ГЛАВА 1
Друзья!
Солдаты уволены в запас,
По своим спешим мы адресам,
И, расслабившись сейчас,
Думаем про наших мам.
Мечтает каждый о своём,
Ведь любовь нас согревает,
А шальная осень за окном
Поезд холодом ласкает.
В вагоне с другом мы вдвоём,
За дембель пьём и за удачу.
Закончили службу с ноябрём,
И в декабре жизнь переиначу.
Поезд тихо убавляет ход,
Наверно, остановка.
Тормоза безропотно визжат,
Вокзал и дом — хрущёвка.
Листвой укутан весь перрон,
Слышен звонкий скрип качелей.
Вкупе пахнет одеколон,
Нежных красок акварели.
Друг, как ветер напролом,
В гости приглашает:
«Смотри, за хрущёвкой дом,
Что тебе остаться у меня мешает?»
«Домой хочу», — ему я отвечаю.
«Тогда давай-ка выпьем на посошок,
Чтобы дружба не терялась у обочин.
Ведь ты хороший командир и дружок,
В службе помогал, я благодарен очень.
Ты же помнишь: ночь, караул зимой,
Какой неуклюжий был я «охламон»,
Когда просеивали снег с тобой,
Искали мой потерянный патрон».
Выходить пора. Мой милый друг,
О, как быстро пролетело время!
Прощальный закончился досуг —
Вспоминать мы будем дома бремя.
Свет погас, тишина в вагоне,
Лишь в окне мелькают фонари.
Поезд в медленном разгоне,
А под луной тонут пустыри.
Как мне хочется домой!
Ждал я каждый день, за днём,
Чтоб забыть ночной отбой
И рьяный утренний подъём.
О, как хочется дома тишины,
Подольше поваляться мне в кровати,
Служебные дела завершены,
Мечтаю побольше благодати.
Хочу расслабляться по утрам,
Лишь во сне бежать в противогазе,
А наяву пройтись по спец цехам,
Ремонтом заняться в автобазе.
Размечтался в мыслях горячо,
Развезла дремучая перцовка.
Проводница тронула плечо
И сказала: «Ваша остановка».
Вышел тихо на перрон, не спеша,
Шинель, ремень поправил, уходя,
И запах дома вдруг сразил меня,
Я вспомнил детство, пончики любя.
Как молния, ударило в плечо,
От удара дар речи потерял,
Рука немела, стало горячо,
И голос я знакомый услыхал:
«Привет, дружище, я не ждал,
Что в этот добрый день с утра
Гостей на поезд провожал
И тебя среди толпы узнал.
Ну что же, поехали ко мне!
Отметим радостную встречу».
Солнце молвит в вышине:
«Дружбу с ним тебе я обеспечу».
Мы отдыхали, рассуждали,
Что без работы не прожить.
Поеду я туда, где предлагали, —
Хочу успеха я добиться,
А не работу сторожить.
«Давай, братишка, отдохнём.
Утро вечера мудренее,
Завтра утром разговор начнём,
Поутру намного смышленее.
Наслаждаюсь целую неделю,
Не пью вино и не хмелею.
Объехал город вдоль и поперёк.
Он меня красотой своей завлёк.
Друг на работу пригласил,
Какой он наставник молодежи!
А когда узнал, какой величины!
Мой друг мне стал ближе и дороже.
Василий Ковалевич.
Приятно было рядом с ним идти,
Слушать добрые людские разговоры.
Мне бы столько счастья обрести!
Останусь здесь, и не надо уговоры.
Говорю я другу:
«Дорогой дружище, Василёк,
Решил я в этом городе искать красоты:
Ваш большой завод меня привлёк,
Специалистам молодым обещают льготы.
А еще, когда женюсь — дадут жильё,
Это так заманчиво и так удобно:
Иметь жильё да в городе своё!
Это в радость, это бесподобно!»
С утра пойдём мы на завод,
В отдел кадров, там всё решат.
Не сплю я ночь, жду восход,
Скорей бы утро и узнать.
К начальнику отправить не спешили,
Пока не изучив детально про меня.
Так вежливо, так тихо говорили,
Завораживая общением и маня.
Пришли мы с другом в кабинет,
А в кабинете — марафет.
Начальник старый, видно, жук,
На нас смотрел, как старый дед.
Но вежлив был и очень хитрый лис.
Сначала расспросил, откуда и зачем,
Потом как будто скис,
Но всё же произнёс слова:
«Нет места для него».
И сигаретный дым
Перед носом у него повис.
И тут мой друг вмешался в разговор:
«Ты берёшь его водителем или нет?»
Начальник неохотно, но сказал:
«Ну, подумаю, к директору схожу,
В понедельник дам ответ».
Вышли из кабинета, сам не свой,
Рухнули надежды и мечты…
«Вася, слушай, друг ты мой,
Зачем начальнику грубил, да ещё на «ты»?
«Вот послушай, он тот еще мастак.
Да будешь ты работать — подождём,
А на твой вопрос отвечу так:
С ним мы часто водку пьём».
Ещё сильней я друга зауважал.
Без помощи его на завод,
Пожалуй, никогда бы не попал.
А сколько было там невзгод!
Взяли на работу в нужный цех.
Внимания не обратил никто.
Новеньким оказался я для всех,
Но было интересно всем,
Какое мне дадут авто?
Дали рукавицы, комбинезон,
Подвели к забору: «Вот ГАЗон».
Грустно глаза смотрели. Больно.
На мой железный старый конь.
Закатал я рукава и нырнул в кабину,
Видно, подогнали мне «крутяк» машину,
Самолёт без крыльев, золото, малину!!!
Потом я выгребал грязь, табак и паутину.
Навел порядок. Завелась машина,
Техчасть проверил, в порядке всё
Работает, нормальная резина,
И хорошее запасное колесо.
Но была одна причина нет света,
Не горели сзади фонари.
У кого бы мне попросить совета?
Это мне не сделать до зари.
Вот идет парнишка, улыбаясь мне,
Видать, чуть старше, но не вдвойне.
«Может, чем помочь? — произнес он вслух.
Я подумал: «Откажусь, буду я лопух».
Бубню:
«В электрике я очень слаб,
Разобраться с проводами — это мрак».
Молвит парень:
«А я, как вижу, ты совсем озяб,
Пойдём скорей, согреемся, чудак.
Электрику починим, ты не бойся,
Не стесняйся, не будь ты дураком.
Сначала ты в цеху, в тепле, освойся,
А потом поднимешь автопром».
В цеху тепло, какая благодать!
Вокруг стола толпа ребят,
Все восторженно кричат,
Играют, «рубят» в домино,
Только «матюки» летят.
Вот закончился обед, стала тишина,
Разбежались крикуны кто куда.
После обеда игра запрещена,
Но я не обратил внимания тогда.
«Пойдем, посмотрим, старина,
Почему не светят фонари».
Осмотрел, причина вся ясна,
Молвит слово: «Цепь оборвана,
Успеем, братишка, до темна».
Через час мы всё уладили:
Работает машина, как часы,
Все помощники, доброжелатели
Навсегда остались позади.
Александр и Татьяна Борейко
Мы с Александром познакомились,
Я дружу с его семьёй.
Пролетели дни и годы,
Мой поклон ему земной.
Я доложил механику:
«Машина готова в бой».
А мне говорит механик:
«Проедем с начала по городу,
Посмотрим, какой ты у нас герой».
Проехали по городу,
Как он и желал,
Только погладил бороду,
Ничего мне не сказав.
Я начал хвастаться собой:
«Ездит, нет проблем по Гомелю,
Ведь этот город областной,
А я в Москве гонял со скоростью».
Промолчал и тут механик,
Почесал под бородой,
Как будто не начальник,
А на побегушках — молодой.
Доложил он быстренько нач. цеху,
Чтобы завтра был вердикт.
Всё решается ведь сверху:
Шеф — начальник он решит.
Утром зябко, дождик валит.
Цех закрыт, а у шефа свет горит.
Механик, подходя, словом жалит:
«Шеф к себе зайти велит».
Подлетаю к кабинету,
Пар я выпустил слегка,
Вижу сбоку стенгазету,
А стенгазета велика.
Здесь про Сашку пишут,
И фотография видна.
За успехи на работе
Машина новая дана.
К начальнику зашёл, не торопясь.
Он пригласил присесть учтиво.
Меня хотел прощупать, но, убедясь
В моём старании, сказал игриво:
«Мне сказали, что ты по Москве гонял,
Значит, приобрёл сноровку,
Не зря ты в армии служил.
Не устал?» «Нет?»
«Тогда поедешь в командировку.
Иди к механику, бери путёвку,
Выполняй, как в армии, приказ:
Правила в дороге соблюдай!
Бди обстановку!
Вот и мой тебе наказ!»
