— Нельзя приказать человеку стать добрым. Добрый человек вытаскивает детей из горящего самолета, не думая, что тот в любой момент может взорваться, и сам обгорает, но спасает их.
— Не знаю, что и сказать!
— Я знаю! Говори: «Искал тебя, краса ненаглядная, долго искал и вот, наконец, нашел! Будь моею, душенька, до скончания века!» Целуй девицу в уста медовые.
— Без слов целовать нельзя?
— Нет.
— Тогда погожу.
— Я тебя прибью!
Накануне крещения стало известно: имя штурману менять не придется — по святцам выпадала Анна. Богданов огорчился. Пелагея или Акулина пришлись бы кстати. Агриппина тоже ничего. Пульхерия — совсем замечательно! Особенно вторая часть имени…
Священник встал на колени на досках, Аня по шею в воде замерла рядом. Отец Пафнутий возложил длань на макушку девы и окунул ее в воду.
«Это тебе за комсомол! — мысленно комментировал процесс Богданов. — Это за то, что Бога нет! А это, чтоб не распускала язык!»
