у кого раньше Дотти не видела такой загар уже в марте, и это больше, чем все остальное, говорило об огромном состоянии господина Эллингэма. Он мог купить даже солнце.
Есть в свежести раннего утра что-то такое, что едва уловимо меняет твое восприятие. Все вокруг кажется обновленным и слегка нереальным; мягкий солнечный свет робко освещает мир, еще не надевший свою броню повседневности.
В ту ночь Роберт Макензи спал хуже, чем во все последние дни. Обычно ему удавалось урвать несколько часов прерывистого сна, поборов усталость, напряжение и жару, но в этот раз он ворочался всю ночь, не смыкая глаз.
Ты, – сказал Нейт, – идешь со мной.
– Куда? Зачем?
– На танцы.
– На танцы?
– Да, на танцы, – нетерпеливо повторил парень. – Сегодня будут танцы. И ты идешь со мной. В смысле не со мной, а мы идем туда вместе.
