюме стоял спиной, Егор пригнувшись пробежал пару метров, спрятался за фургон ГАЗели, откуда следил за неизвестным.

Фигура человека обернулась, будто он спиной почувствовал движение.

— Сука! — Егор вжался в кузов автомобиля.

— Надо срочно что-то предпринять, — произнёс он шёпотом, продолжая оценивать обстановку.

У входа в торговый центр стоял микроавтобус, удачно закрывающий обзор на вход. Егор накидал план: добежать до микроавтобуса, используя его в качестве прикрытия и спрятаться в торговом центре. Звук дрона приближался, человек стоит лицом ко входу и наверняка заметит движение, парень просчитал, что сейчас он не успеет добежать до микроавтобуса, и быстро собравшись, он влез в фургон ГАЗели. Егор почувствовал, что его пульс зашкаливал, а адреналин бил ключом.

— Херня какая-то. Он кого-то ищет, но зачем? Может кто-то выжил? Если вы доброжелательно настроены к чему эти преследования, это спец. снаряжение, а может он не преследует, а просто ищет выживших. В любом случае, пока не выясню, лучше не попадаться ему на глаза, — решил он для себя.

Дрон кружил вокруг входа, зависая над ним, облетел ГАЗель, в которой прятался Егор, заставив его ещё сильнее вжаться в стену фургона. Парень оглядел фургон в поисках оружия для самозащиты, но кроме пустых деревянных ящиков там ничего не было. Тогда он обратился к ритуалу, который делал уже много месяцев, вытащил цепочку из-под худи, на которой висел кулон и поднес её к губам:

— Малыш, помоги мне, — он снова вернул кулон под худи и сняв капюшон с головы прислушался. Звук дрона стал отдаляться, парень выпрыгнул из ГАЗели, оценивая обстановку, выглянул из-за кузова. Фигура, стоящая на автобусе уже повернулась в его сторону и смотрела в джойстик, возвращая дрон к себе. Егор просчитал, что до микроавтобуса его отделяет ещё три машины, которые в случае чего могут послужить для него укрытием. Парень следил за человеком в костюме и когда тот отвлекся, кинулся к первой машине и спрятался за ней, человек на автобусе не поднял голову, он что-то увлеченно смотрел в джойстике и Егор прополз ко второму автомобилю, опасаясь, что если он встанет, то преследователь может его заметить. От второго автомобиля прополз под днищем к третьему. Под третьим автомобилем он пролежал несколько минут. Увидев, что неизвестный отвернулся в другую сторону, Егор вылез из-под автомобиля, перебежал к микроавтобусу и залез в салон. Лег на пол между сиденьями и натянул на голову капюшон худи поглубже. Человек в костюме вновь обернулся в его сторону и снова направил дрон ко входу.

— Как хорошо, что во время конца света все тачки открыты, — сделал вывод Егор.

Когда звук стих, парень выглянул в окно, человек уже слез с крыши автобуса, держал дрон в руке и что-то выглядывал на парковке.

— Пиздец как крипово. Кто это? Надо как-то узнать, — думал Егор про себя, осторожно выходя из микроавтобуса, и оборачиваясь перебегая ко входу.

Наконец он оказался внутри ТЦ. Оттуда Егор забежал в погрузочную и спрятался за стеллажи, решив пересидеть там, а потом уехать на своем автомобиле, который оставил на парковке строительного магазина, через дорогу, чтобы не привлекать к себе внимание шумом мотора. Он сидел в полумраке помещения, прислонившись к стеллажу, отбивая такт пальцами на полу.

В голове парня постоянно крутились мысли:

— Кто это? Что он ищет? Неужели есть ещё выжившие? Где они прячутся? По его виду не скажешь, что настроен он дружелюбно. Хуйня какая-то, — и обернувшись к стеллажам начал искать глазами что-то для самозащиты. Но ничего не найдя, снова сел за стеллажи и стал прислушиваться:

— Похуй, разберусь. Я всегда со всем разбираюсь.

Егор не знал сколько прошло времени, когда послышались звуки шагов, он аккуратно выглянул из-за своего укрытия. Дверь в погрузочную тихо открылась, он заметил, что это не человек в костюме, который управлял дроном, а такой же выживший, как и он.

«Такой же выживший», — так он назвал незнакомца, зашедшего в погрузочную. Ведь на нём не было защитного костюма.

— Значит выжил кто-то ещё?! — решил он про себя. «Такой же выживший» оглядывался по сторонам, пытаясь найти укрытие. Вдруг послышался шум, где-то в зале торгового центра, кто-то бежал. Но если «такой же выживший» сейчас выскочит на улицу, то выдаст нас обоих. Нельзя этого допустить. У меня нет оружия при себе, — размышлял Егор. Он резко схватил его и поволок за стеллажи.

— Какой легкий парень… Килограмм 40 не больше, может это ребенок, — думал он про себя, когда женский голос крикнул «Умри», сбрасывая с себя рюкзак.

Парень повалил девушку на пол, закрыл ей рот и заблокировав ей любые движения своим телом, стянул с неё балаклаву. На него смотрела пара черных глаз, сквозь разлохматившиеся волосы, которые закрывали её лицо.

— Не может быть! Ты же погибла… Точнее я так думал…

— Ахуеть! Это ты?! — произнёс он уже вслух. Удивление и чувство радости сковали его движения и он никак не мог отпустить руки девушки, которые держал над её головой…

Лето 2019

То лето выдалось аномально жарким, Юля только что закончила ремонт и диагностику боинга и расстегнув легкую робу, свесив одну лямку на плечо, демонстрируя черный топ в рубчик, который пушапом поднял её грудь 1,5 размера. Девушка отбивала ритм гаечным ключом об свою ладонь и шла куда-то не спеша по терминалу аэропорта, залитому солнечным светом. Её смена почти закончилась, ещё один транзит-чек борта и она поедет домой, впереди её ждали целых три выходных и новые перемены в жизни. Она повернула голову в сторону и заглядевшись на девушку, которая несла собаку породы мальтипу в прозрачной сумке-переноске, врезалась в высокого светловолосого парня, который вышагивал в окружении трех длинноногих моделей в супер-мини платьях в обтяжку. Двое из них держали его под руки, а третья шла рядом справа. Сам парень был в мешковатых джогерах и в майке, демонстрируя свои бицепсы и забитые рукава. Юля подняла глаза:

— Слышь ты, пигалица, не ползай у меня под ногами, — сказал парень, опустив темные очки и оглядев Юлю сверху вниз, остановив взгляд на её груди. Девушка была ростом ровно 162 см, считала его близким к идеальному, а вовсе не считала себя пигалицей. Парень хотел добавить что-то ещё, но модели, как по команде, демонстративно вскинув голову, поправляя ухоженные, блестящие волосы, громко рассмеялись, показывая свои белоснежные зубы. Они покосились на парня, увидели его одобряющую улыбку и начали смеяться еще громче.

Юля, не обращая внимания на девушек, просто подняла руку, показав парню средний палец и продолжая игнорировать громкий смех, произнесла:

— Ты что синеглазка не видишь куда прешь? — затем она продолжила путь. Блондин, не привыкший к такой наглости, прикусив губу, развернулся и проводил девушку взглядом.

— Егор, у нас посадка началась, — подала голос одна из моделей, уставшая ждать, когда парень отойдет от произошедшей ситуации и они продолжат путь.

— Отцепись от меня, — парень выдернул руки и поправив очки, уже один, засунув руки в карманы, направился в сторону выхода на посадку, девушки посеменили за ним, переглядываясь и перешептываясь между собой в недоумении.

«Я до тебя сука доберусь. Я тебя найду сука! Я тебя приручу, я тебя научу со мной разговаривать», — думал про себя раздраженный Егор, обернувшись вслед девушке. Его веселое настроение тут же улетучилось, никто не смел с ним так разговаривать, никто и посметь не мог это сделать…

Юля зашла в комнату с надписью «Staff only», взяла клипборд, что-то в нем заполнила, подняла небольшой ящик с инструментами, закинув туда гаечный ключ и натянув лямку своей робы покинула помещение. Она прошла по аэропорту, с ящиком в руке, поздоровалась с ребятами, которые работали на посадке пассажиров и спустилась вниз на ВПП. Егор шел по рукаву, ведущему в самолет и искал девушку в своем телефоне, на сайте аэропорта, в разделе «сотрудники». Пройдя в салон боинга, раздраженно сел в свое кресло бизнес-класса у иллюминатора, модели-сопровождение летели в этом же самолете, но в экономе. Егор листал страницу за страницей, но «этой суки», так он её назвал нигде не было. Парень поднял глаза в иллюминатор и увидел, что «эта сука» сидит на кортах у самолета и что-то разглядывает на шасси, затем показала палец вверх пилоту, вытерла нос тыльной стороной ладони и развернула бейсболку козырьк