книга создана 8 ноября 2020 года
272 Штиль
Прольётся свет на гладь морскую
теплом лаская паруса —
по ветру сильному тоскуют,
увы, прозрачны небеса
и нет надежды. Дремлет море.
Спокойно всё, лишь чаек крик
пробьётся шумом. Может вскоре,
подует ветер? Вольный бриг
уйдёт в закат, врезаясь в волны
пучины, дрогнувшей в ответ?
Но штиль, как враг немой и злобный
заставит ждать другой рассвет.
273 Долгожданный
Недавно выпал снег.
Растаял. Выпал снова.
Асфальтный человек
забился в угол крова.
Не хочет видеть грязь,
не хочет видеть лужи.
Комфорта хилый князь,
несносный, неуклюжий.
Его смартфон ворчит
гнетущим рэпом штатов,
где слово, словно щит
под дулом автоматов.
Осел в диванный зной,
застыл в своём порядке.
Твердил снежок: «Со мной
в далёко без оглядки
пойдём!» — стучал в окно,
но тот, упившись чаем,
сидел смотрел кино
снежку не отвечая…
274 Взгляд в небеса
Взгляд ловил движение небес
— небеса упали на хрусталик,
пропитали душеньку. Воскрес
глубиною невесомой дали!
Освежился яркой синевой,
растекалась чудотворно нега.
Понимаю: «Вот он я, живой!»
Освятило высотою небо…
275 Лесной туман
Пыльную дорогу освежил туман,
лист посеребрил, залетая в лес.
Старый боровик — гордый атаман
пристально взирает на страну чудес.
В чаще тишина. Пролетит сова.
С ветки упорхнёт грустный воробей,
в спешке позабыв мама как звала —
долго не припомнит. Долго, хоть убей!
Загустел туман. В желтизне лучей
загорелся лес, отгоняя сон.
И туман — в овраг, где бежит ручей,
где поёт вода, где струится звон.
276 Освободители
На старых развалинах замка
белеет берёзовый ствол,
она занимает престол,
впиваясь корнями в изнанку
войной разнесённых камней
в отстроенном городе Дрезден,
где были когда-то проездом
дружины советских парней.
277 Степной подарок
Подари мне букет ароматных цветов,
подари мне свободу мятежных ветров,
подари бесконечную чистую даль,
утоли беспробудную жизни печаль.
Любованье своё подарю я цветам
и мятежным ветрам без остатка отдам
всю любовь сокровенную чистой души!
Отвечала мне степь: «Не спеши, не спеши…
Подарю я букет ароматных цветов
и свободу дарую мятежных ветров,
подарю бесконечную чистую даль,
но степную оставлю взамен я печаль.»
278 Бремя жизни
Живём, упрекая кого-то в невежестве,
живём, ожидая от сил своих свежести,
живём, убивая стремительно время,
Так это не жизнь, получается? Бремя!
279 Награда
Награда поэту за слово и думу —
кометы космический нрав,
в степях одиноких явление шума
свободой пропитанных трав,
биение сердца в безмерной печали
по Родине еле живой.
Награда поэту — его повстречали
и робко кивнули главой…
280 Равнодушие
Нам не исправить время в сожаленьях,
в воспоминаньях разных о былом,
не излечить в воссозданных виденьях
больную птицу с сломанным крылом.
Надменность лет, суровость слов гремящих,
когда-нибудь заставят дать ответ:
как отвернулись гордо от просящих,
как отмахнулись нагло от болящих,
как ухмыльнулись истинно скорбящим
и почему в душе не виден свет?
281 Цветение поля
На плоскости неба разбросаны перья
закончивших путь отдождивших громад,
сливавших по каплям готовое зелье
с единственной целью — придать аромат
цветам, распускавшимся в плоскости поля,
цветам, ожидавшим решенья судьбы,
и веет приятное в небо с раздолья
в бутонах, раскрытых от долгой мольбы!
282 Ветреное
В городе рассвет
падает на стены —
солнечный балет.
В маске Мельпомены
трагедийный путь
совершают тучи,
разрывает грудь
холодом колючим
небольшой порыв
ледяного ветра,
он с утра игрив,
осыпает щедро
трудовых людей
пылью остановок,
