Ладно, проблемы решаем по мере поступления, слона едим по частям. На повестке дня у нас гости
2 Ұнайды
И очень полезный медикамент, изготовленный по особому моему заказу, – барсучий жир. Немолодой представитель рода куньих, нагулявший осенний жирок, был добыт деревенским охотником, приобретен мною за пятак, и я получила больше трех кило не просто ценного – незаменимого природного лекарства от легочных болезней, раз уж нет антибиотиков.
1 Ұнайды
Наверняка кто-то из деревенских пострелят напрямки через поля и овражки примчался.
Селифан стоял у крыльца. И завидев возок, принялся еще издали кланяться в пояс. Выходило у него кривовато – уезжая на «операцию» я велела из холодной его вывести и всыпать по назначенному. Чтоб неповадно было детей бить.
Но теперь все прежние счеты закрыты. Я даже думаю, что и вражды ко мне у старосты и его женушки не останется. Потому как в моей воле было и вправду устроить им настоящую каторгу. Точнее, на нее отправить.
А я вместо того, пусть за деньги и возмещение украденного, но волю дала. Воля – это самая главная мечта крепостного, которую никакие недополученные барыши не заменят.
Если Селифан и сын его умные мужики, могут не только красть, но и работать, а потом с толком распоряжаться собранным – и без воровства не пропадут.
Ну и еще моментик. Сын-то у них не один. Еще трое в моей власти остались. Но они вроде как в кражах замечены не были, и вообще в усадьбе не наблюдались, потому как были отпущены по оброку и работали в городе. Один сапожником, другой в кабаке разносчиком, как тогда говорили – половым, а третий, по словам дворовых, самый непутевый и пьяница, золотарем подвизался в одном из окраинных кварталов Нижнего.
Так вот. Ежели начнут бывшие крепостные Селифан и Иванна против меня чего злоумышлять – их сыновья в ответе. Так что, думаю, на этом у нас мир и случится.
А на золотаря у меня отдельный расчет, с прицелом на широкие перспективы. Селитра. Волшебное слово. Порох мне даром не нужен, а вот азотные удобрения… мда, об этом позже.
Пока же стоило отпустить с богом бывших рабов и заняться своими делами. В частности, забрать сверток с богатством у Еремея и отнести его в свою каморку, в сундук под ключ.
Семьсот рублей ассигнациями – это много или мало? Смотря как прикинуть. Для большинства крестьянин – огромные деньги. Хотя есть среди них ухари, сотнями тысяч ворочают. Насколько я помню из истории, такие после того, как выкупаются на волю, быстро переписывают себя в купеческое сословие, после чего выясняется, что владели миллионами.
А для дворян? Маменька в год со всего Голубковского имения, включая запроданый прасолам урожай и оброки, меньше получала. А для Эммочки и подобных ей столичных птичек-барышень из дворянских дочерей средней руки тысяча – цена одного бального платья от модной московской портнихи-француженки. Или два от русской мастерицы, что считается поплоше и попроще, хотя шьет не хуже.
Ну а для меня? Для меня все деньги. Планов-то громадье. Наличные сразу в оборот пущу, а золото и украшения погодят до ярмарки в Нижнем. Авось там использую с особым эффектом.
Сейчас же надо было быстро распорядиться, чтобы картошку правильно рассыпали в крытом сарае на мешковине, подсушили и рассортировали по размеру. Что помельче – будет храниться в прохладе, лишь бы без опасности промерзания на семена.
А потом пойти и проинспектировать детскую. Хорошо ли там протопили? Не сыро ли от стен? Не пошли ли трещины? Как чувствуют себя дети? Вчера я так устала, что не обращала на это внимания. Главное, было тепло.
В моей будущей спальне, в кабинете и в гостиной вовсю шел камышовый ремонт, дворовые, узрев конкретный результат и поняв, что барыня не просто так дурью мается, трудились в охотку. Потому как я обещала по окончании ремонта на господской половине не жлобиться, и расселить дворню из одной общей людской, где спят на войлоках вповалку, по отдельным комнаткам. Естественно, если та самая дворня как следует набьет руку и утеплит достаточную площадь, чтобы мы все не вымерзли этой зимой как тараканы. А так же заготовит достаточно дров.
Кстати, насчет последнего. Надо мне в кузницу наведаться. Готов ли пресс?
Какой? Да самый обычный, ручной, мы такой с Мишенькой заказывали на Авито у самопального мастера-сварщика. Для того, чтобы делать топливные брикеты из опилок, картона, опавших листьев и прочего… кхм и палок.
Конечно, леса здесь и сейчас достаточно. У меня в собственности имеется изрядный кусок. Но свой лес в трубу пускать без толка мне жаль, а за чужой все равно деньгами нужно расплачиваться. Тогда как разный подножный мусор нынче бесплатен даже чуть более, чем в будущем. И находится ближе, чем лес. Вон, в саду и во дворе уже всю листву в кучи сгребли, и вдоль дороги чистят.
Гофрированного картона, которым все будет завалено в будущем, не имеется. Зато полным полно коровьего навоза. А это, друзья-товарищи, само по себе топливо, если правильно высушить. Или отличное связующее для мусора в брикетах. Грязное производство? Пахнет? Ну так я не сама прессовать его собираюсь, а скотники и скотницы каждый день лопатой это добро из хлева выгребают. Вот и займутся еще од
1 Ұнайды
Иначе захотелось бы сесть на подгнившие половицы и завыть в голос.
Поэтому – обед. Что у нас?
Парочка этих несчастных худых скотин медленно бродила по лужайке перед домом, выискивая уцелевшие травинки.
ких селах, много где они до весны хранятся.
Интересней с чаем. У себя мне его не вырастить, могу работать только с покупным сырьем, причем купленным здесь, а не в уезде – дешевле.
