Кітаптан алынған дәйексөздер Страх вратаря перед одиннадцатиметровым. Короткое письмо к долгому прощаниюавтор Петер Хандке
– Когда бьющий пенальти будет подбегать, вратарь непроизвольно, перед самым ударом по мячу, своим телодвижением укажет сторону, куда он бросится, и бьющий преспокойно может пробить в противоположный угол, – сказал Блох. – С тем же успехом вратарь мог бы пытаться отпереть соломинкой дверь.
Игрок вдруг разбежался. Вратарь в ярко-желтом пуловере стоял совершенно неподвижно, и игрок, бивший одиннадцатиметровый, послал мяч прямо ему в руки.
2 Ұнайды
Тени стоявших по обочинам деревьев, когда автобус проезжал мимо, вращались вокруг деревьев. Лежавшие на ветровом стекле очистители смотрели не совсем в одну сторону. Сумка с путевым листом и билетами возле водителя вроде бы была раскрыта. В проходе на полу лежало что-то похожее на перчатку. На выгонах вдоль шоссе спали коровы. Отрицать это было бесполезно
1 Ұнайды
Блох вообразил, что слышит звон полетевших на поле пивных бутылок, одновременно он слышал, как в стекла бьет пыль
1 Ұнайды
Он опустил голову, не собираясь ничего этим выразить
1 Ұнайды
Когда бьющий пенальти будет подбегать, вратарь непроизвольно, перед самым ударом по мячу, своим телодвижением укажет сторону, куда он бросится, и бьющий преспокойно может пробить в противоположный угол, – сказал Блох. – С тем же успехом вратарь мог бы пытаться отпереть соломинкой дверь.
Игрок вдруг разбежался. Вратарь в ярко-желтом пуловере стоял совершенно неподвижно, и игрок, бивший одиннадцатиметровый, послал мяч прямо ему в руки.
1 Ұнайды
Почему из того, что он здесь идет, должно что-то следовать? Должен ли он обосновывать, почему он здесь остановился? И почему, когда он проходит мимо купальни, у него должна быть какая-то цель?
Все эти «затем», «потому», «для того» были как предписания; он решил их избегать, чтобы не…
Словно рядом с ним бесшумно открылась неплотно притворенная ставня. Все мыслимое, все видимое было занято. Его испугал не крик, а неверно построенная фраза после нескольких обычных фраз. Все казалось ему переименованным.
Магазины уже закрылись. Стеллажи, мимо которых никто теперь не ходил, выглядели переполненными. Не было места, где бы не громоздилась хотя бы гора консервных банок. Из кассы все еще висел наполовину оборванный чек. Лавки были до того забиты, что…
«Лавки были до того забиты, что нельзя было ни на что указать, потому…» «Лавки были до того забиты, что нельзя было ни на что указать, потому что отдельные предметы заслоняли друг друга». Между тем на автостоянках остались лишь велосипеды учениц.
1 Ұнайды
Поэтому, если спросят, видел ли он, как вели цыгана, ему незачем отрицать и ссылаться на то, что он, мол, ел булочку с колбасой и не обратил внимания, – он может спокойно признаться, что был этому свидетелем. «Свидетелем»? – прервал себя Блох, ожидая на почте телефонного разговора. «Признаться»? Какое отношение имели эти слова к ничуть его не касающемуся происшествию? Не придавали ли они всему этому значения, которое он как раз отрицал? «Отрицал»? – вновь прервал себя Блох. Тут нечего отрицать. Ему следует остерегаться слов, которые превращают то, что он хочет сказать, в своего рода показания.
Его позвали в телефонную кабину. Все еще размышляя, как бы не создалось впечатления, будто он хочет дать какие-то показания, Блох поймал себя на том, что оборачивает ручку телефонной трубки носовым платком. Несколько сконфуженный, он спрятал платок. Как это он от мысли о неосторожных словах дошел до такого?
1 Ұнайды
Под скамейкой трава была еще мокрой от ночной росы; целлофановая обертка от пачки сигарет вся запотела. Слева от себя он увидел… Справа от него был… За собой он увидел… Он проголодался и пошел дальше.
Снова в пивной.
1 Ұнайды
Однако вне поля зрения было нечто, что начало мешать пристально глядевшему вниз, на воду, Блоху. Он заморгал, словно дело было в глазах, но туда не посмотрел. Мало-помалу оно само вошло в поле его зрения. Некоторое время Блох глядел, не воспринимая: сознание его словно бы обратилось в одно слепое пятно. Потом, как в кинокомедии, где кто-то невзначай открывает ящик и продолжает болтать, и лишь потом спохватывается и кидается обратно к ящику, он увидел под собой в воде труп мальчика.
Потом он пошел обратно к шоссе. На повороте, там, где стояли последние перед границей дома, ему навстречу выехал на мопеде жандарм; он увидел его еще раньше в установленном на повороте зеркале, а потом жандарм в самом деле показался из-за поворота, очень прямо сидя в седле, в белых перчатках, одна рука на руле, другая на животе; колеса были выпачканы в глине, в спицах мелькал лист свекольной ботвы. Лицо жандарма было непроницаемо.
1 Ұнайды
Вот ведь какая незадача. Смешно. Ведь никто не хочет, чтобы его застали врасплох во всей наготе его свойств; куда соблазнительней, когда тебя видят в серьезной задумчивости. Иной раз ненароком скажешь о себе правду – и сам испугаешься собственной храбрости.
1 Ұнайды