Глава 1

Прошло четыре года. Андреа стояла перед зеркалом в туалете штаб-квартиры сектора «Омега». Она разгладила ладонями прямую черную юбку и в очередной раз убедилась в том, что блузка нигде не морщит. Только потом она посмотрела на свое отражение. Светлые волосы, гладкий боб – трудно придумать более строгую и профессиональную стрижку! Внешне все выглядит замечательно. Косметики немного, и наложена со вкусом. Ничто не привлекает к ней внимания.

И все же сейчас ее выгонят из отряда особого назначения «Омеги», где она работает поведенческим аналитиком! Иначе зачем Стиву Дрэкетту вызывать ее к себе в кабинет с утра пораньше в понедельник?

– И Стив, и Грейс знают твою биографию, и тем не менее приняли тебя на работу, – сказала она своему отражению. Она видела, что в ее глазах застыл испуг. С трудом заставив себя выйти из туалета, она зашагала по коридору. Если Стив решил ее уволить, тут уж ничего не поделаешь.

Идти пришлось в другое крыло здания. По пути никто не здоровался с Андреа, да и она сама ни к кому не обращалась. Она давно поняла, какими важными делами занимаются сотрудники «Омеги» и какие первоклассные специалисты работают с ней в отряде особого назначения, но старалась ни с кем не сближаться. Так продолжалось четыре года, с тех пор как Стив и Грейс взяли ее на работу после полуторамесячного испытательного срока.

Тесты подтвердили, что Андреа замечательно «считывает» эмоции и язык тела, но она сомневалась в том, что достойна работать в «Омеге».

С самого начала она решила держать свое прошлое в тайне. Ей не пойдет на пользу, если сотрудники узнают, что в семнадцать лет она сбежала из дома, бросила школу из-за дислексии[1], а потом – представьте себе! – исполняла стриптиз.

Ее замкнутость не способствовала приобретению новых друзей, зато до недавних пор ей успешно удавалось хранить свои тайны. А без друзей она как-нибудь проживет.

Андреа толкнула тяжелую дверь и очутилась в приемной, где сидели личные помощницы Стива. Одна из них встала, улыбнулась и проводила Андреа в кабинет. Андреа вошла. Девятисантиметровые каблуки звонко цокали по плиточному полу, словно отбивая секунды. Ее последние секунды в «Омеге»…

– Андреа, рад тебя видеть! – Стив сидел за столом и просматривал какие-то бумаги.

Наверное, его можно было назвать красивым – каштановые волосы начали седеть на висках, а проницательные голубые глаза как будто видели собеседника насквозь. Она очень уважала его, и не только за то, что он вытащил ее из клуба «Ягуар» в маленьком городишке Бакай штата Аризона. Он обращался с подчиненными, как с равными.

Андреа сразу увидела, что Дрэкетт очень устал.

– Стив, тебе давно пора в отпуск. Побыть какое-то время подальше от нашего цирка.

Стив положил локти на стол, соединил пальцы рук «домиком» и едва заметно поморщился.

– Знаешь, почему я нечасто приглашаю тебя к себе? Потому что ты слишком много видишь. – Он говорил без всякого раздражения, просто признавал ее правоту.

Андреа кивнула.

– Садись, Андреа. Боюсь, тебе нелегко будет услышать то, о чем я хочу с тобой поговорить.

«О господи, он и правда собирается меня уволить!» Андреа пыталась успокоить себя. Она уже не та девчонка, которая уехала из Бакая со Стивом и Грейс. Ей удалось окончить среднюю школу, пусть и заочно. Она даже два года проучилась в колледже. Из-за дислексии многие предметы давались ей с трудом, и все же она делала успехи.

Сейчас ей уже не придется возвращаться в «Ягуар» и терпеть приставания клиентов. У нее есть сбережения. Кроме того, она может рассчитывать на более престижную работу.

– Андреа!

Видимо, Стив обращается к ней уже не в первый раз. С большим трудом она заставила себя сосредоточиться на том, что он ей говорит.

– Мне не нужно обладать твоим даром для того, чтобы понять, ты чем-то напугана. О чем ты сейчас думаешь? – Андреа почувствовала его озабоченность; то же самое отчетливо читалось у него на лице.

Она в очередной раз машинально разгладила юбку.

– Стив, если ты решил меня уволить, я все понимаю. Я была заранее готова…

– Андреа, я тебя не увольняю.

– Но ты ведь сам сказал, что мне нелегко будет услышать то, о чем ты собираешься со мной поговорить!

– Да, совершенно верно. И все-таки, может быть, сначала дослушаешь до конца и не станешь делать скоропалительные выводы?

– Да. Извини, – смутилась Андреа, хотя Стив распекал ее не слишком строго.

– Хочу поручить тебе новое дело.

Неужели не увольняет?

– Хорошо…

– Мы ищем серийного убийцу. Он орудует в окрестностях Финикса, а его последнюю жертву обнаружили на окраине Бакая.

Ее родного городка. Теперь понятно, почему Стив так озабочен.

– И ты хочешь, чтобы я туда поехала.

– Ты – талантливый поведенческий аналитик. Кроме того, ты знаешь местность и местных жителей. Поэтому ты – наша главная надежда. Наверное, ты способна остановить убийцу быстрее и лучше других…

Андреа, конечно, обрадовалась, что ее не увольняют, и все же Стив был прав. Возвращаться в Бакай ей совсем не хотелось. Она не была там четыре года – с того дня, как улетела оттуда вместе со Стивом и Грейс. После их разговора она зашла в «Ягуар» за личными вещами и чаевыми и сообщила Гарри, что уходит.

Андреа сомневалась, что Гарри так легко отпустил бы ее, если бы она пришла одна. Хорошо, что Грейс не отходила от нее ни на шаг. Гарри сразу признал в ней сотрудницу правоохранительных органов; к тому же она была вооружена. Узнав, что Андреа увольняется, он побагровел, маленькие глазки превратились в злобные щелочки.

«Ягуар» не был самой большой бедой в ее жизни. С Бакаем у нее были связаны ужасные воспоминания. С самого детства, с тех пор, как она поселилась у тетки с дядей… Доказательством могут служить шрамы на ее теле.

– Понимаю, тебе сейчас нелегко. – Стив пытливо смотрел на нее.

– Н-ну да… Бакай – не то место, куда я бы вернулась по доброй воле.

Стив встал, обошел стол и остановился напротив нее.

– Андреа, ты уже не та девочка, которую мы с Грейс встретили в Бакае четыре года назад. Ты стала сильнее, гораздо увереннее в себе. Ты способна справиться со сложной задачей, что само по себе нелегко…

– Да, но…

– Я знаю, тебе кажется, что у тебя нет такого образования или опыта, как у большинства сотрудников «Омеги». Зато у тебя есть природный дар, люди для тебя словно открытые книги. И твой дар продолжает развиваться.

– Но…

Стива ее доводы, похоже, не слишком занимали.

– Могу навскидку вспомнить несколько дел, когда мы сумели арестовать преступников в основном благодаря твоей помощи!

Андреа вздохнула:

– Пожалуйста, прекрати подозревать, что я собираюсь тебя уволить всякий раз, как вызываю к себе в кабинет. Поверь, я не могу себе позволить терять такую ценную сотрудницу нашей команды. Конечно, одну мы тебя не пошлем. Ты будешь работать в связке с Брэндоном Ханом.

Андреа натянуто улыбнулась, радуясь, что Стив не так хорошо умеет читать по лицам, как она. Брэндон Хан, точнее, доктор Брэндон Хан, у которого, кажется, не одна, а целых две докторских степени и коэффициент умственного развития выше, чем у Эйнштейна! Не зря его называют «машиной». В «Омеге» он считался самым лучшим, самым блестящим специалистом по составлению психологического портрета преступника.

Не говоря уже о том, какой он красавец – высокий брюнет с ярко выраженными азиатскими чертами лица.

– Ты знакома с Брэндоном?

Если не считать нескромных мыслей о нем…

– Конечно, знакома. Несколько раз виделись, хотя вместе работать не доводилось.

– Отлично. Он с минуты на минуту будет здесь. Тогда мы обсудим подробности и отправим вас на место.

Брэндон Хан немного опаздывал на встречу со Стивом, он предупредил босса, что отправится навестить вдову и детей своего бывшего напарника.

Брэндон приезжал к ним не так часто, как ему бы хотелось, но он знал, что о них заботятся и другие сотрудники «Омеги». Дэвида Виккерса в «Омеге» любили и уважали. Он многим помогал и был хорошим полевым агентом. «Омега» своих не забывает.

Дэвида победил страшный враг, перед которым оказалась бессильной даже «Омега», – рак. Он продолжал трудиться до последнего, а умер от неоперабельной опухоли через месяц после того, как все-таки вынужден был оставить работу. Последние недели жизни он провел с женой и детьми.

Брэндон и Дэвид были напарниками семь лет, а дружили еще дольше. После смерти Дэвида Брэндону не хотелось ни с кем работать в паре.

Но, войдя в кабинет Стива Дрэкетта и увидев красавицу блондинку Андреа Гордон, которая явно нервничала, он понял: сейчас ему попытаются навязать нового напарника. Точнее, напарницу.

– Привет, Стив, – поздоровался он с командиром. Андреа он кивнул, правда, она как раз в тот миг отвернулась. Она всегда отворачивалась, если оказывалась в одном с ним помещении.

Дрэкетт встал из-за стола, пожал Брэндону руку.

– Давайте пересядем за большой стол.

– Да, конечно, – покладисто согласился Брэндон.

Андреа встала и последовала за ними. Брэндон выдвинул для нее стул. Интересно, не принадлежит ли она к числу феминисток, которых такой жест оскорбит? Если да, многое в ней станет понятно.

Но она лишь удивленно покосилась на него и села. Брэндон на какое-то время задержал руки на спинке ее стула.

Значит, она не боится своей женственности и ей не кажется, что при каждой встрече с представителями противоположного пола идет борьба за власть.

– Вы знакомы с Андреа Гордон? – спросил Стив, мельком посмотрев на Брэндона.

– Да, виделись пару раз. Рад снова тебя видеть.

– Да, я тоже, – едва слышно пробормотала она.

Брэндон заметил, что у нее приятный голос.

– В окрестностях Финикса орудует серийный убийца. На его совести уже три жертвы. – Стив передал им папки с материалами.

– Там точно серия? – спросил Брэндон, листая страницы.

– Похоже на то. Всем трем жертвам было около двадцати. Всех нашли завернутыми в какую-то белую материю, с цветком лотоса в руке.

– Чистота, – негромко заметила Андреа.

– Что? – спросил Стив.

Андреа пожала плечами:

– У некоторых народов цветы лотоса символизируют чистоту.

– Она права, – кивнул Брэндон. – Кстати, и белая материя тоже. Значит, убийца провел нечто вроде ритуала очищения.

– Неплохо для начала. Итак, вы вылетаете на место сегодня. Вас уже ждут в тамошнем полицейском управлении.

– Стив, после того как Дэвид… – Брэндон понял, что ему трудно произнести слово «умер», хотя прошел уже год. Поэтому он начал снова: – После Дэвида я работаю один. По-моему, в одиночку мне даже думается продуктивнее. – Брэндон повернулся к Андреа: – Не обижайся, пожалуйста, к тебе это не имеет никакого отношения.

По ее лицу пробежала тень, но так быстро, что он, несмотря на всю свою подготовку, ничего не сумел понять. Какая досада!

– Я понимаю, – кивнула она.

– Брэндон, последнюю жертву нашли в городке под названием Бакай, неподалеку от Финикса. Андреа оттуда родом. За такими ритуальными убийствами, как правило, стоит кто-то из местных…

Брэндон поморщился. С этим не поспоришь. Помощь Андреа, которая родилась в тех краях и к тому же обладает такими потрясающими навыками, может оказаться бесценной.

И все же ему очень не хотелось с ней работать. Он покосился на нее, девушка листала страницы дела, рассматривала фотографии, как будто этот разговор нисколько ее не волновал.

Брэндон прищурился. Он определенно не хочет лететь в Аризону с этой красоткой… За последний год он привык работать один, но проблема не только в этом.

Он не доверял Андреа. Ее окружают тайны. А тайны имеют обыкновение раскрываться в самые неподходящие моменты.

Дэвид довольно долго скрывал от всех свою болезнь. Брэндону больше не хотелось находиться рядом с чьими-то тайнами.

Особенно если речь идет о такой сногсшибательной красавице блондинке. В ней все было идеально: великолепная фигура, лицо, прическа и со вкусом подобранная одежда. При виде Андреа Брэндон забывал обо всем. Он вовсе не был уверен, что рядом с ней сможет работать в полную силу.

Он откинулся на спинку стула и изобразил беззаботность:

– По-моему, мне все-таки лучше лететь одному.

Глава 2

– Стив, она что-то скрывает.

Стив уже отпустил Андреа, сказав ей, к досаде Брэндона, чтобы она собирала вещи и готовилась к поездке в Бакай.

– Тайны есть у всех.

– Знаешь, как ее у нас называют?

Стив вопросительно поднял брови.

– Снежная королева. Она никогда ни с кем не общается, ни с кем не дружит. Никто ничего о ней не знает.

– Она Снежная королева только потому, что не стала душой общества? Хан, я о тебе лучше думал.

– Ну, сам я никогда так ее не называл и не думал… как и никто в нашей группе. Но слышал, что ее так называют другие.

– Она прекрасный специалист. Так и передай тем, кто придумывает дурацкие прозвища. Не все любят болтать о себе направо и налево.

– Да всем известно, какой она классный специалист. Читает по лицам, как по книгам. Никогда ничего подобного не видел, но… – Брэндон защитил докторскую диссертацию по межличностному общению, но ему не удавалось считывать выражение лиц и язык тела так же хорошо, как это делала Андреа.

– Что «но»?

– Да ничего. Я только и сказал, что у нее есть тайны.

– Брэндон, у нее есть прошлое. Как и у всех нас. Жизнь обошлась с ней суровее, чем со многими из нас. Если она что-то скрывает, то только потому, что ей тяжело заново переживать свое прошлое. Знаю, тебе больно, ты потерял лучшего друга. Тебе тяжело, как и всем нам…

Брэндон встал и подошел к окну.

– Очень хочется возразить, сказать, что дело не в Дэвиде, но, конечно, это неправда.

– Брэндон, я знаю, что Дэвид был для тебя не только напарником, но и лучшим другом.

Брэндон кивнул, не оборачиваясь.

– Вы с Андреа лучше других подходите для дела. Кто-то убивает молодых женщин, негодяя необходимо остановить. Андреа молода, ей всего двадцать три, – продолжал Стив. – Она не уверена в своих способностях и сомневается в том, что ей у нас место.

– Стив, ты же меня знаешь. Люблю собирать факты. Андреа для меня – неизвестная величина, поэтому я и сопротивляюсь.

– Кое-что из того, что она держит при себе, мне известно, и хотя я не имею права никому об этом говорить, то, что я о ней узнал, заставляет уважать ее больше, а не меньше. Но некоторыми своими тайнами она со мной не делилась. Возможно, она не делилась ими ни с кем. И она имеет полное право хранить молчание.

Брэндон кивнул. Стив прав, тайны есть у всех.

– Она прекрасный специалист, и она поможет тебе найти убийцу.

Брэндон провел ладонью по лицу.

– Ладно, пойду собираться.

– Спасибо, Хан! – сказал Стив, когда Брэндон повернулся к выходу. – Я понимаю, как тебе тяжело.

– Я, как и ты, считаю, что самое главное – поймать убийцу.

– Андреа очень нелегко возвращаться в Бакай. Буду очень тебе признателен, если ты последишь за ее эмоциональным состоянием.

– На что особенно мне обратить внимание?

Стив пожал плечами:

– Она там выросла. Скажем, так: ей пришлось повзрослеть быстрее, чем многим ее сверстникам.

– Ладно, постараюсь получше присматривать за ней. У тебя все?

– Вообще-то нет.

Брэндон демонстративно вздохнул:

– Еще что-то?

– Возможно, и нет, но я хотел, чтобы ты знал.

Брэндон вернулся к столу.

– Говори.

– Тридцать шесть часов назад Демиен Фрейхоф сбежал из федеральной тюрьмы.

Брэндон нахмурился, вспоминая, о ком речь. Вспомнил:

– Кажется, он угрожал взорвать заложников в банке Финикса? Когда мы его взяли… года три назад?

– Четыре. Кроме того, мы считаем, что он совершил еще два теракта, только нам пока не удалось доказать его причастность.

– Подозреваешь, что он сейчас в Бакае?

– Нет. Но банк, в котором он захватил заложников, находится в Финиксе, то есть довольно близко от Бакая. Да, и самое главное – он считает, что Андреа виновна в его аресте.

– Почему? Она разве там была?

– Да, была, и именно она помогла нам схватить его, хотя в то время еще не работала у нас.

– Ты сказал Андреа о том, что Фрейхоф сбежал?

Стив замялся – всего на миг. Брэндон ничего не заметил бы, если бы не был натренирован замечать подобные вещи.

– Нет, мы решили ничего ей не говорить. Когда Фрейхоф отправился за решетку, Андреа еще у нас не работала. Кроме того, он получил два пожизненных срока; мы не думали, что он выберется из тюрьмы лет до восьмидесяти. Он сбежал во время пересылки из одной тюрьмы в другую.

– По-твоему, разумно держать ее в неведении?

Стив пожал плечами:

– Во время судебного процесса Фрейхоф злился на многих, поэтому мы не придавали – и сейчас не придаем – большого значения его угрозам в адрес Андреа. Вряд ли сейчас он охотится на нее. В конце концов, она только сообщила, что в банке не два налетчика, а три. Вряд ли она догадывалась, что он собирался взорвать здание.

– Ну, ладно, – кивнул Брэндон. – Пока мы будем искать нашего серийного убийцу, буду обращать внимание и на других психов, которые ошиваются поблизости.

Стив улыбнулся:

– Не забывай, Андреа – не агент «Омеги», а всего лишь штатный консультант. Она прошла кое-какую физическую подготовку, но с тобой ей не сравниться.

– Ладно, буду иметь в виду.

Стив пожал Брэндону руку:

– Доброй охоты! Держи меня в курсе.

Приехав три часа спустя в аэропорт Колорадо-Спрингс, Брэндон узнал, что их рейс отложили по техническим причинам. Они летели обычным рейсом, поскольку два самолета «Омеги» были заняты в других заданиях.

Приехала Андреа. В строгой юбке и белой блузке она выглядела шикарно. Настоящая Снежная королева! Брэндон сомневался, что она когда-нибудь позволяет себе хотя бы складку на одежде.

Брэндон уже давно выделил ее среди других сотрудников «Омеги». Трудно не заметить девушку с такой ослепительной внешностью.

В последнее время он был так поглощен своими делами – после смерти Дэвида ему пришлось учиться работать в одиночку, – что влечение к Андреа отодвинулось на задний план.

– Привет, – она едва заметно улыбнулась. – Ну как, готов?

– Пока не до конца, – признался он, – но готовлюсь. Завтра у нас встреча с представителями полиции Финикса и Бакая. Очевидно, в Бакае не хватает людей и средств, поэтому им помогают коллеги из управления Финикса.

– Бакай – маленький городок. И серийные убийцы там попадаются нечасто.

– Будем надеяться, что и этого удастся остановить.

Он достал несколько папок из портфеля и краем глаза заметил, что она следит за ним со слегка ошеломленным выражением.

– Что?

– Ничего, – она покачала головой. – Просто ты… сложный.

Брэндон прищурился. Интересное наблюдение!

– С чего ты взяла?

Она пожала плечами:

– У большинства людей проявляются одна или, может, две главные эмоции одновременно. У тебя их больше, и они сложные.

Да, в самом деле, Брэндон давно понял о себе, что в нем противоборствуют самые разные эмоции, и он умел одновременно думать о разных вещах.

Его подсознание могло продолжать работу над определенными аспектами дела, в то время как сознание сосредотачивалось на других задачах.

Кроме того, он давно знал о существовании в себе темной стороны. Он осознавал, что благодаря своему интеллекту, подготовке и опыту сможет совершить преступление и его не поймают. Тьма таилась недалеко от поверхности, хотя он никогда никому не рассказывал о ее существовании.

Ему было неприятно, что Андреа так быстро его раскусила.

– Ясно! – сказала она и отвернулась.

– Что?

– Сейчас раздражение у тебя подавляет все остальное, – она сложила руки на коленях и опустила голову.

– Давай лучше сосредоточимся на деле, – он протянул ей стопку папок. – Нам нужно ознакомиться со всем этим до того, как мы встретимся с местными стражами порядка.

– Хорошо, – Андреа тихонько вздохнула.

Значит, ей не нравится делать домашнюю работу.

Брэндон начал читать материалы и довольно скоро заметил, что Андреа разглядывает фотографии – посмертные снимки жертв и снимки места преступления – но не читает сопроводительных сведений.

Когда она надела наушники и стала слушать музыку или еще что-то, Брэндон почувствовал, как его раздражение растет.

Брэндон, конечно, знал, что разные люди обрабатывают информацию по-разному. Кое к кому из его друзей по «Омеге», например, озарение могло прийти в ходе тренировки в тренажерном зале или во время спарринга. Не стоит слишком строго относиться к Андреа. Если она хочет рассматривать снимки под музыку – что ж, ее право.

Но он тоже человек, черт побери, и имеет право злиться! Кто бы мог подумать, что под строгим костюмом и внешней сдержанностью таится обыкновенная лентяйка? Брэндон сделал глубокий вдох и взял себя в руки.

Глава 3

Андреа чувствовала себя хуже некуда. Ей предстоит возвращение в Бакай… Настоящий кошмар! Хуже того, ей предстоит вернуться в родной городок с Брэндоном Ханом. На высоте в десять с половиной тысяч метров их самолет попал в зону турбулентности; лайнер словно кивал в знак согласия с выводом Андреа.

Брэндон не хотел вести дело вместе с ней. Еще в кабинете у Стива он выразился более чем недвусмысленно. Андреа подозревала, что все дело в ней. Наверняка Брэндону известно о ее недостатках и необразованности. И все же она отгоняла тревожные мысли. Он сказал, что предпочитает работать в одиночку. Андреа его прекрасно понимала. Она тоже любила работать одна, правда, по другим причинам.

После того как Брэндон передал ей папки, Андреа притворялась, будто читает, хотя на самом деле читать она не могла; она прекрасно понимала, что лучше даже не пытаться. Из-за дислексии она с трудом понимала даже самые простые книги, хотя овладела некоторыми навыками, которые помогали ей освоиться с текстами. Читать рукописные и печатные тексты, часто набранные шрифтами разного размера, она не могла, от этого у нее сразу начинала болеть голова.

Все же она успела немного подготовиться. С помощью специальной компьютерной программы отсканировала несколько страниц дела и преобразовала их в аудиофайлы. К сожалению, времени на то, чтобы, как обычно, преобразовать все печатные материалы, ей не хватило.

Андреа заметила, когда она надела наушники, что Брэндон почему-то разозлился еще больше, но постаралась не придавать этому значения и стала внимательно слушать текст.

Ей было страшно возвращаться в Бакай. Если бы ее попросил кто-то другой, а не Стив, Андреа отказалась бы. Может, ей повезет, и она не встретит там старых знакомых. Или ее просто не узнают. Прошло четыре года, она сильно изменилась: подстриглась, научилась одеваться и выглядеть элегантно и профессионально.

Теперь ее вряд ли узнают даже тетка и дядя. Андреа не собиралась их навещать. В последний раз девушка видела их, когда дядя напился и разбудил ее среди ночи ударом, от которого она упала с кровати. Второй удар бросил ее на стеклянную столешницу. Она убежала и спряталась, а порезанную руку всю ночь кутала в футболку.

Утром она сказала тетке, которая, как всегда, не придала значения ночным развлечениям мужа, что она идет в школу. Но в школу Андреа не пошла. И домой не вернулась, перебралась на другой конец городка, в котором жила с самого детства. Родственники ее не искали, наверное, вздохнули с облегчением, когда она сбежала. Так что… никакой радости по поводу возвращения в Бакай она не испытывала.

Наконец они приземлились в аэропорту Скай-Харбор, и Андреа снова замкнулась в себе. Она молча стояла рядом с Брэндоном, пока тот брал машину напрокат, молча сидела рядом, когда они мчались по федеральной трассе номер десять. Они остановились только один раз, чтобы перекусить.

Андреа сразу поняла, что напрасно согласилась вернуться. Будь она одна, развернула бы машину и взяла билет на обратный рейс в Колорадо-Спрингс. Теперь ее дом там.

– Эй, ты как?

Андреа замерла, когда Брэндон положил руку ей на плечо. Она не ожидала, что он заговорит с ней до конца пути.

– Нормально. Просто… очень не хотелось сюда возвращаться.

Она почувствовала, как все его неприятные эмоции тают.

– Да, наверное, трудно возвращаться в те места, где ты вырос. Ты не хочешь ни с кем повидаться? У тебя в Бакае остались друзья, родные?

– Н-нет, то есть… Вряд ли кто-нибудь еще помнит меня.

Он не стал донимать ее вопросами, за что она была ему благодарна. Они свернули с федеральной трассы и поехали на юг по восемьдесят пятому шоссе. Когда проезжали мимо ее средней школы, «Бакай Юнион», Андреа машинально показала на нее Брэндону.

– В каком году ты окончила школу?

Не желая признаваться, что школу не окончила, она назвала тот год, когда ее бросила. Быстро сообразила, что он решит, будто она окончила школу экстерном. Поэтому, смущенно кашлянув, назвала следующий год.

Брэндон удивленно покосился на нее, но, к счастью, ничего не сказал.

Наконец они прибыли в Бакай. Он почти не изменился, все на месте: магазин «Все за доллар», продуктовая лавка и авторемонтная мастерская.

С мастерской у нее были связаны довольно теплые воспоминания. Когда семнадцатилетняя Андреа пригнала туда свою развалюху, владелец ни словом не обмолвился о том, что девушка хранит в машине все свои пожитки. Она догадывалась, что владелец мастерской в тот раз сильно занизил цену за ремонт.

В самом деле все ее вещи умещались в машине, потому что одно время она там ночевала. Потом она устроилась в «Ягуар», и ей хватило денег на обшарпанную однокомнатную квартирку с крошечной кухней.

Они с Брэндоном остановились в единственном в городке приличном отеле. Брэндон зарегистрировал их в двух соседних номерах на первом этаже. Взяв сумки, они зашагали по коридору.

– Я, наверное, лягу пораньше, – сказала Андреа, вставляя в замок ключ-карту. Ей нужно было побыть одной, справиться с нахлынувшими на нее мыслями и воспоминаниями. Кроме того, она должна успеть до завтра прочесть все материалы дела. Процесс мучительный, но ничего не поделаешь.

– Ладно, тогда до завтра. Выезжаем в восемь. – Брэндон повернулся к двери. – Как ты, нормально?

Андреа кивнула:

– Спокойной ночи!

Не говоря больше ни слова, она закрыла за собой дверь. Скорее бы оказаться подальше от Брэндона и его слишком проницательных карих глаз!

Она, конечно, не чувствовала себя нормально. Возвращение далось ей даже тяжелее, чем она ожидала.

На следующее утро Брэндон и Андреа приехали в штаб-квартиру шерифского управления округа Марикопа. Здание находилось на окраине Бакая; их предупредили, что встреча состоится в малом конференц-зале.

Когда Андреа увидела здание, куда им предстояло войти, она посерела, а глаза сделались огромными. Брэндон протянул ей руку, и она машинально схватила ее. Ее ладошка вспотела.

Брэндон понял: здание внушает Андреа настоящий ужас.

Она сделала несколько глубоких вдохов, стараясь взять себя в руки. Опомнившись, выпустила его руку. И даже улыбнулась, правда, одними губами. Что-то в ее натянутой улыбке задело его до глубины души.

– Андреа, может быть, мы со Стивом поступили необдуманно, взяв тебя сюда. Я могу пойти туда один.

– Нет, я в норме. Только как-то не думала, что нам придется ехать именно сюда…

– С этим зданием у тебя связаны неприятные воспоминания?

Андреа глубоко вздохнула:

– Да нет… Мне от всего городка не по себе.

– Ты точно нормально себя чувствуешь?

– Да, точно. Не сомневайся! – Она снова улыбнулась – уже не одними губами, как в прошлый раз.

Брэндон как бы невзначай прикоснулся к ней. Рука немного потеплела.

Она выглядела усталой, как будто всю ночь не спала.

Впрочем, выглядела Андреа безупречно: прическа – волосок к волоску, брючный деловой костюм сидит идеально, туфли на высоком каблуке придают облику еще больше женственности.

Даже если она боялась, то была полна решимости не показывать своего страха, за что Брэндон больше зауважал ее. Если бы она еще хорошо изучила материалы… но, конечно, она не готовилась.

Они обернулись на скрип открываемой двери. В зал вошли двое. Один лет пятидесяти пяти, в форме, второй, помоложе, – в штатском. Вид у обоих был усталый, измотанный. Старший заговорил первым:

– Меня зовут Ланс Кендрик; я помощник шерифа округа Марикопа. Поскольку все три убийства произошли в нашем округе… во всяком случае, тела… обнаружены у нас, дело веду я.

– Меня зовут Джерардо Дженнисон, уголовный розыск управления полиции Финикса, отдел убийств. Мы помогаем округу Марикопа.

– Я агент Брэндон Хан из сектора «Омега». Это мисс Андреа Гордон, наш аналитик. Она будет консультировать нас, если потребуется.

Пожимая руку Андреа, Дженнисон смерил ее оценивающим, откровенно мужским взглядом. От Брэндона не укрылось то, что Ланс Кендрик смотрел на нее, как будто пытаясь вспомнить, где ее видел. Пожимая Кендрику руку, Андреа тоже посмотрела на него, но сразу отвела глаза в сторону.

Она его узнала! Ничего невероятного в этом не было, Бакай ее родной город. Она многих могла здесь знать.

– Мы с вами раньше не встречались? – спросил ее Кендрик.

Андреа чуть напряглась, но сохранила невозмутимое выражение лица:

– Возможно… – она улыбнулась. – «Омега» расследует много дел.

Отличная отговорка! Она не призналась в том, что раньше жила здесь, как и в том, что тоже узнала Кендрика. Брэндон решил пока молчать и наблюдать. Судя по всему, ее ответ вполне устроил помощника шерифа, хотя Брэндон подозревал, что их знакомство, скорее всего, не связано с работой.

– Итак, у нас три жертвы, – заговорил Кендрик. – Все белые женщины в возрасте от двадцати до двадцати пяти лет. Причина смерти – асфиксия, вызванная сдавливанием шеи тонкой веревкой. Странгуляционные борозды довольно отчетливы. Всех погибших перед смертью связывали, о чем свидетельствуют характерные следы на запястьях. Других признаков насилия, в том числе сексуального, не выявлено. Все жертвы обнаружены рядом с церквами, разными в каждом случае.

То, что убийца подбрасывал трупы к храмам, вполне сочеталось с мотивом очищения, о чем вчера упоминали они с Андреа.

– Жертвы как-то связаны между собой? – спросил Брэндон.

– Не похоже, чтобы они знали друг друга; во всяком случае, нам об этом не известно. Все они проживали в нашем округе, но в разных местах.

– У двух имеются приводы в полицию, – вмешалась Андреа.

Брэндон покосился на нее. Значит, она все же изучала материалы дела!

– Да, – кивнул Кендрик. – Они совершали административные правонарушения, правда, разные. Но ни одной из них не предъявляли обвинений; их не судили.

Если бы Брэндон не смотрел неотрывно на Андреа, он бы, скорее всего, не заметил, как она поморщилась. Может, у нее в прошлом тоже были неприятности с законом, поэтому она так испугалась, когда они подъехали к шерифскому управлению?

– Их профессии особо здоровыми не назовешь, – вступил в разговор Дженнисон. – Две жертвы были стриптизершами; подвизались в соответствующих клубах в Финиксе и его окрестностях. Одна работала в придорожной закусочной, где дальнобойщики снимают девиц…

Кендрик расплылся в улыбке:

– Я вызвался поработать в этих клубах под прикрытием, но начальство не одобрило мое предложение… и жене оно тоже не понравилось.

Брэндон сделал вид, что ничего не слышал. Он не удивился, узнав о роде занятий трех жертв. Понятно и то, почему их задерживали.

– Какие следственные действия вы предприняли? – сдавленным голосом спросила Андреа.

– Сделали все, что в наших силах, – Кендрик выпрямился. – Допросили владельцев заведений, где они работали, огородили места преступления, сняли там все отпечатки, сделали анализы ДНК…

Дженнисон перебил его:

– Мы высоко ценим то, что «Омега» решила нам помочь. Будем вам очень благодарны, если вы что-нибудь подскажете. Не хотим, чтобы по нашему округу разгуливал убийца. Но дело в том, что у жертв не было близких родственников. Никто их не хватился. Двоих задерживали за правонарушения, да и их род занятий можно назвать весьма сомнительным.

Кендрик пожал плечами:

– В общем, мы сделаем все что можем; Дженнисон прав, мы не хотим, чтобы по нашему округу рыскал убийца. С другой стороны, начальство вовсе не требует от нас бросать на расследование все силы. К сожалению, все погибшие, как бы это помягче… ничего собой не представляли.

Глава 4

У жертв не было близких, которые волновались бы за них. Зато имелись приводы в полицию. И род их занятий можно назвать сомнительным.

Если бы убийца вышел на охоту четыре года назад, одной из его жертв могла оказаться Андреа. Убитые девушки напоминали ей ее саму в девятнадцать лет, до того, как ее жизнь круто изменилась благодаря «Омеге».

Слова полицейских были ей неприятны, но она понимала: местные коллеги не виноваты. Правоохранительные органы финансируют весьма скудно. Если не объявятся родственники, которые поднимут шум, нераскрытые дела перейдут в разряд «висяков».

Причина, по которой к следствию привлекли «Омегу», заключается в том, что три убийства, скорее всего, совершены одним и тем же лицом.

После беседы с местными коллегами они отправились в «Логово вепря», бар, куда часто наведывалась последняя жертва, Ноэль Брамби. Правда, они решили зайти в бар днем, а Ноэль чаще всего работала в ночную смену.

Андреа боролась с усталостью: она почти всю ночь изучала материалы дела и теперь заставляла себя держаться. Ей удалось побеседовать с Лансом Кендриком, который, к счастью, не вспомнил, как ее несколько лет назад задержали за распитие спиртных напитков.

В «Логове вепря» было грязно, обшарпанно, жалко. В полумраке многое не видно, зато солнце высвечивало все недостатки.

Днем во вторник посетителей в зале было немного.

Едва они вошли, кто-то громко присвистнул, но Андреа не поняла, выразил ли кто-то одобрение ее внешности или в них сразу признали стражей порядка.

Брэндон подошел к ней ближе; она заметила, как он огляделся по сторонам, очевидно, в поисках угрозы.

У дальней стены стояли два биллиардных стола; за одним играли трое парней. Бармен распаковывал коробки и расставлял на стойке бокалы. За столиком в углу парочка наслаждалась пивом.

Все взгляды были обращены на вошедших. Брэндон легонько коснулся ее плеча. Они подошли к стойке. Бармен покосился на них, не прекращая своего занятия:

– Вы сбились с пути или копы?

– А может, мы просто пить хотим? – Брэндон широко улыбнулся.

– Может, и так. С радостью налью вам, хотя и не сомневаюсь, что вы либо первое, либо второе.

– Вы правы – второе. Мы расследуем убийство Ноэль Брамби.

– Страшное дело! – Бармен тут же перестал заниматься бокалами и развернулся к ним: – Она была славная девушка. Приветливая. Меня зовут Фил, я владелец этого бара.

Пока Фил говорил, Андреа не спускала с него глаз. Похоже, он действительно хорошо относился к Ноэль – говорил искренне.

– Расскажите нам о ней, – попросил Брэндон.

– Она работала… ну… в клубе для джентльменов где-то в Финиксе.

Да, они уже знали, что Ноэль работала в клубе под названием «Аллюр». Они собирались вскоре отправиться туда.

– А почему, интересно, она не работала в «Ягуаре»? – Андреа не хотелось упоминать свое прежнее место работы при Брэндоне, но важно понять, почему Ноэль ездила так далеко, в Финикс, если местный клуб совсем рядом.

И бармен, и Брэндон повернулись к ней.

– Так вы местная? – удивился Фил. – Вы раньше никогда не заходили в мой бар, иначе я бы вас запомнил.

– Бывала в вашем городке, – уклонилась от ответа Андреа.

– Ноэль не нравился владелец «Ягуара», Гарри Минкли. О нем не слишком-то хорошо отзываются…

Да, Андреа прекрасно помнила Гарри. Умница Ноэль, ей, значит, хватило ума не работать на него. Хотя в конечном счете это ее не спасло.

– Ноэль часто сюда заходила? – Брэндон стоял вполоборота к бармену, не выпуская из поля зрения зал.

– В основном днем в будни. В выходные ей приходилось много работать, как и по вечерам. Она водила компанию вон с теми парнями. Высокого и тощего звать Кори, крепыша рядом с ним – Люк, а третьего – Джаред, – Фил показал на бильярдный стол, за которым играли трое. – Они знали ее лучше, чем я.

Брэндон и Андреа направились к трем игрокам.

– Спасибо за помощь, – бросила Андреа, обернувшись через плечо.

На вид парням можно было дать лет двадцать – двадцать пять. Они не смотрели на них с Брэндоном и не прекратили игру, но Андреа видела, что парни их заметили. Обратили они внимание и на ее внешность.

– Эй, ребята! – дружелюбно, но строго обратился к ним Брэндон. – Мы хотели бы поговорить с вами о Ноэль Брамби.

Андреа не сводила с них глаз. Двое, Люк и Кори, сразу напряглись, но она не поняла, почему. Возможно, их с Ноэль связывали сложные отношения, а может, они просто не любили полицейских. Третий, Джаред, услышав имя девушки, виновато понурился, но вскоре снова поднял голову и смерил Андреа внимательным взглядом.

– С чего вы взяли, что мы знали ее? – спросил Люк, державший кий.

– Фил сказал, что она водила с вами компанию.

– Филу не мешает держать язык за зубами, – буркнул Кори.

Брэндон обошел стол и прислонился к стене, чтобы лучше видеть лица парней.

– Мы ищем убийцу девушки, которая с вами дружила. Вы должны нам помочь, – говоря, Брэндон следил за Люком и Кори. Андреа переключилась на Джареда, но, заметив, что тот смотрит на нее в упор, отвернулась и тоже стала смотреть на его дружков.

– Ноэль прикончил какой-то псих, – буркнул Люк. – А больше мы ничего не знаем.

Кори делалось все больше не по себе.

– Как тебя зовут? – тихо спросила Андреа, хотя уже знала его имя.

– Кори, ты не обязан отвечать! – возмутился Люк.

– Люк, тупица, ты сам сказал, как его зовут! – расхохотался Джаред.

– Кори… – Андреа шагнула к парню, – тебе что-то известно? Ты поможешь нам поймать убийцу Ноэль?

– Нет, – Кори покачал головой, не глядя на нее. – Я ничего не знаю.

– Матерь божья, ты Андреа Гордон? – вмешался в разговор Джаред, всплеснув руками. – Ведь это ты, верно? Мы с тобой вместе ходили на математику в старших классах! Я Джаред Макконахи.

Черт побери! Андреа так и знала, что встретит знакомых.

– Точно, по-моему, и я тебя помню. Хоть ты была тихоней, но и тогда была горячей штучкой! – заметил Люк.

Неужели они видели ее в «Ягуаре»? Ведь она надевала парики и красилась до неузнаваемости.

– Я думал, после десятого класса ты куда-то переехала, – продолжал Джаред.

– Да, что-то вроде того.

– Иногда я вижу твоих предков… Кое-кто считал, что ты умерла, а они просто не объявили об этом.

Приятно узнать, что хотя бы кто-то заметил ее исчезновение!

– Они мне не родители, а тетка и дядя… Да, я переехала, а они остались.

Теперь-то Андреа понимала: она должна была заявить на дядю в полицию, по опыту знала, что среди стражей порядка немало честных, хороших людей, которые искренне хотят помочь. Но в семнадцать лет она всех боялась, а полицейских априори считала врагами.

С таким же недоверием относились к ним с Брэндоном местные парни.

– Вижу, у тебя жизнь удалась, – продолжал Джаред. – Ты в копы подалась… Если закуешь меня в наручники, буду просто счастлив!

Его дружки захихикали.

– Как насчет того, что я закую тебя в наручники и посажу в камеру к рецидивистам? – подал голос Брэндон, снова подходя к Андреа. – Тебе понравится, уверяю тебя!

– Да ладно, – Джаред попятился. – Я только хотел поздороваться со старой знакомой.

– Лучше расскажите, где вы были в пятницу, от полуночи до четырех утра!

Труп обнаружили днем в субботу, но коронер считал, что смерть наступила в пятницу ночью или в субботу рано утром.

– Я был дома, с женой, – сказал Кори. Брэндон сделал пометку в записной книжке.

– Я поехал с друзьями в Финикс, мы сидели в баре, – Люк продиктовал название бара. – Мы ушли оттуда после закрытия, – он быстро опустил глаза, а потом вызывающе посмотрел на Брэндона и Андреа.

– Я спал дома, а до того сидел здесь. Домой шел пешком… Я живу на Олд-Хайвей, дом восемьдесят, – буркнул Джаред, глядя на Андреа в упор.

– Ты живешь один? – спросил Брэндон. Дружки Джареда снова захихикали, и Брэндон удивился: – В чем дело?

– Ни в чем, – ответил Люк. – Он с мамашей живет.

– Вот спасибо тебе, Люк! – поморщился Джаред.

Андреа невольно улыбнулась, она уловила его откровенное желание уложить ее в постель. Он даже не пытался скрыть, как сильно хочет ее.

– Твоя мать может поручиться, что ты находился дома? – спросил у него Брэндон.

– Ну да, а как же. Она-то почти всегда дома. И злится на меня всякий раз, как я куда-то ухожу.

Андреа следила за всеми тремя парнями. Брэндон записал их имена и контактные данные, объяснил, что они сужают круг возможных подозреваемых. Посоветовал говорить правду, это избавит их от многих неприятностей.

Андреа и Брэндон вышли из бара, помахав бармену Филу. Одно девушка знала наверняка: трое парней, с которыми они беседовали сегодня, что-то скрывают.

Глава 5

Весь следующий день они ездили по Финиксу и Бакаю, проверяли алиби, беседовали с работодателями и коллегами трех жертв.

Близких родственников ни у одной из жертв не было. Судя по всему, и друзей у них было немного. Убийца нападал на девушек, чья смерть не вызовет широкого резонанса. На то, что за всеми убийствами стоит один и тот же человек, указывали места, куда были подброшены трупы, белая материя и цветы – своего рода символы. Ритуал очищения, очевидно, для него не менее важен, чем само убийство.

Преступник действовал хладнокровно и уверенно. Учитывая способ действия и то, что все жертвы – женщины, можно предположить, что убийца – мужчина. Он убивал не в приступе ярости, не уродовал трупы. Помимо следов на их запястьях и шеях, других признаков насилия не было.

Скорее всего, убийца ставил жертв на колени. Так ему было удобнее убивать; кроме того, поза символизировала раскаяние, необходимый этап очищения…

Жертвы не привлекали убийцу как сексуальные объекты – а может, наоборот, привлекали, но он не позволял себе расслабиться. Он твердо решил избавить их от порока – очистить.

Целый час Брэндон сидел в своем номере и старался разложить по полочкам все, что им стало известно, пытался влезть в голову убийцы, хотя после смерти Дэвида Брэндон не слишком часто позволял себе заходить на темную сторону. Он сознавал, что в нем, в его душе, живет нечто темное. Прекрасно понимал, что глубоко погружаться в мысли убийцы опасно – мрак может поглотить его целиком.

Но теперь никто не мог предостеречь его, заметить, что он слишком близко подошел к краю пропасти. Вот чего ему больше всего не хватало – надежного напарника, которому он бы полностью доверял.

Кстати, о напарниках… пора встретиться с временной напарницей. Как только они вернулись в отель, Андреа чуть ли не бегом устремилась в свой номер, объяснив, что хочет просмотреть записи сегодняшних бесед, но Брэндон знал, она лукавит.

Она держалась безупречно – была пунктуальна, внимательна, сосредоточенна, но проявила откровенный непрофессионализм, не сделав ни одной записи, положившись исключительно на свою память.

Наблюдая за ней, Брэндон лишний раз убедился в том, что ему не нужен напарник… тем более, такая напарница, как она. В последнее время Андреа часто снилась ему, во сне он страстно целовал ее. Брэндон опасался, что однажды поступит так наяву.

Девушка сказала, что весь вечер проведет в номере, анализируя все, что им удалось узнать за день. Она собиралась перекусить печеньем. Брэндон возразил, что они должны питаться нормально, а за едой можно обсудить ход следствия. Андреа пробовала возражать, но Брэндон был настойчив. Она нехотя согласилась.

Они договорились встретиться внизу. Итальянский ресторан, в котором, судя по рекламе, обещали накормить, «как у мамы», находился в нескольких кварталах от отеля. Брэндон переоделся в джинсы и футболку, Андреа осталась в тех же брюках и блейзере. Интересно, подумал он, носит ли она когда-нибудь обычную одежду, позволяет ли себе с кем-нибудь расслабиться?

– Что? – спросила она, видя, что он неотрывно смотрит на нее.

– Ничего. Просто проголодался. Ты готова?

Они уселись за столик, сделали заказ, и Андреа немедленно приступила к делу. Очевидно, она твердо решила не допускать перевода разговора на личные темы. Брэндона такой ее настрой вполне устраивал. Он намеревался обсудить ход следствия и напомнить, что необходимо делать записи. Сейчас станет ясно, сколько важных деталей она упустила.

– Итак, что нам известно о каждой жертве? Давай убедимся, что мы ничего не упустили, – сказал он, когда они приступили к еде.

– Хорошо… – кивнула Андреа. – Жертва номер один, Иветт Тайлер. Тело нашли две недели назад. Двадцать один год, брюнетка, рост – метр шестьдесят пять, вес – шестьдесят килограммов. Родственников нет. Место работы – стрип-клуб «Кабаре Бриллиант» в Финиксе.

– В прошлом году ее задержали за распитие спиртных напитков и нарушение общественного порядка, – подхватил Брэндон. – В то время она была несовершеннолетней, это был первый привод, и ее отпустили.

– Да. Жертва номер два, Эшли Джадсон. Тело обнаружено шесть дней назад. Восемнадцать лет, работала в придорожной закусочной в Тонопе, на западной окраине Бакая.

– Закусочная пользуется определенной репутацией среди дальнобойщиков, – кивнул Брэндон. – Там можно недорого снять женщину, так сказать, пригласить ее покататься.

Андреа делано улыбнулась и подцепила на вилку лист салата.

– Джадсон также задерживали за приставание к мужчинам – что ж, ничего удивительного. Обвинения против нее были сняты из-за какой-то формальности.

– И третья – Ноэль Брамби.

– Да. Двадцать три года, блондинка. Работала в клубе «Аллюр» в Финиксе.

Она помнила все подробности лучше, чем он думал. Похоже, он неверно судил о ней.

Им принесли пасту с курицей под соусом «Альфредо» для Андреа и лазанью Брэндону, еда оказалась действительно вкусной.

– Скажи, какое мнение у тебя сложилось о вчерашних приятелях Ноэль из «Логова вепря»? Одного звали Джаред, а двух других…

– Люк и Кори, – негромко ответила Андреа, отложив нож и вилку. – Они все что-то скрывают, – заметила Андреа.

– Как по-твоему, их скрытность имеет отношение к гибели Ноэль?

– Возможно, да, хотя я не думаю, что убийца – кто-то из них.

– Ладно, расскажи, что ты заметила и к каким выводам пришла.

– На первый взгляд, самым виноватым кажется Кори. По крайней мере, он из-за чего-то чувствует свою вину.

– Продолжай! – кивнул Брэндон. Он заметил то же самое.

– У него мог быть с ней роман, или он был влюблен в нее. Возможно, он чувствует вину потому, что не сумел помочь Ноэль.

– Согласен.

– Кроме того, он чего-то боится, – продолжала Андреа. – Вот почему я вначале подумала, что он может оказаться убийцей. И все же мне кажется, он боится, что в ходе следствия жене станет известно о его измене.

– А как насчет Люка? Он держался вызывающе. – Брэндон с аппетитом уплетал лазанью. – Думаешь, ему тоже есть что скрывать?

– Одно я знаю точно: стражей порядка он недолюбливает. Кроме того, ему очень не хотелось, чтобы мы проверяли его алиби в баре.

Брэндон перестал жевать, он ничего подобного не заметил.

– Почему ты так думаешь? Сегодня его алиби подтвердилось.

– Он явно что-то скрывает, не хочет, чтобы подробности того дня выплыли наружу. Например, в тот день соблазнил девушку в туалете и теперь ему не по себе… не знаю, – она отвела взгляд в сторону.

Брэндон уже заметил: как только речь заходит о сексе, Андреа старается не смотреть на него. Может быть, не только ему не по себе, когда они вместе? Может, она не так холодная, как хочет казаться?

– Любопытно!

– Но, поскольку к нашему делу это не относится, это не важно. – Она нахмурилась, накручивая пасту на вилку.

– Я бы так не сказал. Очень важно понять их… Если нам удастся проникнуть в их мысли, узнать их тайные желания… возможно, мы нападем на верный след. Способ не слишком простой, но действенный.

– Если речь в самом деле идет о преступнике, – возразила Андреа. – Иначе ты напрасно тратишь время.

– Сокращение числа подозреваемых – не напрасная трата времени. С каждым шагом мы все ближе к истине.

– В общем, я не считаю убийцами ни Люка, ни Кори.

– А каково твое мнение о Джареде?

– Пока не поняла. Не успела изучить его как следует. Ясно одно: ему стыдно, что он до сих пор живет с матерью.

Они побеседовали с матерью Джареда, она подтвердила, что в тот день ее сын был дома. Правда, они с ним находились в разных комнатах.

Значит, теоретически Джаред мог прийти домой, а потом незаметно выскользнуть…

Конечно, ни внешность, ни поведение парня не сочетались с профилем убийцы, который начал складываться у Брэндона в голове. Джаред не отличался методичностью и скрупулезностью. В общем, пока Брэндон не считал его настоящим подозреваемым. Однако, если Джаред начнет приставать к Андреа, можно найти другие причины для того, чтобы взять его под стражу…

– Значит, в школе вы с Джаредом дружили? – спросил Брэндон.

Андреа осторожно положила вилку на тарелку.

– Нет. Откровенно говоря, я его совсем не помню.

– А он сказал, вы вместе ходили на математику.

Она пожала плечами и поерзала на стуле:

– Школа для меня превратилась в размытое пятно.

– К какой группе ты принадлежала, когда училась в старших классах? Спортсменов? Ботанов? Рокеров? Панков?

На ее губах появилась тень улыбки:

– Ни к какой. Я была сама по себе.

В «Омеге» она тоже держится сама по себе почти четыре года.

– По-моему, все, что ты говорила о тех парнях, – прямо в точку. Ты даже подметила нечто такое, что я упустил, – он не притворялся искренним, он в самом деле восхищался ею. – А я считал, что почти ничего не упускаю. Стив не преувеличивал, у тебя действительно потрясающие способности, – заметил он и улыбнулся.

Она улыбнулась в ответ. Комплимент был ей приятен. Подтвердилось то, что говорил ему Стив, Андреа до сих пор не уверена в себе. Брэндону неожиданно захотелось помочь ей повысить самооценку.

– В каком университете ты училась? И в чем специализировалась – в криминалистике или психологии? – В свое время он так и не решил, что ему больше нравится, поэтому изучил обе специальности.

– Я… м-м-м…

Андреа снова напряглась. Очевидно, тема университета для нее еще хуже, чем тема школы.

– Андреа…

Она встала, поежилась, когда громко скрипнул стул.

– Брэндон, прошу прощения. Мне надо идти. Я плохо себя чувствую.

– Подожди, сейчас я…

– Нет, извини, нет, – пробормотала она и выбежала за дверь.

Глава 6

Брэндон расплатился по счету, стараясь понять, что случилось. Он всего лишь спросил ее о школе и университете!

Брэндон давно изучал людей и понимал, что Андреа не просто не хочет рассказывать о себе – у нее есть тайны. И они связаны с ее родным городком.

Брэндон видел, ее скрытность не мешает ей в работе. Но ему не давала покоя мысль, что она нуждается в помощи. Ему хотелось заставить ее все рассказать, тогда он будет знать, как ей помочь.

У него был свой внутренний воин, который воспринимал мир очень просто, для него существовали только белое и черное, правда или ложь. И никаких оттенков серого, в которых постоянно блуждал его разум. Внутренний воин не давал Брэндону превратиться в преступника.

В его жилах в самом деле текла кровь бойцов: самураев со стороны отца и шотландских горцев – со стороны матери. Воина не интересовали психологические портреты преступников, главное для него – справедливость.

Брэндон не позволял своему внутреннему воину слишком часто выходить на поверхность. Он предпочитал действовать с помощью интеллекта и силы убеждения.

Он вышел из ресторана и прошел квартал до отеля. По закону подлости заморосил дождь. Андреа он заметил случайно. Он не ожидал, что она, выйдя из ресторана, будет стоять на парковке целых десять минут. Но она стояла и неотрывно смотрела на машину, припаркованную у самого входа в отель – старый, побитый «шевроле».

Брэндону показалось, что она оцепенела от ужаса. Он подошел к девушке, стараясь не напугать, но и не дать ей убежать.

– Привет! – спокойно заговорил он. – Что ты здесь делаешь?

Она посмотрела на него, а потом снова на парковку. Брэндон достал пистолет из кобуры. Может, она заметила что-нибудь, связанное с делом?

– Андреа… – чуть громче позвал он. – В чем дело? Ты увидела что-нибудь угрожающее? Или кого-нибудь? Андреа, посмотри на меня!

Наконец она повернулась к нему. Мокрые волосы прилипли к голове, тушь потекла.

– Пожалуйста, объясни, в чем дело. Ты почувствовала опасность? Что-то, связанное с нашим делом?

Она не сразу сконцентрировалась на нем.

– Н-нет… Никакой опасности нет. Просто мне… показалось… – Он ждал, но она так и не докончила фразы.

Он сунул пистолет в кобуру. Опасности нет, но ей явно нужна помощь. Она, судя по всему, сейчас не способна о себе позаботиться.

– Пойдем в дом, милая, – ласковое словечко вырвалось нечаянно. – Не надо мокнуть под дождем.

– Нет. Я не могу туда, – она снова перевела взгляд на старую машину, припаркованную почти под самым козырьком у входа. Похоже, в машине кто-то сидел, но так далеко, что Брэндон не мог разглядеть водителя.

Андреа уже дрожала, и похоже, не от холода, а от страха.

– А если мы войдем через боковую дверь? – Брэндон показал на дверь, расположенную ближе к ним. До их номеров отсюда было дальше, зато им не придется идти мимо машины…

Она оглянулась и кивнула. Брэндон положил руку ей на плечо и повел к двери. И когда они очутились внутри, он не выпустил ее. Она по-прежнему дрожала всем телом, пока они шли по коридору.

Воин или нет, он должен защищать Андреа! Брэндон остановился у своей двери и достал из кармана ключ-карту. Он понял, что Андреа в плохой форме, когда она без возражений вошла в его номер.

Он снял куртку и повесил на спинку стула, потом помог ей снять промокший блейзер и подвел к кровати. Усадив ее на край, он отправился в ванную за полотенцем. Вернувшись, увидел, что она так и сидит, не шелохнувшись.

Он накинул ей на голову полотенце и принялся осторожно вытирать ее.

– Ш-ш-ш! Я тебя не обижу. Хочу убедиться, что ты не заболеешь, – уголком полотенца он вытер ей лицо, заодно смыв часть потекшего макияжа. Она молча смотрела на него огромными зелеными глазами.

Оставив ей полотенце, Брэндон сел на стул напротив нее.

– Кто был в той машине?

Он услышал ее тихий вздох.

– Ты тоже заметил?

– Нет, но я понял, что ты знаешь, кто там сидит.

– Это машина моих тетки и дяди. Я поселилась у них после того, как умерла мама… Мне тогда было десять.

– Ты не хочешь, чтобы они знали, что ты здесь?

Андреа передернуло.

– Нет. Я даже видеть их не хочу!

Она отвернулась и принялась растирать себе предплечье. Машинально посмотрев на ее руку, Брэндон вдруг заметил шрамы – многочисленные тонкие линии, окружавшие локоть. Раньше Андреа всегда носила одежду с длинным рукавом: блузки или блейзеры.

– Они тебя били, – еле слышно произнес он.

– Они алкоголики. И всякий раз, когда напивались… В основном дядя. А тетка запиралась в своей комнате.

Она отвернулась; по щеке прокатилась слезинка. Она по-прежнему растирала руку.

– Я знаю, теперь они мне ничего не сделают. Я уже не та девочка, которая жила в их доме, я сильная.

– Все, что ты говоришь, – правда. Каждое слово.

– И ты можешь арестовать их, если они что-нибудь попробуют сделать…

Очевидно, она убеждала себя…

– Да, конечно, – кивнул Брэндон. – Арестую их без колебаний!

– Какая же я тогда была глупая! Они не хотели брать меня к себе после смерти мамы, но мне больше некуда было идти. В основном я старалась не попадаться им на глаза. И все-таки кое за что я им благодарна. – Андреа пожала плечами. – Это из-за дяди я так хорошо научилась читать по лицам. Обстановка дома была такой, что я поневоле научилась различать мельчайшие оттенки мимики…

– Чтобы вовремя убегать от его кулаков.

Она кивнула:

– Получалось не всегда. Иногда заранее понимаешь, что будет, а бежать не можешь.

– Возможно, домашняя обстановка и помогла тебе развить свои навыки с юных лет, – согласился он. – Но, по-моему, твой дар читать людей проявился бы все равно. Ты в любом случае стала бы выдающимся специалистом – только не знала бы о своем даре до более позднего возраста.

Ему стали понятны ее нежелание говорить об университете и причина, по которой она спутала год окончания школы.

– Ты сбежала от них, да?

– Да. – Андреа покраснела. – Мне тогда еще и семнадцати не было. Как-то ночью я спала… Дядя пришел пьяный и ударом сбросил меня с кровати, а потом начал избивать. Он толкнул меня на стол со стеклянной столешницей, я разбила ее и порезалась. Потом я спряталась, а на следующее утро убежала от них. Больше я их не видела.

Ярость охватила Брэндона. Его так и подмывало выйти и угостить ее дядю тем же лекарством, которым он кормил племянницу.

– Правильно сделала.

– Конечно, если не считать того, что школу я бросила. Все равно учеба мне никогда не давалась… – Она снова как будто ушла в себя. – У меня дислексия, поэтому мне всегда было трудно… и до сих пор трудно… читать и писать. – Она закатила глаза.

Брэндон поморщился. Дислексия – серьезная проблема для любого ребенка. А для ребенка, которого никак не поддерживают? Готовый путь к неудаче в жизни. Он вспомнил, как в аэропорту про себя осуждал ее за то, что она не читает материалы дела. Чтение дается ей с трудом, тем более в переполненном общественном месте, где что-то постоянно отвлекает внимание.

– Стив Дрэкетт и Грейс Паркер, главный психолог «Омеги», увидели меня в Финиксе, когда мне было девятнадцать. Я помогла им освободить заложников в банке.

Брэндон кивнул, склонился ближе к ней и взял за руку, которой она машинально поглаживала свои шрамы. Он мягко провел пальцами по ее костяшкам, сам не понимая, кого успокаивает – ее или себя. О банке он знал, по крайней мере, знал о Демиене Фрейхофе. Сейчас Брэндон был полностью согласен с решением Стива не рассказывать Андреа о том, что Фрейхоф сбежал из тюрьмы. Ей и без того тяжело далось возвращение в Бакай.

– Меня взяли на испытания, потому что Стив был уверен, что у меня прирожденная способность читать людей.

– Поведенческая и невербальная коммуникационная диагностика, – пробормотал Брэндон, не выпуская ее руку.

– Тебе о ней известно?

– Я с ней знаком.

Не только знаком. Десять лет назад, учась в аспирантуре, он помогал разрабатывать последнюю, самую лучшую на сегодняшний день, версию программы. Значит, Андреа проходила тесты, созданные им.

– Ты убежала из дома, чтобы избавиться от побоев, и тебе пришлось бросить школу. Стив и Грейс поняли, какая ты одаренная, и взяли тебя под защиту «Омеги».

– Д-да. – Она на секунду опустила глаза, потом посмотрела на него.

Все ее поведение, мимика, поза свидетельствовали о том, что ей почему-то стыдно.

– Я не совсем типичная сотрудница «Омеги», – Андреа криво улыбнулась, не глядя ему в глаза. – У меня нет ни образования, ни подготовки. Даже читать толком не умею. И боюсь смотреть на двух стариков в машине.

Эти фразы многое объясняли, она вовсе не была замкнутой, не была Снежной королевой. Она – жертва жестокого обращения. Андреа отстранилась от всех, чтобы никто не задавал ей вопросов о ее прошлом. Она боялась, что коллеги сочтут ее недостойной «Омеги».

Не сумев удержаться, Брэндон обхватил ее лицо ладонями, осторожно отведя назад прядь еще влажных волос.

– Ты в самом деле очень скрытная, но уверяю тебя, никто не подумал бы о тебе плохо. Вспомни, сколько дел раскрыто с твоей помощью!

Андреа пожала плечами, Брэндон провел кончиками пальцев по ее щеке. Наконец-то он понял ее, пусть и отчасти. Теперь он может защитить ее.

– У тебя есть дар. Стив сразу разглядел в тебе человека незаурядного. Вот почему он пригласил тебя, тогда никому не известную девочку, работать в «Омегу». Уверен, он ни разу не пожалел о своем решении.

– Но у меня нет достойного образования. Я не получила необходимой подготовки.

– Ты можешь получить и то и другое, если захочешь… времени у тебя много. Я получил и образование, и подготовку, но будь я проклят, если умею делать то же, что ты! Будь я таким, как ты, бросил бы школу лет в десять!

На ее лице снова мелькнула тень улыбки, на сей раз неподдельной. Брэндон вдруг подумал, что в жизни не видел такой красавицы. Он пересел к ней на край кровати и положил руку ей на плечи.

– Пару лет назад я получила аттестат о среднем образовании, – призналась Андреа, доверчиво прижимаясь к нему. – И даже прослушала несколько семестров в колледже. Но из-за дислексии мне трудно учиться.

– Конечно, трудно, – прошептал он, зарывшись губами ей в волосы. Им овладела гордость. – Ничего, ты упорная, своего добьешься! Можно учиться медленно, в своем темпе. Окончишь колледж, когда сможешь. При твоих способностях получить диплом ничего не стоит!

Брэндон не убирал руку потому, что не мог заставить себя отстраниться от нее. Да и ей, похоже, не хотелось, чтобы он отстранялся. Он осторожно склонился к ней и поцеловал в губы. Мягко. Нежно. Страсть бурлила в нем, но он обуздал ее, не давая вырваться на поверхность. Страсть – совсем не то, что ей сейчас нужно.

Она вздохнула и прильнула к нему. Брэндон крепче обнял ее. Ему хотелось защитить ее от всего, что способно причинить ей боль.

Глава 7

Андреа проснулась, как от толчка, широко раскрыв глаза. Было темно. Она всегда спала с включенным светом, не хотела просыпаться в страхе, ожидая ударов. Она не шевелилась, но напряглась, готовая бежать в любую сторону, где можно спрятаться.

Постепенно она поняла. Здесь ей ничто не грозит. И даже наоборот. Она лежит на покрывале, в объятиях Брэндона Хана.

Во сне они изменили положение; он теснее притянул ее к себе, и она прижалась к нему всем телом. Их ноги переплелись… Как у любовников.

При мысли о том, что Брэндон может быть ее любовником, ей стало тепло. Ничего на свете она не хотела больше.

Она рассказала ему о себе почти все, не упомянула лишь о том, что полтора года проработала стриптизершей – худшие полтора года в ее жизни. Некоторые из ее тогдашних напарниц мечтали раздеваться на сцене, быть центром внимания, сводить мужчин с ума. Для Андреа каждое выступление становилось мучением.

Ей не хотелось рассказывать об этом кому бы то ни было, тем более Брэндону, зато хотелось оставаться в его объятиях, спать с ним, просыпаться с ним и целовать его так, как ей снилось, как она мечтала…

Когда глаза привыкли к темноте, она увидела его чеканный профиль, подсвеченный лунным светом. Андреа не думала, что интересует Брэндона как женщина. Он ее коллега, возможно, они даже могут стать друзьями. Его вчерашнее поведение свидетельствовало о заботе и сочувствии.

Но не о страсти. Андреа осторожно высвободилась из его объятий. Сейчас ей надо уйти. Совсем ни к чему утром испытывать неловкость, тем более что самого главного ночью у них не было.

Ей удалось выбраться из постели, не разбудив его. Она схватила туфли, сняла со спинки стула блейзер и, взглянув на него в последний раз, неслышно выскользнула за дверь.

Через несколько часов они увиделись внизу, в ресторане при отеле. Брэндон сел на стул напротив Андреа. Он был раздражен.

– Ты ускользнула среди ночи, – сказал он, наливая сливки в свой кофе.

– Да, я проснулась и решила, что должна перейти в свой номер.

Он склонил голову набок и пристально посмотрел на нее.

– Что? – спросила она.

– Странно, как тебе удалось уйти, не разбудив меня.

– Я умею двигаться бесшумно.

Он не сводил с нее взгляда, от этого ей делалось не по себе.

– И как, выспалась? – спросил он. – Вчерашний вечер был для тебя трудным.

Она подумала, что не нужно было столько ему рассказывать. Конечно, вчера он ее поддержал, но сегодня, может быть, понял, что она самозванка.

Он схватил ее за руку и крепко сжал.

– Слушай, не знаю, о чем ты сейчас думаешь, но прекрати!

– Но…

Его глаза метали молнии.

– Единственный человек, который о тебе сейчас плохо думает, – это ты сама! Так что прекрати.

– Ладно. – Она вздохнула.

– Повторяю вопрос. Ты выспалась?

Какое время его интересует – до того, как она вышла из его номера, или после? Ей чудесно спалось в его постели. В его объятиях. Когда же она вернулась в свой номер, кровать показалась ей слишком большой, слишком пустой. Она, конечно, заснула, потому что очень устала, но спала совсем не так хорошо, как рядом с ним.

– Выспалась. Спасибо, – уклончиво ответила она.

Она специально встала пораньше, чтобы уложить волосы и нанести макияж.

– Итак, какие у нас планы на сегодня? – спросила она.

– Опросить сотрудников жертвы номер два в закусочной. Выяснить, не проявлял ли кто-то из посетителей особого интереса к Эшли. Узнать, не было ли у нее постоянных клиентов.

– Скорее всего, ее убил не постоянный клиент, потому что…

Она не договорила – завибрировали оба их телефона одновременно.

– Проклятие! – буркнул Брэндон, прочитав сообщение. – В округе Марикопа нашли еще один труп. И снова убита молодая девушка!

Через пять минут они сели в машину и направились к месту преступления. По пути Брэндон позвонил в «Омегу» и ввел Стива в курс дела.

Труп нашли на окраине Бакая, снова у церкви.

Андреа покосилась на Брэндона:

– Мне нечасто приходится выезжать на место преступления. В основном я работаю со свидетелями. Честно говоря, я еще не была ни на одном месте преступления, – со вздохом призналась она.

– Послушай, многие агенты всеми правдами и неправдами стараются не появляться на месте преступления, особенно если там есть труп. Ты ведь знаешь Лайема Гетца?

Несколько месяцев назад Андреа вела дело вместе с Гетцем и его будущей женой, Ванессой, которая ожидала ребенка. Они раскрыли подпольную сеть торговцев людьми. Гетц возглавлял в «Омеге» команду по спасению заложников – и доказал свои способности, когда спас группу молодых девушек, которых похитили и собирались продать в сексуальное рабство.

– Да, я знаю Лайема. – Она знала его не слишком хорошо, но ей нравился мускулистый здоровяк. Нравилось, как он был заботлив с миниатюрной Ванессой, которая ждала близнецов.

– Он первым скажет тебе, что нередко отправляет плохих парней в черные мешки, но при этом избегает смотреть на трупы.

Андреа усмехнулась, представив себе Лайема, который отворачивается от трупа.

– Смейся, смейся, ты ведь не представляешь, каково тащить такого здоровяка на себе, когда он падает в обморок.

– Насколько я понимаю, ты намекаешь на то, что я могу не пойти с тобой на место преступления.

– Как хочешь. Можешь не ходить, тебя никто не осудит.

Андреа вздохнула с облегчением. Какой Брэндон добрый!

Парковку у церкви, к которой подбросили тело, успели оцепить. Они увидели полицейские машины. На место преступления съехались как представители Финикса, так и округа Марикопа.

Брэндон тут же отправился за ограждение, предъявив удостоверение. Для начала он побеседовал с коронером. Андреа увидела Ланса Кендрика и Джерардо Дженнисона, они сами подошли к Брэндону.

Андреа держалась поодаль. Она боялась упасть в обморок, увидев труп, но невольно улыбнулась, вспомнив о Лайеме Гетце.

Андреа все же видела со своего места, где лежит убитая женщина, она, как и предыдущие жертвы, была с лилией в руках и накрыта белой материей. Полицейские прочесывали место преступления в поисках следов. Еще двое снимали отпечатки со всех поверхностей.

Заметив Андреа, Кендрик отошел от Брэндона и Дженнисона и целеустремленно направился к ней. Девушка сразу поняла, что он ее вспомнил. Ей захотелось убежать, но она понимала, что это бесполезно.

– Вы Андреа Гордон, дочь Маргарет и Марлона.

Лицо Кендрика выражало сочувствие.

– На самом деле они мои дядя и тетка, но… да, они мои опекуны.

– Ваше лицо сразу показалось мне знакомым, но все было настолько смутно, что вначале я решил, что мы и правда встречались во время какого-то расследования, как вы и предположили.

Андреа пожала плечами.

– И выглядите вы сейчас по-другому, не так, как раньше… не так, как на снимке, сделанном при задержании, – продолжал Кендрик.

Андреа стиснула зубы. Неужели все? Неужели конец ее карьеры? Расскажет ли Кендрик о ней Брэндону? Имеет ли право человек, которого задерживала полиция, работать в «Омеге»?

– Как только я увидел снимок, понял, где еще вас видел. Вы приходили с матерью… то есть с теткой… забирать дядю после того, как мы его задержали. В тот раз он так напился, что не мог найти дорогу домой. Должно быть, такое повторялось много раз. Если память меня не подводит, ваш дядя был алкоголиком. Наверное, в те дни, когда мы его задерживали, оказывали вам услугу…

«Да, в такие ночи я хотя бы высыпалась», – подумала Андреа.

– Мисс Гордон, в отношении вас мы здорово облажались. Приношу вам извинения – и от своего имени, и от имени округа Марикопа.

Андреа с удивлением посмотрела на Кендрика.

Он ответил ей серьезным взглядом:

– Иногда не видишь цельной картины. В общем, мы недосмотрели… И все же вы, кажется, преуспели, – он окинул ее взглядом.

– Хотите сказать – несмотря на мое криминальное прошлое?

Кендрик улыбнулся, хотя глаза у него оставались печальными:

– Андреа, нет у вас никакого криминального прошлого. Да, вас, тогда несовершеннолетнюю, задерживали за распитие спиртных напитков, но никаких официальных обвинений вам не предъявляли. По-моему, сотрудник, который тогда доставил вас в управление, решил просто немного напугать вас, чтобы вы подумали о будущем.

– У него получилось. Я не могу пить спиртное, не испытывая страха.

Кендрик улыбнулся:

– Итак, официально вы не привлекались ни к какой ответственности. Материалы хранятся в архиве. Так что вам ни о чем не нужно беспокоиться. Мне сейчас горько из-за другого: никому не пришло в голову выяснить, как вам живется, до того, как вы убежали из дому.

Его сожаление было таким неподдельным, что у нее заныло сердце.

– Вы верно подметили, я преуспела. У меня хорошая работа, на которой меня ценят.

– И вас там уважают, если верить агенту Хану.

Андреа покосилась на Брэндона и увидела, что он озабоченно смотрит на нее. Она улыбнулась и помахала ему рукой, показывая, что все в порядке.

Ланс Кендрик еще раз извинился перед ней и выразил радость по случаю того, что они работают вместе. Потом он вернулся к трупу. Вскоре после него к ней подошел Брэндон. В руках он держал раскрытый блокнот, куда записывал все подробности дела.

– Как ты? О чем с тобой разговаривал Кендрик?

– Он меня вспомнил. Он хороший полицейский. Не слишком вежливый и мягкий, но заботливый.

Брэндон кивнул:

– Я кое-что узнал о жертве. Двадцать два года, местная, уроженка Бакая. – Он пролистал страницы. – Ее звали Джиллиан Спайрс, она тоже была стриптизершей. Работала в местном клубе под названием «Ягуар».

Глава 8

Андреа благоразумно держалась поодаль, пока Брэндон вместе с коронером осматривали тело. Брэндон увидел, что Ланс Кендрик подошел к Андреа и заговорил с ней. Пока они беседовали, он не сводил с них взгляда. Теперь, когда он узнал о прошлом Андреа, о том, что ей пришлось пережить, ему еще больше хотелось защитить ее.

Андреа беседовала с Кендриком вполне мирно. Что бы ей ни сказал пожилой полицейский, его слова не огорчили ее. Но, когда он назвал имя убитой девушки и сказал, что она жила в Бакае, заметил, как краска отхлынула от лица Андреа. Может быть, она знала ее лично?

– Эй, что с тобой? – Он подошел ближе, взял ее за подбородок, развернул к себе. – Ты вся дрожишь. Ты что, была знакома с Джиллиан Спайрс?

– Нет. Наверное, она здесь появилась, когда я уже уехала.

– Ты уверена, что хорошо себя чувствуешь? – спросил он.

– Да, – она пожала плечами. – Просто… Все жертвы мои ровесницы, некоторые даже моложе, и ни у кого не было близких родственников.

– Насчет последней еще не известно. Кендрик наведет справки, как только вернется к себе.

– Что будем делать?

– У нас есть ее домашний адрес и адрес клуба «Ягуар». Пожалуй, начнем с ее дома. Может быть, там кто-нибудь сможет нам помочь.

Она кивнула – пожалуй, чуточку наигранно:

– Да, наверное, лучше начать с дома.

Брэндон снова прищурился. Андреа вела себя как-то странно. Опять что-то утаивала, недоговаривала.

Возможно, она нервничает из-за того, что доверилась ему прошлой ночью, или ее мучают воспоминания.

– Наши коллеги из местного управления тоже поедут домой к убитой, так что там будет много народу. Посмотрим, что нам удастся выяснить.

Андреа молча зашагала с ним к машине. Поездка до квартиры Джиллиан прошла в молчании, девушка словно боялась сказать что-то лишнее.

Да, Брэндон знает, что она всегда сдержанная, даже замкнутая. Но сейчас с ней и вовсе творится что-то неладное.

В квартире Джиллиан они провели весь остаток дня. Они обнаружили две коробки, набитые вещами – тетрадки из средней школы, школьный ежегодник, засушенные цветы, оставшиеся после танцев, несколько мягких игрушек и другие безделушки. Андреа взяла школьный ежегодник и начала его листать.

– Жертва окончила школу четыре года назад. Она из Оклахома-Сити, – она показала Брэндону страницу с портретом Джиллиан.

На снимке девушка была молодой, улыбающейся, очень живой.

– Хоть что-то для начала, – Брэндон переснял фотографию на телефон, – пригодится, когда мы начнем допрашивать свидетелей.

– Может, у нее есть родные, – нахмурилась Андреа.

– Может быть. Кендрик обязательно наведет о ней справки.

После осмотра квартиры они перекусили в кафе. Когда они уже покончили с едой, позвонил Кендрик и сообщил, что коронер из Финикса почти закончил работу и может изложить свои предварительные выводы, если Брэндон согласен приехать – вдруг у него появятся вопросы. Брэндон согласился.

Услышав его ответ, Андреа как будто немного просветлела.

– Что, если мы разделимся? – предложила она. – Ты езжай в Финикс, а я зайду в «Ягуар» – клуб всего в нескольких кварталах отсюда – и начну опрашивать девушек, когда они будут приходить на работу.

Брэндон кивнул:

– Да, неплохая мысль! Наверное, им легче будет разговаривать с тобой.

– Почему ты так думаешь? – она побледнела.

– Потому что ты женщина. Ты молода. По-моему, они решат, что ты для них не представляешь опасности.

Андреа улыбнулась, но одними губами.

– Да, именно так.

Брэндон встал.

– Ладно, я сообщу тебе, когда освобожусь, и мы сможем обменяться сведениями.

Они вышли на улицу.

– Я тебя подвезу. Тебе совсем не нужно идти туда пешком.

Она напряглась всего на миг, а потом кивнула:

– Да, конечно. Спасибо.

Брэндон проехал несколько кварталов, пока не увидел вывеску «Клуб для джентльменов», что вызвало ироническую улыбку у Брэндона, уж очень обшарпанной и дешевой выглядела постройка, похожая скорее на заброшенный склад.

У Андреа побелели губы, на здание клуба она смотрела с отвращением. На миг ему показалось, что ей не хочется выходить из машины.

– Главный вход наверняка еще закрыт, зайду сбоку. Пришли сообщение, когда освободишься, – тихо сказала она, не глядя на него.

Девушка вышла из машины, остановилась в нескольких шагах, обернулась и помахала ему рукой, едва заметно улыбнувшись, словно пытаясь сказать: «Я в норме. Я справлюсь».

На самом деле она неплохо держалась до тех пор, пока он не назвал имя убитой девушки. Услышав его, она сразу ушла в себя. Андреа не знала четвертую жертву. В чем же причина ее странной реакции? Она так и не вышла из ступора. Наоборот, все как будто стало еще хуже.

Брэндон методично вспоминал, что именно он сказал, когда сообщил Андреа имя жертвы. Понял, в чем дело, и громко выругался. Андреа отреагировала не на имя жертвы, а на место ее работы. Клуб «Ягуар».

Он развернулся в первом же подходящем месте. Поставил телефон на громкую связь и набрал номер Кендрика.

– Ланс Кендрик слушает.

– Ланс, говорит Брэндон Хан. У меня появилось срочное дело, поэтому я не смогу приехать к коронеру.

– Нет проблем. Не думаю, что она так уж сильно отличается от предыдущих жертв. Я перешлю вам подробный отчет по электронной почте.

– Спасибо!

– Вам помощь нужна?

– Нет. Я дам вам знать, если мы что-то обнаружим. Мы с Андреа сейчас едем в «Ягуар», чтобы допросить сотрудниц Джиллиан.

– Тогда будем держать друг друга в курсе.

– Точно, – Брэндон нажал отбой.

В течение пятнадцати минут, которые заняла дорога, он анализировал поведение Андреа. Она знала, что в клубе имеется боковой вход, и знала, где он находится. Вывод напрашивался сам собой, и все же Брэндон сомневался.

Он направился к боковому входу, увидел, что дверь приоткрыта, и осторожно вошел, стараясь держаться в тени.

Четыре девушки плакали, обнимая Андреа, и говорили, перебивая друг друга, о смерти Джиллиан, о состоянии клуба, о том, как они скучали по ней и как злились, когда она уехала, никому ничего не сказав.

Брэндон уже не сомневался – Андреа была стриптизершей в «Ягуаре»!