Как пишет Розанов, «стадии существования насекомого фигурально изображают жизнь во вселенной». Гусеница: «Мы ползаем, жрем, тусклы и недвижимы»[225]. «Куколка – это гроб и смерть, гроб и прозябание, гроб и обещание. Мотылек – это “душа”, погруженная в мировой эфир, летающая, знающая только солнце, нектар и – никак не питается, кроме как из огромных цветочных чашечек»[226]. И Розанов противопоставляет «геофагию»[227] гусеницы, питающейся «грязью и сором»[228], блаженству бабочки-гелиофага, добывающей на цветах солнечную пыльцу.
