олько инстинктам, то до сих пор бегали бы голышом по пустошам и дрались за косточки грызов. Но у нас есть одежда, дома, дороги, тепло, энергия и достаточно еды для всех и каждого. И это создала ци-ви-ли-за-ци-я. Подавление низменных желаний и инстинктов – ничтожная плата за возможность быть частью развитого социума.
Кессель фыркнул – я и не ожидала, что вольный шейдер отреагирует как-то иначе.
– Прислушайся к себе, глупая мелочь. Нет… – Он пристально вгляделся мне в глаза, словно хотел рассмотреть за светлой оболочкой радужки серебристую внутреннюю сущность. – Прислушайся к нему. Почувствуй.
Почти против воли я послушалась. И… ощутила.
Его, своего шейда. Истощенного, измученного не меньше, чем я сама, годами сдерживаемого, отравляемого литианским блокиратором, вынужденно за
