После переезда в Лонглендс, когда Анабель достаточно окрепла, чтобы пройти метров восемьсот, герцог отвел её из комнаты Корреджо в галерею классической скульптуры снова в сопровождении мистера Росситера, который показал ей бюсты императоров Адриана и Траяна, римские копии греческих Афин и Аполлонов, а также чёрно-красную керамику разных периодов. Нэн укоряла себя за незнание «классики», что, по её мнению, объясняло её прохладную реакцию на экспонаты, но, приближаясь к дальнему концу галереи, она ахнула при виде барельефа из тёплого, почти дышащего мрамора. Сидящая женщина положила руку на плечо молодой девушки, которая от неё отворачивалась. Обе фигуры были изображены в профиль. Их драпировки струились, словно камень был жидким, но их печальные лица выражали вечную неподвижность. Анабель замерла.
