Затем наступало как бы второе рождение образа. Великий мастер приступал к полузабытому холсту как к злейшему врагу, вглядываясь сурово во все его недостатки. По выражению современника Пальма-младшего, он, «как опытный хирург, устранял опухоли на теле больного, вправлял руки и ноги».
