Что ж… Первые сорок, пятьдесят, шестьдесят, семьдесят лет детства мужчины такие сложные!
1 Ұнайды
— Альфред Харви Грэнтэм… Так звучит половина моего настоящего имени, которое давно кануло в прошлое. Мое нынешнее имя — Михаэль. Этого достаточно, чтобы доказать мою искренность.
В именах скрывалась невероятная сила. Даже половины имени было достаточно, чтобы обрести контроль над элементалем света, чья сила ниже разрушительного ранга.
Михаэль замер, не в силах пошевелиться. Внезапно на него снизошло озарение. Неожиданно для себя он вспомнил, что он вовсе не Михаэль. Михаэль — не более чем кодовое имя. В действительности его звали Альфред.
Тот, кто скрывался под именем Михаэль, на самом деле Величайший элементаль света. Ученый. Верховный жрец. Ясновидец. Избранный. Давным-давно он смог вырваться из оков прежней жизни, покинул свой народ и стал величайшим существом, о котором слагали легенды. За долгие годы он позабыл, кто он такой, и если бы не мощь древнего дракона, обрушившаяся на него, то он никогда бы не вспомнил своей истинной природы.
Владелец магазина обернулся к нему так, что только половина его лица была освещена. Михаэлю предстали блестящая темная чешуя и обнаженные в зловещей улыбке острые мелкие зубы, отчего продавец книг больше напоминал монстра под кроватью, пожирающего людей в ночи.
Сердце Михаэля отсчитывало тяжелые удары. Каждый из них оглушал, словно раскат грома, и был настолько силен, что сотрясал эфир вокруг. Старые стены богом забытого книжного магазина заглушали биение его сердца. Эмоции на лице Михаэля застыли пластмассовой маской. Внезапно его пробрала дрожь — и это было неожиданно, потому что о существовании подобной эмоции он уже давно успел позабыть. Его охватил всепоглощающий ужас перед огромными крыльями, застилающими небеса.
Сила дракона…
«Судя по всему, твое всезнание не более чем пыль в глаза. Значит, сегодня я преподам тебе урок и заставлю ощутить полную беспомощность!» — подумал Михаэль, и на его лице мелькнула маниакальная усмешка.
Тем временем Зуйкаку, который стоял во главе целого корпуса магов, занимался подготовкой к операции по уничтожению книжного кафе по соседству с магазином. Жизни всех, кто находился внутри, сегодня должны были трагически оборваться.
«Надеюсь, страдания на твоем личике хоть немного меня развеселят!» — подумал Михаэль. Внезапно стоявший за прилавком продавец книг обернулся. В теплом неярком свете книжного магазина на Михаэля уставился один-единственный золотой зрачок, и его свечение было пропитано яростью и жестокостью.
Линь Цзе был поражен до глубины души. Поначалу он думал, что подобный резонанс невозможен, поскольку Линь Цзе — самый обычный человек, а потом вспомнил, что его тело претерпевало невероятные изменения. Например, как-то раз он в Царстве грез Сильвер съел плод, и на следующее утро у него выросло восемь дополнительных зубов, отчего он стал чуть ближе к так называемому совершенному человеку.
Линь Цзе вспомнил дерево из Царства грез Сильвер. Толстый ствол и ветви напоминали огромного дракона, расправившего крылья. Раньше он думал, что это просто странное дерево, однако окаменелость в виде сердца древнего дракона заставила его посмотреть на все другими глазами.
Быть может, это дерево само по себе было драконом? Что за плод он тогда съел? Почему изменилось строение его тела?
Линь Цзе не мог получить ответы на эти вопросы. Сейчас он только мог предполагать, что изменения в его теле породил тот плод и из-за этих изменений вырвавшееся из каменного плена ожившее сердце решило, что они одного вида, и захотело войти с ним в резонанс.
Это же объясняло, почему Блэки испарился, только появившись, — потому что так называемое сердце древнего дракона не причинит вреда Линь Цзе.
И все же… почему он так быстро ушел?
У Линь Цзе кружилась голова. Стало трудно думать. Он чувствовал, что сердце вливает в него слишком много энергии, отчего он ощущал себя раздутым, словно шар, переполненный водой. Энергия пронеслась по телу волнами, принося с собой покалывающее онемение. Линь Цзе не чувствовал кожу, левую половину груди, горло, левую половину лица и левый глаз. Казалось, что сердце древнего дракона наконец-то нашло, куда выплеснуть то, что накопилось за миллионы лет.
К счастью, все в этом мире заканчивается. Пульсация начала угасать.
— Господин Линь общается со мной намного мягче и любезнее, чем раньше.
Белла кивнула в знак согласия, но потом покачала головой. Она сказала, что господин Линь действительно показался более общительным, искренним и чутким, чем это было три года назад, что сегодня в книжном магазине больше нет той удушающей атмосферы отчуждения, что царила в нем раньше, но в то же время… сам Линь Цзе стал гораздо страшнее и сильнее, чем когда-либо
сам Линь Цзе стал гораздо страшнее и сильнее, чем когда-либо.
Белла до сих пор помнила каждую малейшую деталь первой встречи с господином Линем. Книжный магазин, внутри которого разливается неяркий теплый свет. Юная госпожа, которая очень увлечена беседой. Владелец книжного магазина, который бархатным голосом медленно, вкрадчиво повествует о том, как важно использовать правильно подобранные слова, чтобы достичь своих целей, не замарав руки по локоть в крови. Каждое его слово бьет точно в цель.
Даже спустя столько лет Белла так и не смогла забыть взгляд продавца книг. Он смотрел на них так, что у нее складывалось жуткое ощущение, что их разделяют целые миры. А еще она помнила тень за его спиной… И тень эта скалила зубы в усмешке…
Цили вопросительно склонила голову набок:
— Страшнее? Ни в коем случае! Господин Линь — самый добрый и мягкий человек на свете.
Ее губы растянулись в мечтательной улыбке. Влюбленность явно туманила разум госпожи. Белла же, ведомая чувствами, которые обрушились на нее в книжном магазине, сказала:
— Господин Линь рассердился… Надеюсь, что никто не будет лезть под горячую руку. Это значило бы навлечь на себя гнев господина.
— Прошу вас оставить эту книгу мне. Есть фрагменты, которые я пока не могу точно перевести. Пока я занимаюсь переводом, вы должны изучить места, где они проворачивали свои махинации. Проверьте там все, что можно. Вдруг вы найдете какие-нибудь зацепки. В книжном кафе по соседству — тот, к кому вы можете обратиться за помощью, — полицейский из Главного отделения Центрального округа.
Цили и Белла скрепя сердце удалились. Линь Цзе решил на время отложить книгу и снова сосредоточился на чемодане, в котором лежало окаменевшее сердце.
Он совсем не заметил, как на последней странице вдруг появилась сочащаяся кровью строка: «Я нашел тебя».
В сердце господина Линя воцарилась пустота.
Нежные щечки Цили залились краской. Она прошептала:
— Я очень рада, что вам понравилось.
Белла не знала, что делать со своей юной госпожой. Сам факт простого общения с господином Линем лишал юную Цили всякого самообладания. Горничная тяжело вздохнула. Какое счастье, что юная госпожа не почувствовала едва заметное изменение в голосе господина Линя!
Линь Цзе же взглянул на сердце древнего дракона — и в тот же момент на него камнем рухнуло одиночество, а в душе болезненной стеклянной крошкой осела печаль.
Он прекрасно скрывал свои эмоции. Чувства, терзающие его сердце, для других были незаметны, как трепет крыльев стрекозы, что стремительно пролетает над озером. Но за плечами Беллы был многолетний опыт работы горничной, и потому она научилась читать даже тщательно скрываемые эмоции. Из увиденного она сделала вывод, что господин Линь не только воочию видел могущественных, величественных древних драконов, но и был с ними очень тесно связан.
По едва заметным эмоциям, на мгновение проскользнувшим в его взгляде, можно было понять, что он ужасно тоскует по прошлому и страдает оттого, что никогда не сможет вернуться к прежним временам.