Тетрадки под дождём
На перемене Марик мне говорит:
– Давай убежим с урока. Смотри, как на улице хорошо!
– А вдруг тётя Даша задержит с портфелями?
– Нужно портфели в окно побросать. Глянули мы в окно; возле самой стены сухо, а чуть подальше – огромная лужа. Не кидать же портфели в лужу! Мы сняли ремни с брюк, связали их вместе и осторожно спустили на них портфели. В это время звонок зазвенел. Учитель вошёл. Пришлось сесть на место. Урок начался. Дождь за окном полил. Марик записку мне пишет: «Пропали наши тетрадки».
Я ему отвечаю: «Пропали наши тетрадки».
Он мне пишет: «Что делать будем?»
Я ему отвечаю: «Что делать будем?»
Вдруг вызывают меня к доске.
– Не могу, – говорю, – я к доске идти.
«Как же, – думаю, – без ремня идти?»
– Иди, иди, я тебе помогу, – говорит учитель.
– Не надо мне помогать.
– Ты не заболел ли, случайно?
– Заболел, – говорю.
– А с домашним заданием как?
– Хорошо с домашним заданием.
Учитель подходит ко мне.
– А ну, покажи тетрадку.
Я молчу.
– Что с тобой происходит?
Я молчу.
– Придётся тебе поставить двойку.
Он открывает журнал и ставит мне двойку, а я думаю о своей тетрадке, которая мокнет сейчас под дождём.
Поставил учитель мне двойку и спокойно так говорит:
– Какой-то сегодня ты странный
2 Ұнайды
– Ага! Что я говорил! Так интересней! – заорал Валерик, подставляя свой карман.
Менялись фонариками и зажигали во всех карманах.
– Не то делаем! Совсем офонарели! Айда в подвал! – заорал Валерик.
Ребята кинулись в подвал и долго там светили друг другу в лица.
Вконец ослеплённые, они вылезли на солнце, и самый маленький Алёшка закричал:
– А у меня, ребята, сам фонарик офонарел… клянусь, совершенно не зажигается…
Ребята стали пробовать свои фонарики, у некоторых ещё горели.
2 Ұнайды
таки!
А вчера я хожу по двору с нашей
1 Ұнайды
На Ваську небольшой кусок снега упал. Кружился, кружился в воздухе и прямо Ваське на голову опустился
– Давай-ка в трубу полезем. В один конец влезем, а выйдем с другого. Кто быстрей вылезет
Это ты, – говорю, – виноват! Нужно сразу было ответить, а ты молчал!
А он только руками развёл.
– Что бы я ответил?
И действительно, отвечать было нечего. Раз мы низачем звонили. Что я завтра скажу Анне Павловне, когда она спросит, зачем я звонил?
о ты Андреев.
– Да нет, – говорю, – не Андреев, а Яандреев, на «Я» начинается – Яандреев.
– Ничего не понятно. Какой же ты Яандреев, когда ты просто Андреев? Таких фамилий вообще не бывает.
– У кого
но!
Когда Гога начал ходить в первый класс, он знал только две буквы: О – кружочек и Т – молоточек. И всё. Других букв не знал. И читать не умел.
Бабушка пыталась его научить, но он сейчас же придумывал уловку:
– Сейчас, сейчас, бабуся, я тебе вымою посуду.
И он тут же бежал на кухню мыть посуду. И старенькая бабушка забывала про учёбу и даже покупала ему подарки за помощь в хозяйстве. А Гогины родители были в длительной командировке и надеялись на бабушку. И конечно, не знали, что их сын до сих пор читать не научился. Зато Гога часто мыл пол и посуду, ходил за хлебом, и бабушка всячески хвалила его в письмах родителям. И читала ему вслух. А Гога, устроившись поудобней на диване, слушал с закрытыми глазами.
«А зачем мне учиться читать, – рассуждал он, – если бабушка мне вслух читает».
Он и не старался.
И в классе он увиливал как мог.
Учительница ему говорит:
– Прочти-ка вот здесь.
Он делал вид, что читает, а сам рассказывал по памяти, что ему бабушка читала.
Учительница его останавливала. Под смех класса он говорил:
– Хотите, я лучше закрою форточку, чтобы не дуло.
Или:
– У меня так кружится голова, что я сейчас, наверное, упаду…