Лёля начала что-то врать, но папа сказал:
– Что может быть хуже вранья!
Тогда Лёля заплакала. И я тоже заплакал. И мы сказали:
– Продали тряпичнику две галоши, чтобы купить мороженое.
Папа сказал:
– Хуже вранья – это то, что вы сделали.
Ещё первые строчки я кое-как произнёс. Но когда дело дошло до фразы: «Крест под облаками как свеча горит», я сказал: «Треск под сапогами как свеча болит»
– То, что ты в этом сознался, меня исключительно обрадовало. Ты сознался в том, что могло долгое время остаться неизвестным. И это мне даёт надежду, что ты больше не будешь врать. И вот за это я тебе подарю фотоаппаратик.
Люди, которые идут на враньё и обман, смешны и комичны, потому что рано или поздно их враньё всегда обнаружится. И не было на свете случая, чтоб что-нибудь из вранья осталось неизвестным.
