Оглавление

Зеркальный ключ

— Машенька! Это не то что ты подумала!

Любимый муж Маши сидя на кровати, пытался стыдливо прикрыть неглиже подушкой. Позади него, кутаясь в шелковое покрывало, одновременно изображая хамелеона, находилась довольно симпатичная брюнетка. Еще пятнадцать минут назад, парочка настолько была увлечена друг другом, что не заметила как в комнату зашла Машенька и уютно расположилась в глубоком кресле под торшером.

— Угу. — Довольно безразлично отреагировала Маша — Вы занимались тантрической йогой и заполняли энергией космоса опустевший ресурс. Не так ли? — Как психиатр к ново-поступившему больному, обратилась Машенька к девушке-хамелеону, у которой на момент вопроса уже и глаза стали двигаться как у пресловутой ящерицы.

Не то с перепугу, не то от неожиданности столь спокойного обращения в свою сторону, девушка судорожно остановила разбегающийся взгляд на вопрошающей и закивала одобрительно головой, а супруг побледнел. Казалось еще несколько секунд и бедолага, словно кисейная барышня, потеряет сознание.

— Вот я и говорю. — Продолжила так же монотонно и спокойно Маша — Мадам, занятия окончены! Покиньте помещение!

Через пятнадцать секунд от дамочки в доме остался только легкий ветерок. Ради справедливости нужно отметить, такой скорости позавидовал бы сам Усейн Болт. После столь скоропостижного исчезновения объекта презрения из помещения, Машенька все так же спокойно вышла в коридор, подхватила еще не разобранный после возвращения из командировки чемодан и направилась в сторону выхода.

— Маш, ты правда все не так поняла! — Попытался истеричным криком в спину остановить супругу, теперь уже стоявший в проеме, все так же прикрывающийся подушкой полностью раздетый муж.

— Нам не о чем с тобой дискутировать. — Все так же спокойно, не оборачиваясь ответила Маша покидая дом. В голове пульсировала мысль — Хорошо что не отпустила водителя.

Вот уже несколько лет, Мария Александровна Штольц, обладательница великолепной фигуры, красивого, словно сошедшего с полотна Леонардо да Винчи лица, непомерно умная, с железными нервами и хваткой бультерьера дама, считалась одним из лучших архитекторов города. Ко всему вышеперечисленному, Машенька являлась хозяйкой уютного и процветающего, довольно крупного, проектного бюро. Единственной слабостью столь железной леди являлся ее любимый муж, заштатный ни чем не выделяющийся инженер — Антон Семенович Штольц.

Однако вернемся в бюро. Дела шли настолько успешно, что вот уже несколько лет компания считалась международной. Для поддержания статуса, дабы не упасть в грязь лицом, Маше, как хозяйке, часто приходилось самолично выезжать на строительные площадки, находящиеся далеко не в пределах Родины. Очередной проект занес Марию Александровну аж в Южную Африку, где под эгидой ее компании строился комплекс, состоящий из нескольких десятков двухэтажных, элитных коттеджей. Проблема состояла в расположении проекта. При разработки участка выяснилась не особо приятная деталь, участок работ оказался жертвенным капищем местного, уважаемого племени.

— Мистер Агак! Я вам битый час пытаюсь объяснить что мы подписали с господином Джелани все необходимые бумаги еще неделю назад! — Вот уже второй час, размахивая перед лицом в качестве веера, подписанным договором, под изнуряющим солнцем, Машенька пыталась выяснить у прораба почему остановлена стройка.

— Мадам! А я вам говорю что мистер Джелани что-то перепутал! Тут строить ничего нельзя, чему есть подтверждение, вот этот ритуальный камень! — Агак изрядно утомился объяснять, хоть и красивой, но назойливой дамочке местные порядки и обычаи.

— Так! Стоп Карусель! С Меня хватит! — Маша поняла, что разговор пошел по третьему кругу, а текст уже даже не меняется. — Мистер Агак! — Нервы Машеньки сдали — Мы сейчас с вами садимся в мою машину и едем до офиса господина Джелани, там будем что-то решать. В конце концов, договора подписаны, деньги вложены, сроки идут.

— Согласен! — Одобрительно махнул головой прораб, его самого утомил этот разговор ведущий в никуда.

Через двадцать минут, Агак и Мария Александровна в ожидании третьего участника предстоящих баталий, наслаждались свежесваренным кофе и легким дуновением кондиционера в строго-лаконичном кабинете с огромными, панорамными окнами, заняв уютные, гостевые креслах кабинета господина Джелани.

— Прошу прощения, за то что вам пришлось меня ждать! — В комнату улыбаясь во все тридцать два зуба, зашел холеный, темнокожий мужчина, в дорогом костюме. — Мадам! Что привело вас ко мне? — Аккуратно поприветствовав Марию поцелуем в руку, хозяин кабинета расположился на своем законном месте.

— Да вот мистер Джелани, — допив кофе, по боевому настроенная Машенька поставила пустую чашку на край стола и продолжила — сижу я себе спокойно в офисе, занимаясь обыденной работой, в полной уверенности что мы с вами достигли всех необходимых консенсусов касаемых нашего проекта. И строительство идет по плану, а тут, совершенно случайно выясняется, что у нас уже целая неделя простоя. Мне приходится откладывать все дела, переносить важные для моего бизнеса встречи, теряя при этом не маленькие суммы и лететь сюда — В этот момент Мария Александровна стала похожа на большую, тихо шипящую кобру, изучающую подброшенную к ней мышь в качестве обеда — И что же я узнаю по прилету? — Маша выдержала театральную паузу, продолжила все так же тихо — Оказывается, простите за тавтологию! Камнем преткновения стал, какой-то там камень! — Четко сфокусированный взгляд Марии Александровны на переносице хозяина кабинета. Заставили Мистера Джелани неуверенно кашлянуть и за ерзать в кресле

— Мадам, я постараюсь выяснить в чем проблема и решить все вопросы за ближайшую неделю.

— Нет! Господин Джелани! — Довольно жестко, словно отчеканивая каждую букву, произнесла Маша — Вы организуете мне на завтра встречу!

— Простите с кем? — От неожиданности Джелани икнул.

— С хозяином камня. — Больше констатировала факт, чем попросила Мария Александровна. Завтра после обеда я к вам подъеду. — На этой ноте Мария Александровна встала с кресла, протянула руку растерянному мистеру Джелани, дабы попрощаться и после очередного, галантного поцелуя покинула помещение.

На следующий день в стенах того же кабинета собралась странная компания. Господин Джелани, почему-то поменявший свой цвет кожи из кофейного в сизый. Мария Александровна, как всегда прекрасно выглядевшая, в строгом костюме и уложенной головой. И непомерно высокий мужчина, с голым торсом, прикрытым лишь красным, плотным покрывало, застегнутом на манер греческой тоги.

Внешне мужчина был очень привлекателен. Казалось лицо и фигуру для него позаимствовали у статуи Аполлона. На голове сей экземпляр с достоинством, словно это корона монарха, нес сооружение состоящее из головы льва и птичьих перьев, что придавало ему еще как минимум сантиметров пятьдесят роста. На шее висело несметное количество украшений, а завершал всю картину огромный посох увенчанный, очищенным до бела, черепом какой-то птицы. Сопровождали мужчину двое, правда одеты они были поскромнее.

— Меня зовут Думака. — Представился юноша стоящий по правую руку от «львиной головы» — Вождь Баабар приветствует вас! — Было очевидно, что говоривший гордится своей должностью.

— Меня вы знаете, а это Мария Александровна Штольц, она является непосредственным инвестором строительства комплекса, по которому у нас с вами вышли разногласия. — Меняя, словно пресловутый хамелеон, сизый цвет кожи на глубинно-бирюзовый, хозяин кабинета представил Марию оппоненту.

— Баабар выражает свое восхищение красотой присутствующей дамы. — Вновь перевел тихую речь вождя Думака.

— Скажите вождю, что мне очень лестно слышать такие слова от него, в свой адрес, но все же давайте опустим все Китайские церемонии и приступим к образовавшейся проблеме. — Довольно мягко, но четко обозначила Мария Александровна свою позицию.

Господин Джелани довольно не естественно заерзал на кресле и в очередной раз сменил окрас на сливово-фиолетовый.

— А в чем собственно проблема? — С недоумением в глазах, после очередного тихого совещания с вождем, поинтересовался Думака. Маша не добрым взглядом посмотрела на хозяина кабинета. Медленно и аккуратно выдохнув, она вкратце пересказала суть проблемы, ровно смотря в глаза вождю. — И как нам теперь быть? — Закончила вопросом свое повествование Мария.

Наступила пауза. Далее вновь последовали тихие переговоры меж Баабаром и Думакой. Диалог затянулся настолько, что секретарь мистера Джелани, успела принести кофе и испариться из кабинета. Под конец напитка в чашке, Думака вновь заговорил.

— Вождь Баабар, как и в прошлый раз не видит никакой проблемы в данной ситуации. — Переводчик приостановился от взгляда Марии Александровны, однако взяв себя в руки продолжил — Наше племя является полукочевым — В глазах Машеньки загорелся огонек интереса — Через два дня наступает новая луна. По нашим обычаям нужно провести обряд жертвоприношения и покинуть нынешнее расположение, забирая с собой алтарь.

— Однако насколько мне известно, вы вернетесь через определенный промежуток времени. — Уточнила Машенька.

— Вы правы. — Кивнул головой Думака.

— И алтарь вернется с вами? — Не двусмысленно уточнила Мария.

— Абсолютно верно. — Вновь подтвердил переводчик.

— Как же тогда быть? — Маша еле сдерживала в себе кипящие эмоции. — Вы же понимаете, что появление окровавленного камня посреди зеленеющего сада, не придаст нашей компании больших рейтингов — Мария была готова закипеть от безысходности в ситуации, но именно в этот момент Думаке удалось удивит Машу в хорошем смысле этого слова

— Тут как раз нет никакой проблемы. — Улыбнулся переводчик — На момент нашего возвращения, луна будет в доме Обе, что по нашим законам требует размещения алтаря абсолютно в противоположном месте, от того где находится он сейчас.

— Тогда наш вопрос можно считать решенным? — Обворожительно улыбнувшись в ответ, подвела не гласный итог встрече Мария Александровна.

— Вы в очередной раз правы. — Подтвердил, выданное Машенькой резюме переговоров Думака — Если это все, то разрешите мы покинем столь теплую компанию — Поставил негласную точку окончания переговоров Думака.

Машенька вопросительно посмотрела в сторону мистера Джелани. Хозяин кабинета вновь поменял окрас, на сей момент это оказался оттенок пурпурной розы.

— Конечно, конечно. Всегда рад видеть вас в своем офисе. — Первый раз за все время переговоров подав голос, одобрительно кивая головой ответил Джелани, вставая из-за стола, дабы проводить визитеров.

Вождь и двое его сопровождающих, покинув уютные кресла, направились к выходу из кабинета. Однако у самого выхода Баабар резко повернулся и не прибегая к услугам собственного переводчика, на достаточно чистом, русском языке обратился к Маше

— Мария Александровна, вы удивительная женщина. Я давно не встречал таких людей, разрешите вам преподнести в дар некую безделицу. — Машеньку очень удивил такой порыв со стороны вождя, но воспитание и этикет не позволяли отказаться от подарка.

— Конечно — Не подав вида, улыбнулась Маша — Буду очень польщена — Застывший возле стены мистер Джелани, абсолютно не понимая что происходит, в очередной раз поменял свой окрас.

Вождь же снял с собственной шеи один из амулетов. Небольшой, костяной медальон висел на добротном кожаном шнуре. Подарок был очень тонкой работы, в виде какого-то замысловатого цветка, с еле приметной застежкой расположившейся под одним из лепестков. Баабар аккуратно вложил в руку Марии Александровны амулет и продолжил:

— Это, поможет решить вам все ваши проблемы — Многозначительно произнес вождь — Как и когда воспользоваться амулетом, вы поймете сами. По возвращению езжайте в отчий дом. А пока ничему не удивляйтесь.

С этими словами Баабар и его спутники покинули кабинет.

Утром, на взлетной полосе стояли двое, Мария Александровна и мистер Джелани.

— Надеюсь мне не придется больше прерывать работу в России чтобы лично решать подобные вопросы. — Стоя возле трапа, строго, словно отчитывая собственного сына, спросила Мария у компаньона.

— Думаю, не придется. — В очередной раз целуя Машину руку, улыбнувшись как нашкодивший подросток, заверил Марию Александровну мистер Джелани.

— Да! Кстати! Друг мой, а что с вами вчера такое случилось на встрече с Баабаром? — Как бы невзначай поинтересовалась Машенька у Джелани

— А что было не так? — Отводя глаза в сторону, явно что-то скрывая, вопросом на вопрос ответил компаньон.

— Кхм, как бы это сформулировать? — Задумалась на секунду Маша — Вы были какой-то странный в течении всех переговоров. — Выстроила на конец фразу Мария, чтобы не обидеть компаньона.

Мистер Джелани, стараясь спрятать за маской безразличия все эмоции связанные с данным вопросом, немного помолчал, словно решая внутри себя дилемму, стоит ли говорить или нет. Однако, спустя секунду лицо мимически выдало его внутреннее решение

— Дело в том, что про вождя Баабара, по континенту ходят слухи, как бы это сказать — Джелани кашлянул и продолжил — Скорее даже, это уже не слухи, а полноценные легенды

Маша рефлекторно превратилась в одно большое ухо, всем своим видом показывая заинтересованность в данном вопросе. Джелани кашлянул и продолжил

— Говорят, вождь Баабар, является сильнейшим шаманом на континенте и имеет доступ в такие места куда обычному человеку не попасть даже после смерти — Немного смущаясь выдал местный секрет мистер Джелани.

— Да ну, прекратите мистер Джелани. — Улыбнулась Машенька — Вы взрослый, состоятельный мужчина и верите во всю эту ересь? Понятно что устои племени Баабара требуют определенных действий, в виде проведения обрядов и приношения жертв, по мне так это вполне нормально, у каждого народа есть свои так называемые обряды. Индусы занимаются йогой и не едят корову, Славяне ходят в церковь, а у Итальянцев вообще построен отдельный город в стране, где живет Святой Папа, но это же не значит что он на прямую, по телефону созванивается с богом — Попыталась аргументировано привести в чувства, вновь, от чего-то позеленевшего мистера Джелани.

— Не скажите, мадам Штольц, не скажите. — Принимая вновь обыденный цвет ответил Джелани — Расскажу вам маленькую историю, свидетелем которой был я лично…

— Не секрет что для нашего континента являются нормой большие семьи, собственно я тоже не исключение. — Начал свое повествование мистер Джелани — У моей мамы, помимо меня еще тринадцать детей. Все уже достаточно взрослы и практически все мало-мальски состоявшиеся люди со своими семьями. — Джелани на мгновение умолк, видимо вспоминая всех братьев и сестер своего семейства, через секунду вернувшись в реальный мир мистер Джелани продолжил — Пару лет назад в семье одной из моих сестер произошла трагедия, ее единственный сын скончался. Не буду вдаваться в подробности, но так уж случилось что перед церемонией погребения тело парня лежало в холодильнике патологоанатома практически неделю. Сестра очень переживала потерю единственного наследника и в отчаянье обратилась к вождю Баабару — При упоминании имени вождя, Джелани как-то неестественно передернулся и вновь поменял цвет кожи. Глотнув воды из непонятно откуда взявшейся бутылочки и приняв исходный цвет, Джелани рассказывал дальше — Баабар вняв просьбам моей сестры пришел в морг. Выгнав из комнаты с холодильниками весь персонал и оставив только сестру, он провел в помещении не менее двенадцати часов, что уж там происходило, доселе не известно никому. Слышны были только странные звуки, похожие на бубнеж, да изредка из-под двери виднелись вспышки, а спустя указанное время из комнаты с холодильниками, молча вышли трое. Баабар, сестра и живой, абсолютно невредимый, мой племянник — С этими словами мистер Джелани достал с кармана пиджака телефон где открыв галерею показал снимок симпатичного, очень жизнерадостного, молодого человека — Это фото Гонджу, сделано два дня тому назад на семейном торжестве. Как хотите к этому относитесь мадам Штольц, да вот только вы все видите своими глазами. — С этими словами Джелани убрал телефон. На инстинктивном уровне, Маша потрогала подаренный вчера вождем амулет, мирно висевший теперь на шее новой хозяйки.

— Очень интересная история мистер Джелани, однако осмелюсь заметить, что меня все же самолет ждет — В очередной раз улыбнувшись обворожительной улыбкой, напомнила Мария место нахождения мистеру Джелани.

— Да, да конечно, вам уже пора — Компаньон словно скинул скалу с плеч и мило улыбаясь в очередной раз поцеловал руку Марии Александровны.

— Будем на связи — Давая понять что диалог закончен, пора бы разойтись всем по своим делам, отметила Мария махая рукой, исчезая в проходе самолета.

Теперь сидя в в собственной машине и пытаясь восстановить сбившееся от переполняющих ее эмоциями дыхание, Маша невольно вспомнила напутствие вождя.

— Куда Мария Александровна? — Как всегда коротко, по делу спросил водитель, сам того не ведая вернув Машу в реальный мир.

— В Никольское — Не долго думая ответила Маша. Автомобиль двинулся с места. Дорога предстояла не близкая, от пережитого стресса Машу неумолимо клонило в сон. Решив не сопротивляться внутреннему позыву организма, удобно расположившись на широком сиденьи Мария Александровна задремала. Ближе к утру машина остановилась.

— Мария Александровна. Прибыли. — Не громко, однако достаточно четко сообщил водитель.

— Спасибо Володя. — Немного отойдя от сонного забвения ответила Маша.

Добротный, двухэтажный дом, собранный из кирпича, с красивыми, резными рамами на окнах и высокой, парадной лестницей, когда-то принадлежавший, к сожалению давно почившему, любимому дедушке Машеньки. Встретил теперешнюю хозяйку особняка, наглухо закрытыми ставнями. Не долго разбираясь что к чему, Мария Александровна поднялась к входной двери. Ключ по сложившейся уже традиции, лежал под кадкой с кипарисом. Следом за Машей, неся скромный багаж, в виде одного чемодана. поднялся водитель.

— Оставь тут, в углу. — Указала маша Владимиру на чемодан, меняя официальные дорожные туфли на любимые, мягкие тапочки в просторной прихожей — Да. Завтра, как проснешься, съезди за продуктами пожалуйста, список я тебе сейчас скину, карта на комоде, потом можешь быть свободен, хотя… — Маша остановилась ровно посередине лестницы ведущей на второй этаж — Возьми, наверное пару дней выходных. Как понадобишься, я тебе позвоню. Водитель с нескрываемым удивлением посмотрел на хозяйку. За несколько лет работы это был первый раз, когда ему дали отгулы.

— Спасибо Мария Александровна.

— Спокойной ночи. — Обозначила окончание дискуссии Маша скрываясь на втором этаже.

Проснувшись на следующий день ближе к обеду, первым делом Маша решила обустроить рабочее место. Достав с чемодана ноутбук и все нужные бумаги, мирно почесывая онемевший бок, Машенька побрела в дедушкин кабинет.

Куприянов Альберт Митрофанович — был любимым дедулей Машеньки, а по совместительству доктором исторических наук и высококвалифицированным, уважаемым сотрудником в Российской Академии Истории материальной культуры. Машенька же в свою очередь была единственной любимой внучкой Альберта Митрофановича.

Открыв дверь в просторное помещение с резной мебелью, заставленное по периметру высокими стеллажами, наполненными всяческими книгами и энциклопедиями, Маша невольно вспомнила те тихие вечера. Когда дедуля сидя в глубоком кресле читал ей, очередные приключенческие романы. А она будучи маленькой девочкой, свернувшись калачиком на уютном диване, стоявшем в углу, словно плюшевый котенок, смотрела на луну, через большие деревянные окна, задернутые светлыми шторами в мелкий цветочек, засыпала под приятный тембр дедушкиного голоса.

Оставив на столе документы и ноут, Маша решила пройтись по полкам в поисках знакомой литературы, однако от этой затеи ее отвлек резкий звук раздавшийся в холле дома.

— Мария Александровна вы уже встали? — В холле, среди несметного количества пакетов из маркета, разувался водитель

— Владимир ты так быстро вернулся? — Удивилась Маша

— Да! Оказывается тут не далеко отстроили новый продуктовый, так что много времени это не заняло. — Объяснил свою скорость водитель — Сейчас пакеты на кухню отнесу и подниму ваш багаж — Заметив что хозяйка уже пыталась двигать чемодан, отчитался Володя.

— Хорошо. — С легкой улыбкой ответила Маша и пошла следом за груженым пакетами помощником на кухню, дабы расфасовать покупки по полкам. Оставив Машу наедине с пакетами Володя тихо вышел. Спустя несколько минут в дверном проеме, вновь появилась голова Владимира

— Мария Александровна, чемодан в вашей комнате, я поехал — С некой долей заботы отчитался водитель — Закройте дверь за мной, а то мало ли что. — Угукнув, мирно дожевывая стебель сельдерея, Мария Александровна пошла запирать дверь за водителем.

Вернувшись на кухню, в малую толику секунды Маше показалось, что за открытой дверцей холодильника кто-то быстро прошел, оставив после себя еле ощутимый холодок. Невольно поежившись, Машенька выглянула из-за дверцы. Кроме кучи пакетов, неразобранных продуктов и кипящего чайника в помещении никого не было. Решив что в доме действительно не мешало бы поднять температуру, бодрым шагом Маша отправилась в котельную. Далеко идти не пришлось, следующая дверь за холодильником вела на цокольный этаж, где были сооружены заботливыми руками деда винный погреб, прачечная и котел отопления на весь дом. Вывернув ручку регулятора почти на максимум, в немного улучшенном настроении, Маша уже собралась покинуть цоколь, как за винной полкой что-то зашуршало. Немного напрягшись, рука Машеньки невольно потянулась за рядом лежащим, невесть откуда взявшимся, разводным ключом. Шорох повторился. Дойдя на цыпочках до источника звука, Маша аккуратно заглянула за винную полку.

— Тьфу ты! — С некой досадой и одновременно облегчением, высказалась Машенька вслух, опуская воинственно поднятый разводной ключ.

Меж двух стеллажей, стащив из припасов хороший кусок пармезана, сидела упитанная мышь — Надо для тебя развлечение, в виде кота завести, а то вообще распоясалась — Усмехнулась Маша, прихватывая с винной полки бутылку Дон Периньона. Разобрав покупки и решив что под Периньон неплохо было бы «соорудить» лазанью, Маша практически весь день провозилась на кухне, в промежутках сбрасывая звонки от неверного мужа и собственной секретарши, которая потеряла начальницу. К вечеру, лазанья была готова, стол сервирован, а игристое открыто. Приведя себя немного в порядок и собравшись устроить небольшой прием для одного человека, Маша уже подходила к столу как в дверь раздался стук.

— Да кто там еще? — Немного разочарованно, задала риторический вопрос Маша сама себе.

С настроем, отвернуть голову, кому то либо ни было, отправилась открывать. За дверью кроме легкого сумрака и мерцающих огней соседских домов не было никого.

— Я что с ума схожу? — Закрыв дверь и по привычки повернувшись к зеркалу, мимолетом полюбоваться на свое отражение в большое, старинное зеркало, некогда поставленное дедулей в холле, снова задала сама себе вопрос Машенька. На мгновение ей показалось что в отражении, позади красивой дамы собралась еле заметная, серая дымка.

— Нет, не сходишь. — Вдруг раздалось над ухом.

Маша вздрогнула и застыла на месте боясь пошевелится. Дымка за спиной в считанные секунды приняла более четкие очертания. Из-за спины, на нее смотрел любимый дедушка. Только благодаря умению вовремя сдержать себя и свои эмоции, Машенька удержалась на ногах и не упала в обморок.

— Брррр! — Потрясла уложенной головой Маша.

— Не пытайся, это действительно я. — Снова раздался знакомый голос совсем рядом.

Словно пытаясь перезагрузиться, Маша, закрыла и открыла глаза. Силуэт любимого дедули только стал четче.

— Но как? — Все еще не веря своим глазам, сквозь наступающие слезы, еле выговорила Маша. Легкая волна эмоций все таки умудрилась накрыть стальные нервы, железной леди. — Столько времени прошло.

— Сними амулет и ты опять перестанешь меня видеть — Усмехнулся дед обнимая одной рукой внучку другой указывая на отражение кулона подаренного вождем.

Ощущая на плече легкую прохладу, словно только на этом участке тела сейчас поднимется температура, Маша резко вытерла глаза.

— Так это все он?

— Можешь проверить. — Улыбнулся дедуля, положительно кивая головой. Машенька одним движением руки сняла с шеи шнурок на котором висел подарок вождя. Отображение деда мгновенно пропало, только холодок остался в районе плеча.

— Да, ну, нет. — Все еще не веря происходящему, Маша вернула кулон на шею, призрачная дымка снова появилась в отражении.

— Убедилась? — Добродушно посмеиваясь, дедуля обнял Машу за второе плече.

— А что еще может эта штука? — С детским азартом в глазах, Машенька повернула голову в сторону где по заверению отражения стоял дедуля.

Там было пусто. Вернув голову в прежнее положение Маша поняла что видеть любимого, почившего родственника она может только через зеркало.

— Точно не знаю Кнопочка, точно не знаю. — Как-то резко потеряв улыбку ответил дедуля.

— Да бог с ним, с этим амулетом. — Улыбнулась Маша — Я так за тобой скучаю, столько хочу тебе рассказать.

— А ну-ка, ну-ка. — Снова, радушно улыбаясь, деда расположился на вешалочной тумбочке. Маша присела рядом.

До самого утра, словно великий литератор для добросовестных слушателей, Машенька рассказывала дедуле, что с ней случилось за последние десять лет. Дух покойного же мирно слушал любимую внучку и лишь изредка поглаживал ее по аккуратно собранным в прическу волосам. Маша так увлеклась своим рассказом, что первый раз в жизни не заметила как медленно, но верно уснула, прямо там, на тумбочке, под вешалкой

Проснувшись, от назойливо звонящего телефона в столовой, затекшей руки и тонкого лучика света, пробивающегося сквозь небольшое оконце над входной дверью. Маша попыталась понять был ли это сон или действительно весь вечер она проговорила с любимым дедулей. Телефон не умолкал. Отбросив мысль о хоть и любимом, однако давно почившем родственнике, Маша потянулась и побрела на кухню за телефоном. Партию неугомонного будильника исполнял муж. Перед глазами Машеньки мгновенно всплыла вчерашняя картина. Пелена злобы вперемешку с обидой и вселенской ненавистью мгновенно заволокла сознание. Маша нажала кнопку ответа

— Муреночек прости меня! Я дурак! — Успела вымолвить трубка, пока Машенька набирала полные легкие воздуха для выдачи длинной тирады, в составляющую которой планировалось вложить птеродактиля, неандертальца на первой ступени развития и палки-копалки которой он собственно, только вчера научился пользоваться. Однако, как только Маша открыла рот, дабы озвучить все выше перечисленное, злобу сняло, словно по мановению волшебной палочки

— Муренок! Алло, муре… — Машенька, равнодушно, на полуслове отключила истерично вопящюю трубку.

День пролетел незаметно, разобрав бумаги, проведя несколько он-лайн переговоров, одно собрание, а также прошерстив почту и одобрив несколько согласований, уставшая Маша отправилась в гостиную ужинать. За окном уже стемнело, когда в холле что-то упало, полусонная Маша нехотя побрела на звук.

— Привет! — Раздалось над ухом. В отражении вновь, на тумбочке, под вешалкой сидел дедуля и приветливо улыбался, жестом приглашая Машеньку занять место рядом.

— Почему здесь? — Только и смогла вымолвить Маша. Хотя в душе она была очень рада что все это не сон.

— Ты помнишь когда это зеркало появилось в нашем доме? — Вопросом на вопрос ответил дедуля.

— Кажется когда мне было лет двенадцать, ты его с работы принес. — Не чувствуя подвоха ответила Мария.

— Все верно. — Одобрительно качнул головой Альберт Митрофанович — Все верно, да вот только историю этого зеркала я тебе никогда не рассказывал — Присев на тумбу, Маша притихла как в том самом кабинете, будучи еще маленькой девочкой ожидая очередного интересного рассказа. И действительно, немного помолчав дедуля начал свое повествование.

— Много лет назад, когда я был еще совсем молодым, только после института, меня, как тогда было принято, по распределению отправили в археологическую экспедицию на черный континент. Уж и не помню что мы там копали, да и по-моему даже что-то нашли, но суть не в этом. В преданиях, у местных ходила легенда про таинственное зеркало, одни говорили, что оно забирает души, вторые что может воскрешать людей, а третьи вообще бормотали что-то на счет магии Вуду и черных обрядах. Вот только все сходились в одном, что принадлежало это зеркало некой Саре Вудрафф. Хозяйке внушительного поместья, земельных плантаций и трехсот душ чернокожих рабов. Находилось все это хозяйство в южной части Африки. В одну из знаменательных ночей, рабы принадлежащие Саре взбунтовались, сожгли поместье, убили саму госпожу Вудрафф и ее двух дочерей, заключив при помощи магии их души в зеркало. История заканчивалась у всех одинаково. Зеркало было утеряно. — На мгновение дедушка Альберт остановил свой рассказ.

— Дедуль, так а при чем тут наше зеркало — Резонно спросила Маша закрывая, по инерции приоткрывшийся во время рассказа рот.

— Я тоже не придал особого значения данной байке. — Продолжил дедушка — Однако спустя порядка двух десятков лет, защитив докторскую и уже работая в Академии, меня послали на исторический симпозиум в Париж. Там прогуливаясь по одному из знаменитых Французских блошиных рынков, я наткнулся на это зеркало. Почему-то именно в тот момент мне вспомнилась та самая легенда о зеркале с черного континента. Это конечно было возможно одним миллионным процентом из ста, однако по описанию оно очень подходило. Надо сказать приобрел я его больше из ребяческих побуждений и некоего налета приятных воспоминаний о временах моей молодости, чем из каких-либо профессиональных соображений — Альберт опять умолк на несколько секунд.

Маша немного вытянулась, пытаясь размять затекшую спину.

— То есть ты хочешь сказать что это и есть то самое зеркало?

— Угу. — Подтвердил Дедуля — Более того ты меня можешь видеть только в это зеркало и только при наличии амулета на шее. Видно они каким-то образом связаны.

Посмотрев на скрючившуюся фигурку Альберта сидевшую на тумбочке, в голове Маши родилась мысль.

— Дедуль, а давай-ка, я сейчас зеркало в гостиную перенесу и ты там на удобном диванчике расположимся, а?

— Ммм, а давай! — Улыбаясь ответил дедуля и в мгновение изображение растворилось.

Немного попыхтев перетаскивая тяжелое зеркало до гостиной. Маше все же удалось задуманное. Как только она устроилась с чашкой кофе напротив зеркала, через секунду рядом материализовался дед.

— Я тут разузнал кое что, — Альберт выдержал некую паузу — в общем говорят, что амулет этот — Дедуля указал пальцем на подарок вождя — может переселять души

— Очень интересно. — Глаза Машеньки загорелись неистовым огнем — А как? — Сама того не заметив Маша аккуратно потрогала амулет за выступающий лепесток.

— При помощи какого-то сложного, обрядового ритуала, да вот только тебе-то это зачем? — Не понял дедуля.

— Ради интереса — Ответила Маша — Ради интереса дедуль.

— Полное описание правильного переселения есть в книге «Пало» — Альберт снова умолк. Маша отхлебнула из чашки. В голове мгновенно появилась идея.

— Дедуль, а где бы мне эту книгу найти? — Заискивающе, словно хитрая лисица у колобка, поинтересовалась Машенька.

— Книга находилась у Лукерьи Степановны. Если помнишь, это моя помощница на кафедре была — Продолжил дедуля — Ей книга не то в подарок, не то по наследству досталась, я эти тонкости эти не выяснял, да и зачем? Но то что «Пало» в ее личной библиотеке есть, это я собственными глазами видел. Хочешь я тебе адрес дам? — Все еще ничего не понимая, вдруг спросил дедуля. Машенька чуть не подскочила на диване от радости.

— Очень хочу! — Сложив руки домиком и состроив глаза как у котенка, попросила Маша.

Проговорив остаток ночи с Альбертом о всем подряд, Маша опять не заметила как уснула. Утром, не успев проснутся, подталкиваемая собственной идеей, неким азартом и боем напольных часов раздающимся из кабинета наверху, Маша вызвала водителя.

Указанный Альбертом дом Лукерьи, расположился на территории поселка нового типа. Красивые, выложенные брусчаткой дорожки, ландшафтный дизайн и охранник, напоминающий орлана восседающего в пункте управления шлагбаумом при въезде, создавали неповторимую атмосферу некой элитарности данному месту. Глубоко в душе теша себя слабой надеждой, что Лукерья Степановна еще жива Машенька нажала на кнопку видеодомофона, мирно расположившегося на калитке кованого забора.

Входите — Раздался приятный мужской голос из динамика. Одновременно с приглашением прозвучал характерный щелчок разблокировки магнитной калитки.

Двухэтажный особняк, по другому данное строение назвать было нельзя, встречал Машеньку приветливо распахнутой дверью. На пороге, Словно в английском детективе обнаружился строго вытянутый мужчина, средних лет облаченный в классический, черный костюм.

— Вы к Лукерьи Степановне? — Уточнил мужчина.

— Абсолютно верно. — Подтвердила Маша.

— Пойдемте со мной. — Пригласил встречающий.

Минуя довольно просторную гостиную где основной фигурой, несомненно являлся черный, отполированный рояль, столовую, больше похожую на помещение для организации светского раута, чем для места где обедают и еще какую-то комнату, сопровождающий наконец остановился возле деревянной двустворчатой двери, похоже выполненной из мореного дуба. Аккуратно постучав, мужчина открыл дверь и пропуская вперед себя Машеньку, не громко, однако очень четко произнес.

— Лукерья Степановна к вам посетители.

Не особо когда-либо, чего-то стеснявшаяся Маша, ступая по высокому ворсу пушистого ковра, практически беззвучно прошла в небольшую комнату. По первому взгляду стало понятно, это кабинет. Внешне помещение было похоже на кабинет дедушки Альберта, разница была одна, венцом сего рабочего места был крупный, антикварный стол из темного дерева. Обтянутый зеленым сукном, стоявший напротив большого, эркерного окна завешенного тяжелыми, бархатными шторами. Завершало картину, кресло. Кожаный, клепаный медными гвоздиками, монстр, словно медведь над кустом с малиной, возвышался у антикварного произведения искусств отвернутый спинкой к входу.

— Кхм. — Легонько кашлянула Маша напомнив о своем присутствии.

Кожаный монстр медленно повернулся. В глубине великана, сидела, сухонькая, довольно милая старушка, с аккуратной укладкой, маникюром одетая в домашнее платье, больше походившее на туалет средневековой дамы, о чем свидетельствовала камея, глухо застегнутая на высоком, кружевном вороте.

— Машенька! Здравствуй дорогая! — Расцвела в дружелюбной улыбке Лукерия.

— Тетя Лука! Я вас так давно не видела? — Подойдя к креслу, Машенька с душевной теплотой обняла бывшую помощницу дедули.

— Что привело тебя ко мне? Решила навестить старушку? — Заискивающе поинтересовалась Лукерья Степановна.

— Вы правы Лукерья Степановна, как всегда правы — Улыбаясь ответила Маша, переходя на официальный тон — Действительно привело. Ничего от вас не утаишь.

— Какие уж тут тайны, почти век живу. Видимо что-то очень серьезное, коль ты ко мне по отчеству обращаешься — Заметила тетя Лука, не убирая доброжелательную улыбку с лица.

— Не знаю даже с чего начать — Немного смутилась Машенька.

— А ты сразу к сути дела переходи, чай не на Китайской церемонии восседаем. — Подмигнула Лукерья Степановна.

Помнится, дедуля мне рассказывал, что у вас одна книга в библиотеке имеется. — Дабы придать значимости своему интересу, Машенька замолчала на долю секунды.

— Какая ж это книга тебя так заинтересовала? — В глазах тетушки заиграли чертики.

— «Пало». — Выдала на одном дыхании Маша.

— Хм, интересно, интересно. — Усмехнулась Лука — Действительно, есть такая. Ты же знаешь что книга эта не простая? — С ноткой заискивания уточнила Лукерия у Маши. На что получила одобрительный, немного скромный кивок в ответ.

— Чего это, она тебе вдруг понадобилась? — Все так же с хитринкой в глазах продолжала расспрос Лукерья Степановна.

— У меня тут подряд на строительство получился. В Южной Африке. На днях была там. По воле случая познакомилась с вождем племени Масаи. Так местные мне потом все уши прожужжали про их вождя и эту книгу. Вот вспомнила, дедуля как-то при жизни обмолвился что у вас эта книга есть — На ходу придумала легкую легенду Машенька.

— По воле случая говоришь? — Задумчиво повторила Лукерья Степановна. Не поведя бровью сделав вид что поверила поведаную былину.

Все так же улыбаясь тетя Лука легким движением руки разгладила идеально натянутое сукно, в районе правого угла столешницы, еле заметно нажала на ровную поверхность деревянной отделки, после чего послышался легкий, характерный щелчок. Аккуратно опустив руку куда-то под стол Лукерья достала нечто завернутое в старую тряпицу. Развернув ткань взгляду Машеньки предстало уникальное издание. На первый взгляд, казалось что обложка книги выполнена из тонких реечек какого-то светлого дерева, однако при ближайшем рассмотрении это оказались кости, скрепленные меж собой грубой нитью ручного производства и медной проволокой. Углы обложки так же были вставлены в медные, чеканные кусочки. Словно икона в образа. Украшала костяную обложку большая, круглая печать выполненная из глины бурого цвета. Сам текст, внутри, был написан чернилами странного цвета, не то коричневого, не то вишнево-медного, а в сочетании с бумагой с воображением происходил эффект взрыва атомной бомбы. Письмена гипнотизировали своим видом, разнообразные рисунки пиктограмм, морды чудовищ, знаков и трав не говоря уже о содержании. Надо отметить что и внутренняя часть сего шедевра являлась не обычной. Листы цвета топленого масла, были жестковаты для обычной бумаги, в тоже время используемый материал оказался настолько тонок что местами можно увидеть запись на следующей странице. Рассматривая книгу Маша не заметила, как у нее сам собой приоткрылся рот.

— Завораживает, не правда ли? — С горящими глазами и загадочной улыбкой спросила Лукерья Степановна.

— Очень. — Не отрывая взгляда от книги подтвердила Машенька, аккуратно перелистывая страницы. Тетушка нажала на одну из кнопок большого коммутатора стоящего на столе.

— Слушаю вас Лукерья Степановна. — Раздалось из устройства.

Дмитрий, принесите нам пожалуйста, чай и захватите по дороге варенье из тыквы.

— Хорошо Лукерья Степановна. — Ответил коммутатор и затих.

Пока тетя раздавала указания по поводу чая, взгляд Машеньки зацепился за несколько рисунков на одной из страниц книги. Под заглавной надписью, были изображены точная копия амулета подаренного Маше вождем Баабаром, зеркала из прихожей и пентакля. Однако что написано в тексте как Машенька не старалась, так и не поняла, кроме одного слова — «Возрождение». От волнения Маша заерзала в кресле.

— Дорогая если тебе что-то интересно, не стесняйся, спрашивай — Заметив легкие, судорожные движения напротив себя, помешивая сахар в принесенной помощником чашке, предложила тетушка Лука

— Удивительное издание! И бумага такая странная — Начала издалека Маша. Лукерья усмехнулась и спокойно сделав глоток из чашки спокойно произнесла:

— Человеческая кожа.

— Где? — Не поняла Маша.

— Это не бумага, а человеческая кожа — Как ни в чем не бывало пояснила Лука продолжая пить чай из красивой, фарфоровой кружечки.

— Так что же, выходит и на обложке не слоновая кость? — Догадалась Маша.

— Выходит не слоновая. — Загадочно улыбаясь подтвердила Лукерья Степановна. Машенька немного оторопела, однако стараясь совладать с нахлынувшими эмоциями, продолжила.

— Не пойму на каком языке текст? Вроде буквы похожи на английский, а слова не знакомые.

— Это Зулу, а точнее его древне-африканское наречие. — Было видно, что Машенька попала в нужную точку. Подсадив Лукерью Степановну прямо в седло любимого коня — Дело в том что на языке Зулу, в наше время разговаривают, только небольшое количество кочевых племен черного континента, а как сама понимаешь, письменность там особо не очень-то и нужна.

Понимая, что «конь» сейчас занесет тетушку далеко в неуместные сейчас прерии, Маша постаралась вклинится вопросом в мало интересующий ее экскурс по малым народам африканского континента.

— Тетушка, а что такое «Изимпаде це агапандус»? — Лукерья Степановна на мгновение задумалась.

— Что-то так с ходу и не припомню. — Призналась старушка — Память уже не та. Однако, для таких забывчивых как я, имеется словарь и на сколько я помню он не так далеко, обожди минутку — Тетушка довольно легко для своих лет, выпорхнула из объятий кожаного монстра в сторону полок с книгами.

Именно этого момента и дожидалась Маша. Достав телефон, быстрым движением были отсняты все страницы с описанием ритуала. Вот, нашла — На стол перед Машей легло объемное издание, создававшее впечатление, что этот словарь времен Кирилла и Мефодия, такой же древний и пыльный как момент создания письменности.

Прослушав лекцию по фонетике языка Зулу, нескольких историй из жизни Лукерьи и воспоминаний работы рука об руку с Альбертом Митрофановичем, поздно вечером Машенька засобиралась домой.

Лукерья Степановна, можно я словарик возьму? — Как бы невзначай спросила Машенька.

— Возьми детка, возьми, только вот зачем он тебе? — Удивилась, хитро прищурив один глаз Лукерья.

— Я же говорила, что сейчас занимаюсь подрядом в Южной Африке, а там документации много, так часть не на Русском, не на Английском, гляну может словарик то и пригодится — Улыбнулась в ответ Маша.

— Ах, да. Подряд — Лукерья сделала вид, что запамятовала утреннюю байку.

— Тогда, я как с документами закончу, так и привезу обратно. Договорились? — Спросила Маша, все так же мило улыбаясь, положив руку на словарик.

— Договорились. — Улыбнулась в ответ Лукерья Степановна — Ты не забывай про меня. — Уже стоя на пороге, рядом с помощником посетовала старушка.

— Обязательно еще заеду, мне же нужно вернуть вам словарик. — Заверила Маша наклоняясь обнять тетушку. После теплых прощаний Машенька немного вымотанная, от полученных эмоций практически упала на заднее сидение авто.

— В Никольское Мария Александровна? — Как обычно, коротко спросил Володя.

— Угу. — Только и смогла вымолвить Маша, мыслями она уже была дома и переводила текст отснятого с книги обряда. Через несколько минут мирное посапывание Марии Александровны разносилось по салону автомобиля.

За несколько минут до подъезда к дому роль будильника сыграл настойчивый звук входящего звонка. Немного не понимая что происходит Маша на автомате подняла молча трубку, пытаясь быстро проснутся.

— Алло, муреночек. — Раздался из трубки знакомый голос мужа. Маша недовольно посмотрела на экран телефона, определитель подтверждал что слух Марию не подводит.

— Слушаю тебя. — Довольно отстраненно ответила Маша.

— Машунь, прости меня, я дурак, я все тебе объясню, все не так как ты придумала — Начал торопливо муж.

— Остановись пока не наговорил лишнего. — Коротко, но четко оборвала театральные стенания предателя Маша — Нам действительно нужно поговорить.

— Я приеду прямо сейчас! — Не успев договорить фразу услышала Маша в трубку.

— Даже не пытайся! — Жестче чем обычно ответила Маша — Где и когда мы с тобой увидимся, сообщу на следующей неделе. Позвоню сама. А до того момента не трогай меня. Надеюсь ты понял и повторять мне не придется — На одном дыхании, тихо, словно удав гипнотизирующий кролика, выдала Маша.

— Я понял — как завороженный ответил муж

— Вот и славно. — Чуть мягче подытожила диалог Машенька и отключила телефон. В тот же момент машина затормозила возле дома.

Поужинав на скорую руку, Машенька расположилась в кабинете. Распечатанные фото текста, словарь и ботанический атлас заполонили не маленький стол. За ночь была продела немыслимая, очень объемная и трудоемкая работа. К утру, в руках Маши был дословно переведенный текст обряда, а рядом со словарем лежал внушительный перечень нужных вещей для проведения оного. Осталась самая малость. Раздобыть все по списку и каким-то волшебным образом договорится с любимым дедушкой. Первый пункт не вызывал особых сомнений, а вот второй, порождал глубокие сомнения. Переключив душевные стенания в режим ожидания, Маша набрала номер Владимира.

— Слушаю вас Мария Александровна. — Практически моментально ответила трубка.

— Володя здравствуй. — Начала из за печки Маша.

— Что-то случилось. — Настороженно поинтересовался водитель.

— Все хорошо — Поспешила успокоить Владимира Мария Александровна — Я тебе сейчас скину заметку, ознакомься пожалуйста. Все что перечислено в данном списке нужно купить и сегодня привезти. Если возникнут какие-либо вопросы, набирай, не стесняйся.

— Хорошо. — Как обычно, без лишних вопросов ответил водитель.

Спустя несколько минут раздался телефонный звонок.

— Мария Александровна, простите, а что такое «Тимьяма» и где это, хотя бы примерно искать? — Данный вопрос вызвал улыбку на лице Машеньки.

— «Тимьяма», Володя это по-русски «Ладан». — Улыбаясь ответила Маша, а найти ты его можешь в любой аптеке.

— Понял. — Ответила трубка и отключилась.

К вечеру, нагруженный покупками, водитель стоял на пороге дома Марии Александровны.

— Отнеси в гостиную пожалуйста. — Попросила Маша, закрывая за Володей двери.

— А тут куда? — Водитель стоял посреди гостиной, в небольшой растерянности не понимая куда ему пристроить пакеты. Со времени последнего посещения, на взгляд Владимира, комната сильно видоизменилась.

— Оставь прям возле зеркала. — Абсолютно спокойно ответила Маша.

— Аккуратно вот с этим пакетом — Предупредил Володя указывая на один из кулей в котором просматривалась большая банка — Бычью кровь еле нашел на рынке, возможно крышка неплотно закрыта — Объяснил свое волнение водитель.

— Угу. — Одобрительно качнула головой Маша — Спасибо большое.

Оставив покупки в указанном месте Владимир двинулся на выход. Вооружившись карандашом и достав список для сверки, Маша заглянула в один из пакетов. Несколько бумажных свертков с сушеными травами, черные свечи, баночка серой соли, навесной замок.

— Мария Александровна, я поехал — Раздалось из коридора — Закройте за мной.

— Я наберу. — Автоматически ответила Маша, на ходу отмечая проверенные пункты в списке.

Закрыв за Володей двери, Машенька вернулась к покупкам. Шелковые белые платки — две штуки, куриные лапки — одна упаковка, кусок сургуча…

— Ты занята? — Раздалось из зеркала. От неожиданности Маша вздрогнула, однако быстро сориентировавшись, моментально успокоилась. Продолжая копаться в пакетах ответила.

— Да, вот покупки разбираю.

Наступила короткая, однако не ловкая пауза.

— Интересные покупки. — Спустя несколько минут озвучил мысли в слух Альберт Рудольфович.

Взглянув мимоходом в зеркало, Машенька заметила некую озабоченность во взгляде дедушки.

— Дедуль. — Не решительно начала Маша, прикрывая пакет и откладывая список в сторону — Хотела с тобой поговорить.

Любимый родственник подпер подбородок кулаком, всем видом давая понять что готов очень внимательно слушать приготовленную для него речь. В полупрозрачном отражении глаз, запрыгали искорки любопытства.

— Я тут к Лукерьи Степановне в гости ездила. — Стараясь не смотреть на отражение, начала Машенька.

— За «Пало» ездила! — Догадался дедуля.

— Угу. — Все так же не смотря в зеркало, словно маленькая, нашкодившая девочка, утвердительно махнула головой Маша.

— Нашла обряд? — Не убирая руки из под подбородка поинтересовался Альберт Рудольфович.

— В том-то и дело что нашла, перевела и даже все купила для его воплощения.

Дедуля задумался. Через секунду, заранее зная ответ, больше для утверждения собственной догадки, Альберт задал главный вопрос:

— Рассказывай, кого с кем местами собралась менять?

Маша помолчала собираясь с мыслями, резко выдохнув выдала.

— Антона и тебя — Комнату окутала зловещая тишина — Ты не против? — Подняв глаза полные надежды, спросила почти шепотом Маша.

— В отражении, дедуля обнял любимую внучку за плечи.

— Кнопочка, я так давно умер, что и забыл как это — быть живым.

Последняя надежда затухала в напуганных глазах Маши. Но тут произошло то чего она совсем не ожидала.

— Конечно, я согласен. — Улыбнулся дедуля и потрепал словно маленькую, любимую внучку по голове. Яркая искорка азарта и детского счастья, вновь вспыхнула в уставшем взгляде, далеко уже не маленькой Маши.

— Я сделаю все правильно. — Куда-то в пространство, словно давая клятву, произнесла Машенька.

Весь следующий день для Маши пролетел как у белки в колесе. Закончив до обеда все основные дела связанные с бюро, собрав накатившую ненависть в кулак, только от мысли увидеть вновь, предавшего ее человека, Машенька набрала номер супруга.

— Муреночек? — Раздалось из трубки с испуганной надеждой. Голос Антона звучал так, словно он стоит на краю обрыва и вот-вот сорвется вниз.

— Я, жду тебя на ужин в доме дедушки Альберта к девяти часам — Коротко сообщила Машенька трубке. Столь простая фраза была произнесена такой интонацией, тихо и заморожено, что напугала саму Машу, не говоря уже об оппоненте на том конце провода.

— Я буду. — Только и смог вымолвить супруг. Антон хотел еще что-то сказать, однако Машенька отключила вызов.

На неистово-душевном подъеме, не то от злости, ни то от предвкушения предстоящего вечера, Маша переместилась на кухню. Практически до вечера, заботливо разложив листы с переведенным обрядом на столе, готовила ужин и гостиную к приему, столь любимого и одновременно ненавистного, на сей момент, ей человека. В комнате творился вселенский хаос. Напротив зеркала, откинутый в сторону ковер оголял, старые, деревянные половицы, где словно, отчаявшийся художник, нарисовал кровью, на злобу дня, огромную пентаграмму, при этом случайно перевернув кисть и банку с остатками крови не успел за собой прибраться.

Кухня содержала в себе декорации не менее живописные чем гостиная. На плите, параллельно вкусно пахнущему «Гамбо» в маленьком сотейнике, словно в ведьмином котле, закипал отвар из привезенных Володей трав.

— Умойа омнуама омкхулу Нигусизе!

Нгосизо ивамези сифакоукуфулизе!

Интандо йялово офизайо!

Читая с листа текст, четко проговаривая каждое предложение, растрепанная Маша медленно помешивала длинной, деревянной ложкой, получающийся отвар. Спустя время из телефона лежащего на кухонном столе, раздался характерный звук. Это сработал, заботливо активированный Машенькой будильник, оповещающий свою хозяйку, что до времени приезда мужа остался час. За окном уже стемнело. Приведя гостиную, себя и обеденный стол в порядок, Маша услышала скромный стук во входную дверь. Собрав все эмоции в кулак, резко выдохнув и одев на лицо маску безразличия Машенька открыла. На пороге в свете фонаря на знакомых «ногах», стоял огромный букет из ее любимых, бордовых, пионовидных роз, разбавленных большим количеством белых гипсофилов. Завершал композицию воткнутый в середину конверт от компании Люфханза.

— Это что? — Все так же ледяным тоном спросила Маша у «ног».

— Это тебе. — Голосом провинившегося подростка сообщил, выглядывая из-за букета муж.

— Проходи. — Распахнув пошире дверь, Маша изобразила приглашающий жест. Не удержавшись от искушения, автоматически принимая букет Машенька съязвила — Надеюсь не забыл где находится гостиная.

— Помню. — Резко севшим голосом, практически прошептал Антон разуваясь.

Супруг проскользнул в изменившуюся внешне комнату словно нашкодивший, породистый кот, вернувшийся после недельного отсутствия к любимой хозяйке.

— Тут все изменилось. Сделала перестановку? — Попытался заговорить с супругой на отвлеченную тему Антон, немного откашлявшись и вернув голосу былой тембр.

— На столе штопор и бутылка. Открой пожалуйста. — Набирая воду в вазу для цветов уходя от ответа, скорей распорядилась, чем попросила Маша.

— Ты полюбила розовое вино? — Немного с удивлением, безропотно выполняя просьбу, поинтересовался Антон, вновь пытаясь разговорить супругу.

— К сегодняшнему ужину, отлично подойдет именно розовое. — Размыто обозначила Машенька входя в гостиную с большим фарфоровым супником наполненным благоухающим, ароматными специями «Гамбо».

— Мой любимый? — Вдохнув носом, знакомый запах специй Антон.

— Он самый. — Безразлично констатировала Маша, возвращаясь вновь из кухни, на этот раз с прозрачной миской, наполненной до края салатом из свежих овощей и сыра.

Быстро заполнив столешницу планируемыми блюдами, Маша заняла свое место за столом. Весь ужин в гостиной царила полная тишина. Ближе к десерту Антон невольно начал ерзать на стуле.

— Слушаю тебя. — Не отрываясь от тарелки, сухо и коротко подтолкнула на начало разговора Машенька Антона. Супруг нервно положил вилку. Не поднимая глаз на секунду задумавшись взял в руки бокал.

— Муреночек. — С тревогой в голосе начал Антон, однако запнувшись снова замолчал.

— Вся во внимании. — Спокойно, словно огромная снежинка в безветренную погоду, падающая ровно вниз, поддержала попытку Маша. Откладывая в сторону приборы, при этом смотря мужу ровно на макушку, потянулась за бокалом. Не выдержав напряжения, Антон буквально парой глотков опустошил бокал.

— Муреночек, прости меня. Я не знаю как так вышло, само собой как-то получилось. — Старался торопливо объяснить ситуацию супруг, боясь оторвать взгляд от стола — Она зашла… — Ненавязчиво подперев подбородок рукой, Маша медленно подвинула свой бокал ближе к Антону — С бумагами, в блузке, а я… — Не чувствуя подвоха, супруг снова осушил бокал буквально в несколько глотков и попытался продолжить рассказ Однако у него ни чего не вышло.

Язык, вдруг стал словно из ваты, перед глазами появилась полупрозрачная, кровавая дымка, а руки и ноги потеряли способность двигаться. Почувствовав себя марионеткой с обрезанными нитями, Антон попробовал двинуть хотя бы головой, но все попытки были тщетны.

— Ну, наконец-то! Знал бы ты как трудно было поместить онемляющий отвар в запечатанную бутылку вина. — Отодвигая тарелку и вставая из-за стола, выдохнула Маша — Я долго думала, как быть дальше. Не поверишь было больно и обидно. Больно настолько что жить не хотелось, в голове крутился только один вопрос :

— «Как жить дальше?»

Машенька, не без труда, аккуратно отодвинула в сторону стол и свернула ковер, заботливо прикрывающий все это время кровавую пентаграмму на полу

— Однако решение как пришло само собой. И уж извини дорогой, но в мое «дальше, ты, никак не вписываешься».

Антон пытался что-то сказать, оправдаться, однако у него ничего не получалось. Тело все так же не слушалось своего хозяина, а кровавая дымка на глазах с каждой попыткой движения больше и больше сгущалась уменьшая видимость происходящего вокруг. Открыв дедушкин раритетный комод, гордо воссоздающий атмосферу антикварной гостиной, Машенька достала из глубин дубового монстра, несколько крупных свечей необычного, темно-вишневого, практически черного цвета, навесной замок, клубок красных ниток и ножницы.

— Для всех, ты останешься, моим законным, любящим мужем — Расставляя свечи по концам пентаграммы и раскладывая оставшиеся предметы у зеркала продолжала Маша — Вот только суть твою я немного подкорректирую.

От услышанного, внутри, Антона начал колотить неистовый озноб, словно при простуде резко поднявшаяся температура. В глазах появился животный ужас и непонимание что с ним сейчас произойдет. Машенька же приложив все усилия, с огромным трудом двигала тяжелый стул, на котором находилось обмякшее тело супруга, в середину пентаграммы. Сверху, из кабинета, раздался предательский бой часов. По звуку Антону показалось, словно плотник забивал последние двенадцать гвоздей в крышку его гроба. Однако он сильно ошибался.

— Умкхулу укулиндиле! — Начала громко и четко произносить заклинание Машенька, заходя в центр пентаграммы и перевешивая кулон с собственной шеи на шею Антона.

С последним, предательским ударом часов в отражении зеркала появилось знакомое лицо, а следом остальной силуэт Альберта Митрофановича.

— Привет зятек! — Раздался знакомый голос над ухом Штольца. От ужаса, зрачки Антона стали похожи на два кофейных блюдца.

— Бе-Дингир-Дингир нугиякунсенга! — продолжала Маша. Дедушка Альберт аккуратно обнял обездвиженное тело внучатого зятя — Честно зятек, я сомневался, да вот только Машенька уж очень убедительна была. Знаешь, люблю я ее, все таки единственная внучка, ни в чем отказать не могу. Видимо ты сильно насолил девочке — Альберт Митрофанович добродушно, по-старчески улыбнулся и погладил зятя по затылку — Ты держись, это быстро и не больно. Я узнавал.

— Нигисизе, нгикуника умпхефумуло опхилаяо эсикхундлени софилеяо! Нгикувулела умнянго! — Все более раскатисто продолжала Маша, поворачивая ключ в амбарном замке и открывая дужку металлического монстра.

Антон пытался всеми силами пошевелится, что б хоть как-то помешать всему происходящему, но сгущающаяся, бордовая пелена напрочь заволокла взор. В считанные секунды зрение полностью отключилось, следом за картинкой исчезли все мысли. Последнее что долетело до слуха бедолаги были будто, улетающие в горы, слова Машеньки.

Нгиясела!

Ощущение полной темноты, спокойствия и парения в невесомости накрыло Антона Штольца, словно пушистым покрывалом. Казалось сей эффект будет длится бесконечно. Однако сквозь толщу темноты донесся знакомый голос. Это был его, собственный, родной голос. Вдали появилось яркое пятно. Что-то большое и плотное толкнуло Антона в сторону света.

— Ну, все, все, все. Не плачь!

Антон увидел себя, сидящего все на том же стуле в центре кровавой звезды, успокаивающего, безмолвно плачущую супругу припавшую в его собственным коленям.

— Дедуля! Я до последнего не верила, что это возможно — Всхлипнула Маша.

— Верни меня обратно! — Закричал Антон, пытаясь сделать хоть еще один шаг в сторону стула, однако что-то литое, тяжелое и стеклянное мешало продвигаться даже на миллиметр.

— Смотри! — Указывая на зеркало, тело Антона сняло с себя кулон и накинуло на шею Машеньки. Туман сгустился и взору Маши, показался полупрозрачный силуэт супруга, пытающийся разбить зеркало изнутри.

— Муреночек! Прости! Верни меня! Я понял все! — Кричал Антон из резной зеркальной рамы. Глаза Маши моментально высохнув, сверкнули недобрым огоньком. Поднявшись на ноги, легким движением руки, Маша сдернула с аккуратно застеленного, гостевого дивана плед и словно фокусник на арене цирка, одним движением завесила старое зеркало.

— Дедуля! Ты был когда-нибудь на Мальдивах? — Уже с кухни спросила Машенька Альберта. Одной рукой снимая с шеи амулет, другой распечатывая тот самый конверт компании Люфханза, все это время, как флажок свободы торчащий из букета.

— Нет, кнопочка, не приходилось — Признался смущаясь дедуля.

— Вот и чудесно — Улыбнулась Маша — Алло, Володя?

— Да Мария Александровна! Слушаю вас. — Ответил с другого конца полусонный голос водителя.

— Завтра заберите меня с супругом из Никольского, в десять утра.

Опасная игра

— Сонсенним? Сонсенним! — Пара давно закончилась и аудитория была пуста. Оторвав взгляд от записей, только сейчас Максим заметил скромного студента стоявшего у кафедры. — Сонсенним, разрешите спросить? — повторил юноша.

— Слушаю тебя Тэн хубе — Закрыв папку с лекцией, ответил Максим…

Вот уже несколько лет как, по добровольно — принудительному распределению от любимого НИИ, Максим Фатеевич Нефедов — Крупный мужчина, с серьезным лицом и не серьезными, каштановыми кудряшками на голове, преподавал, параллельно ведя исследования, на кафедре химико-биологического факультета в престижном вузе Сеула — «Ён Сё». Ассистировала ему, любимая жена Машенька, а точнее Мария Алексеевна Нефедова — На первый взгляд милое, хрупкое создание, обладательница длинных волос цвета льна, постоянно собранных в аккуратную, тугую шишку на затылке. В дополнение к внешнему виду сказочной феи шел небольшой бонус — характер «Гитлера», кроющегося не так далеко, в бездонных темно-синих глазах.

Переезд в Корею семьи Нефедовых произошел довольно стихийно. В очередной, скучный, рабочий день, на пороге лаборатории Максима и Маши, появилась секретарша руководителя проекта, с просьбой зайти к начальству на ковер. Абсолютно не понимая что происходит, на уровне подсознания готовясь к очередной порции «Люля» за не соблюдаемые сроки, Макс очень аккуратно постучал в дверь кабинета Эдуарда Аристарховича.

— Войдите! — Раздался из-за двери знакомый хрипловатый бас.

— Вызывали Эдуард Аристархович? — Начал было Максим, однако немного осекся, найдя начальство в компании строго одетых и почему-то беспрерывно улыбающихся, пятерых людей Азиатской наружности.

— Располагайся — Профессор Указал на свободное кресло рядом с собой. — Позволь тебя познакомить с нашими гостями. — В голосе Эдуарда Аристарховича проклевывались нотки смущенного волнения. — Это представители, а по совместительству наши друзья, из университета «Ён Сё», территориально находящегося в Южной Корее.

Максим на автомате поклонился, в свою очередь вызвав бурю положительных эмоций у представителей делегации. Улыбки на лицах стали еще шире, что ввело Макса в небольшой ступор. Надо отметить, в габаритах ученого, жест действительно смотрелось очень мило и забавно. На самом деле это были все познания которые успел вспомнить Максим Фатеевич о культуре Южной Кореи в данную минуту.

— Долгое время, мы вели переговоры о реализации программы «Обмен сотрудниками в целях повышения квалификации». — Начал из далека Эдуард Аристархович. — Рассматривали наработки, претендентов, вели переписку по средствам сеть. Обменивались личными делами работников — Профессор сделал паузу чтобы перевести дух. — В общем! Во вложенный объем информации попала и ваша с Марией часть работы. — Продолжил Эдуард Аристархович. — Нашим друзьям понравилось, то как вы ведете разработку, и методы донесения информации. Собственно, ты и Мария стали главными претендентами на участие в данной программе.

На стол перед Максимом легла объемная стопка бумаг, аккуратно зафиксированная в уголке, не маленькой степлерной скрепкой.

Вот ознакомься! — Профессор Шишкин подвинул «Талмуд» ближе к Максу.

Все что Максим Фатеевич смог понять за короткое время ознакомления с контрактом, только то, что ему и его супруге предоставляют место лектора в университете «Ён Сё», апартаменты для проживания, на территории студенческого городка, жалование и двадцать четыре часа на сборы.

— Но, как же разработки? — откладывая в сторону контракт поинтересовался Максим — И потом, моя диссертация?

— Диссертацию ты можешь продолжить писать и во время преподавания, за одно и фактов новых подберешь, а ваши с Марией разработки — Эдуард Аристархович кашлянув, педантично поправил и так ровно лежащую на столе ручку — Я передам другим специалистам.

— Но как же! — Вспыхнул недоумением Максим — Мы же с Марией Алексеевной много лет потратили на эти разработки! Столького добились И потом…

— Так! Нефедов! Хватит пререкаться! Марш собирать чемоданы! — Вышел из себя Шишкин — Через двадцать минут зайди, я тебе билеты отдам.

Забрав контракт, еще раз поклонившись делегации, в полном недоумении Макс побрел сообщать новость Маше.

Спустя десятичасовой перелет, две пересадки и восемь чашек кофе, открыв дверь в апартаменты вкатив тяжелые чемоданы на порог, Макс присвистнул. Такого он себе не мог представить даже в самом лучшем сне. Без преувеличений, огромная гостиная граничила, с непомерных размеров кухней. Справа от входа находилась дверь, при открытии которой обнаружился гардероб, чем-то похожий на тот что показывают в кино. Пока макс изучал первый этаж предоставленного жилья, да, да этажей было два, не смотря на усталость от сложной дороги, Машенька успела пробежать по всей территории квартиры.

— Максим! Поднимись пожалуйста. — Свесившись через перила второго этажа, тихо, восторженным голосом позвала супруга Мария.

Не узнавая поведение собственной жены, Максим поднялся по кукольно — аккуратной лестнице на второй уровень апартаментов. В момент когда его взгляд поравнялся с панорамным окном из спальни на террасу, кажется его собственная челюсть, отбила господину Нефедову пальцы ног.

— Ты это видел! — С детским восторгом, тыкая пальцем в небрежно расположившийся бассейн, за окном большой спальни, чуть не задохнувшись от эмоций спросила супруга. Казалось еще пара секунд и Мария превратившись в маленькую девочку с двумя косичками, запрыгает на месте хлопая в ладоши.

— Вот это да! — Только и смог вымолвить Макс, невольно вспоминая квартирку, в которой они с Машенькой ютились последние несколько лет. Для сравнения, общежитие предоставляемое любимым НИИ больше походило на перепелиное гнездо, чем жилье для людей.

— На сколько у нас контракт? — С искрящимися счастьем глазами, обнимая мужа за плечи уточнила Маша у Макса.

— Если я правильно помню, то на на пять лет — Все еще приходя в себя на автомате ответил Макс.

— Божечки! Пять лет человеческой жизни! — Машенька мечтательно за вальсировала мужа по спальне. Вместе плюхнувшись на кровать, размером с мини-поле для гольфа, Нефедовы не сговариваясь уставились взглядом в неимоверной формы люстру.

В дверь позвонили.

— Любопытно, кто это может быть? — все еще в эйфорической задумчивости спросила Машенька Макса, не торопясь вставать с уютной кровати.

— Мне вот тоже интересно. Пошли посмотрим?! — Словно пятнадцати летний парень подпрыгивая, предложил Макс.

— А пошли! — Повторяя телодвижение мужа, согласилась Маша.

Так на игривом настроении чета Нефедовых добралась до входной двери и наконец открыла ее.

На пороге стояла яркая дама Азиатской наружности, в деловом костюме, туфлях на невысоком каблуке и плотной папкой в руках. Рядом с ней присутствовала коробка, похожая размером на полуторатонный контейнер, увенчанный человеческими ножками.

— Заносите! — Скомандовала Азиатка, предварительно поклонившись Нефедовым.

— Что простите? — переспросила Машенька, не знавшая Корейского, кланяясь на инстинктивном уровне в ответ.

— Простите! Это я не Вам. — Пропуская вперед себя грузчика, ответила на чисто русском собеседница — Позвольте представится. Меня зовут Ха Ангелина Чунсебовна, я буду вашим куратором на протяжении всего контракта.

— Очень Приятно! Я, Максим Фатеевич, а это моя супруга, Мария Алексеевна — Протягивая руку представился Нефедов. Выражение лица Макса стало похоже на «Чеширского кота».

— А это что? — Заметив такие перемены в супруге, Машенька решила включить внутреннего «Гитлера» и сосредоточить внимание мужа на таком объекте как коробка, которую, только что поставили посреди гостиной.

Не обратив ни какого внимания на Максима, Ангелина объяснила, что по контракту их семье ежемесячно предоставляется минимальный паек. Точнее набор, в комплект которого входит практически все что требуется для комфортной жизни. И это действительно было так. Ящик содержал в себе все необходимое, начиная от пяти килограммового пакета с рисом заканчивая зубными щетками.

— Если у вас вдруг возникнут какие-то вопросы, то вот мой номер телефона, можете звонить в любое время суток. — Достав из папки, Ангелина положила лаконичную, но в тоже время очень стильно выполненную визитку с номером телефона и два конверта с новыми сим-картами, на край гостиного стола. — Завтра утром поедем смотреть непосредственно рабочее место. Сегодня, извините, вынуждена вас покинуть, дела. — Коротко отрапортовала куратор.

Развернувшись на пороге и снова поклонившись, Ангелина испарилась в дверях лифта. Остаток дня Маша и Макс провели в приятных хлопотах, разбирая багаж и определяя новые места для вещей.

Ранее утро следующего дня преподнесло немало приятных сюрпризов.

Сейчас заедем в лабораторию, после обеда я покажу вам кафедру и познакомлю с вашими будущими коллегами — Сообщила Ангелина, все еще не адаптировавшимся к перемене часовых поясов, полу зевающим Маше и Максиму.

Однако, аморфное состояние моментально улетучилось, когда супруги переступили порог новейшей, в прямом смысле слова, «напичканной» всевозможным оборудованием, о котором можно только мечтать, лаборатории.

— Я такое, на выставке в Люцерне видела и то, только на стенде разработок — Рассматривая горящими восхищением глазами, вакуумную линию, прошептала ошарашенная Маша.

Не менее удивленный увиденным Макс, только и смог что кивнуть головой в знак солидарности с женой. Из ступора обоих вывел звонок телефона Ангелины.

— Извините, я на минутку — Глянув на экран телефона, куратор поклонившись вышла из помещения, аккуратно прикрыв за собой дверь.

— Ты представляешь! В эти бы условия, да наши разработки! Мы бы их за ближайшие месяцы закончили — Мечтательно протянула Мария — Вот только…

— Да вот только что? — Хитро прищурив глаз перебил жену Макс. Маша остановилась на полуслове и внимательно изучила выражение лица мужа.

— Нет, ты не мог — предположила Маша, хотя уже поняла что права в своей догадке.

— Мог! — Утвердительно махнул головой Макс доставая из нагрудного кармана рубашки флешку.

— Но когда ты успел? Времени же на сборы было совсем мало, а материала не на десять минут скачивания. — Удивилась Маша.

— Когда, когда? — Как-то по детски ухмыльнулся Макс — Ты же знаешь, в НИИ с парадоксальной регулярностью вырубали свет. И не всегда вовремя, срабатывали автономные станции, вот после очередного отключения, я и стал, на всякий случай, так сказать для подстраховки, сохранять весь наработанный материал на флешку.

— Я тебе всегда об этом говорила, но повторю еще раз. Мой муж гений! — Обнимая Макса, восторженно резюмировала Машенька.

— Кхм! — Аккуратно давая знать о своем возвращении кашлянула Ангелина. — Как вам лаборатория?

— Она восхитительна! — Практически в голос ответили супруги Нефедовы, отстраняясь друг от друга на «приличное» расстояние.

— Я рада что вам нравится. — Улыбнулась куратор. — Все нужные материалы для работы привезут к началу недели, а сейчас у нас по плану обед, за одно покажу вам столовую для преподавателей. — Неопределенно, куда-то между супругами, подмигнула Ангелина.

На столь оптимистичной ноте, вся компания бодрым шагом покинула лабораторию. Остаток дня пролетел со скоростью Сапсана. Обед, кафедра, знакомство с коллегами и аудиторией в которой предстояло вести занятия Максиму Фатеевичу.

— Я в восторге! — В восхищении от резюмировала прошедший день Машенька. Сидя на заднем сидении автомобиля везущего чету Нефедовых наконец-то домой.

— И правда столько всего, нового и интересного — поддержал жену Макс, любуясь неимоверным количеством иллюминации на фоне потемневшего неба Сеула.

— С понедельника у вас начинаются занятия — Заглянув в папку, напомнила Ангелина. — Я надеюсь сегодняшняя экскурсия придаст вам силы и положительные эмоции для ведения продуктивных работ в университете.

— Мне кажется я готова уже сегодня начать сворачивать горы — Ответила Маша, склоняя уставшую голову на плечо мужа.

— Ну, горы сворачивать не нужно, однако я рада что у вас такой боевой настрой. — Улыбнулась в ответ Ангелина. Автомобиль остановился возле нового дома четы Нефедовых. — Увидимся в понедельник, кланяясь и все так же улыбаясь, попрощалась, вышедшая из авто, проводить новых сотрудников, куратор.

— Хороших выходных! — Все с тем же выражением «Чеширского кота» на лице, поклонился Ангелине Максим. Мария в очередной раз заметила изменения в поведении мужа, однако как мудрая женщина, имеющая в жизненном багаже знаний недописанную диссертацию и мозг стратега, спокойно растворилась в стеклянных дверях подъезда.

Первый год, пролетел для четы Нефедовых практически незаметно. Все было новым, интересным, работа увлекала. Координатор действительно очень помогала своим подопечным. Во многих вопросах типа как добраться до Мён Дон, или где в два часа ночи найти промокашку, Ангелина была просто незаменима. Не смотря на то что Макс продолжал при всяком появлении координатора вести себя как мартовский кот в весенний период, да и Ангелина со временем поменяла свою холодность в сторону Максима Фатеевича на мягкий, периодически светящийся, «мур». Маша поймала себя на мысли, что считает Гелю практически членом семьи.

Серьезные подозрения в сторону мужа и Ангелины, зародились у Маши после банкета в честь года работы четы Нефедовых в университете. Отметив столь важное событие в ресторане, узким кругом, Маша, Максим и Ангелина собрались по домам. Максим Фатеевич вызвался проводить Ангелину. Под предлогом забрать срочно-нужные бумаги на завтра, у координатора из дома все с той же улыбкой мартовского кота на лице Макс сел в такси и закрыл дверь. Появился загадочно улыбающийся муж дома только под утро.

— Тебя долго не было — Довольно спокойным тоном, отметила Маша наливая себе привычный, утренний кофе, собираясь в лабораторию.

— На Джунганг авария случилась, пробка в несколько километров образовалась — Все еще летая где-то в пурпурных облаках ответил Максим.

Машенька заметила столь явную перемену в супруге, однако промолчала. Как видимо зря, дальше-больше. Максим стал все чаще задерживаться в институте, аргументируя задержки большим потоком студентов, индивидуальными занятиями и так далее. Голова Машеньки практически перестала работать, мысли, все больше стала занимала банальная ревность, что выбивала ее как ученого из колеи. Апофеоз настал в момент очередного лабораторного эксперимента. Увидев в очередной раз, ведущих меж собой негромкий диалог Максима и Гелю, уносясь на метле злостных мысли яростной истерии куда-то в глубь сознания, Мария Алексеевна перепутала пробирки серного марганца с порошком магния и в лаборатории раздался несильный, однако очень громкий взрыв.

— Нам нужно поговорить — Приходя в себя от хлопка, проговорила Маша в трубку, набрав номер Ангелины.

— Что-то случилось? — безлико спросила Ангелина

— Скорее «да», чем «нет» — Двояко ответила Мария

— Хорошо. — Согласилась Геля. — Если это не слишком срочно, то давайте тогда часов в девять, ресторанчик на набережной?

— В девять двадцать — Подтвердила Мария Алексеевна, и услышав в ответ одобрительное «ОК» закончила звонок.

Ресторанная вывеска заманивала, красивым неоновым светом, зайдя в просторный зал, Маша сразу увидела Ангелину сидящую за столом с Сангепсалем, где повар уже начал шоу.

— Я решила немного похозяйничать — Приветливо улыбнулась Геля, вставая с места для традиционного поклона.

— Ты знаешь чем угодить — Кланяясь в ответ, мягко, однако немного отстраненно ответила Машенька, безумно полюбившая корейскую кухню и всяческого рода кухонные представления устраиваемые шеф-поварами ресторанов.

Однако сейчас в ней просыпался Немецкий диктатор и Маша всеми силами своего характера, старалась удержать кровожадного шизофреника на месте не давая ему вырваться на волю.

Повар в накрахмаленном колпаке, размеренно постукивал металлическими лопаточками по поверхности открытой печи, подкладывая на раскаленное полотно, разные продукты, периодически жонглируя кухонной утварью.

— Ты хотела что-то спросить — Аккуратно складывая на лист салата, при помощи ха щи кусочек фуа-гра, как бы невзначай поинтересовалась Геля.

Мария Алексеевна задумчиво прожевала только что подцепленный кусочек гуся, сделала большой глоток вина из бокала и без всяких эмоций, смотря ровно на жонглирующего повара спросила:

— У вас с Максом что-то есть?

— Угу. — Ни на секунду не смутившись ответила Ангелина отставляя бокал с вином, так же не отводя взгляда от повара, который в этот момент произвел странный звук при помощи резиновой уточки появившейся из неоткуда.

— Стоит устроить скандал? — Задумчиво, без каких-либо эмоций озвучила Маша.

— А смысл? — На Корейский манер, вопросом на вопрос ответила Ангелина.

— Действительно смысла нет — После небольшой паузы, больше сама себе ответила Машенька. Повар снова крякнул уточкой и подал девушкам очередную порцию только что приготовленного мяса.

— Давай так. С завтрашнего дня у тебя в расчетном листе появится хорошая надбавка. Скажем, за удачное продвижение в разработках. — Резюмировала Ангелина — Работай спокойно.

Немного поразмыслив внутренний диктатор Машеньки, дал добро на такой поворот событий, хотя это ему было абсолютно не присуще. Звякнув бокалами в качестве негласного заключения сделки девушки закончили ужин и разъехались по домам.

Следующий вечер после работы, у четы Нефедовых был особенным. Через несколько дней, мировой календарь раскрывал свою душу красивой цифрой тридцать один. Что могло означать только одно. Наступал самый любимый и яркий праздник года. Уже по сложившейся традиции Макс и Машенька в гостиной под бокал вина, разбирали украшения наряжая пушистую елку.

— Дорогой, у меня вино кончилось — Протягивая бокал улыбнулась Маша.

— Угу — Вставая с ковролина и направляясь за бутылкой на кухню махнул головой Максим. — Ангелина сегодня передала через курьера вино на новогодний банкет. Предлагаю снять пробу.

— Заодно, прихвати сырочек с холодильника и там на нижней полочке апельсиновый конфитюр стоял — Практически превратившись в персидскую кошку «муркнула» вдогонку Маша. Из-под елки раздался звонок телефона. Машенька не задумываясь ответила на входящий. Разговор оказался не долгим.

— Кто звонил? — Протягивая одной рукой наполненный бокал, другой ставя тарелку с сыром прямо на пол, поинтересовался Максим, приземляясь словно «Титаник» на мель, у коробки с елочными игрушками.

— Звонила твоя любовница — Все так же улыбаясь и цепляя зубочисткой с тарелки сыр, ответила Машенька. Максим от неожиданности подавился и негромко крякнул. — Сказала, что завтра заседание кафедры перенесли на два часа раньше — Допивая одним глотком вино продолжила Маша. — Так что я спать.

— Давай доведу тебя до кровати — Взволнованно предложил Максим изрядно подвыпившей жене.

— Геле помоги! — Заплетающимся языком еле выговорила шатающаяся Маша, карабкаясь по ступенькам на второй этаж.

— Машенька ты… — Попытался что-то сказать Максим, но супруга резко остановилась посреди лестницы, прищурив один глаз и приложив палец к губам злобно зашипела в сторону мужа.

Пошатываясь, неровной походкой, Мария Алексеевна взобралась на второй уровень и практически не долетая головой до подушки, отключилась.

Утро не задалось, почему-то Маше было холодно и простыня перекочевала с кровати не понять куда. Точнее на саму Машу, окутав ее всю, словно бабочку, в тугой кокон.

— Брррр! Макс опять кондиционер на ночь не выключил? — Подумала Маша проснувшись от холода, глаза не хотели открываться — Странно, а чего это кровать такой жесткой стала, словно кусок металла? — Продолжала рассуждать пор себя Машенька, все еще до конца не проснувшись. Голова болела, словно вчера весь вечер на ней носили Царь-колокол — Ладно, все равно нужно вставать… — с этой мыслью Маша попыталась резко подняться в сидячее положение. Кажется в этот момент Царь-колокол получил свой знаменитый осколок.

На полпути исполнения трюка под названием «Прими вертикальное положение» что-то металлическое, очень больно ударило Марию в лоб. От неожиданности Маша открыла глаза. Узкое пространство вокруг, напоминало металлический, прямоугольный пенал с искривленного зеркала. Укрытая, по самую макушку, одной простыней Маша была упакована в этот короб словно кукла для отправки в дальнюю страну. На конец, в считанные секунды поняв где находится, в непривычной для себя форме, Маша вдохнула поглубже и завизжала что есть сил. Звук резонировал от металлической поверхности оглушив при этом лежавшую. Показалось прошло неимоверное количество времени прежде чем со стороны затылка раздался характерный щелчок и нижняя часть пенала выехала в просторный зал.

— Рановато ты очнулась. — В поле зрения, на фоне белого потолка с яркими софитами, появилось лицо Ангелины. — Держи, промерзла наверное — Протянув плюшевый халат Геля достала из кармана телефон и набрала номер.

— Я правильно понимаю что это морг? — Надевая халат поинтересовалась Мария Алексеевна.

— Да, пришла в себя — Как-то с середины начала разговор Ангелина — Приезжай, будем вместе объяснять. Жду. — Отключив телефон Геля внимательно посмотрела на Машеньку. — Ты права, это действительно морг, находящийся на территории вашей лаборатории. Официально по бумагам, вчера в пять часов утра и двадцать три минуты, ты ушла в мир иной.

— Как? — Только и смогла вымолвить ни чего не понимающая Маша.

— Пошли, я тебя пока чаем отогрею. — неопределенно ответила Геля.

— Еле перебирая отекшими ногами, Машенька двинулась следом за Ангелиной. Дойдя до собственного кабинета, упав в любимое кресло и немного расслабившись, Мария Алексеевна вдруг поняла что ее бьет не человеческий озноб.

— В заключении патологоанатома, корейским по белому написано: — «Остановка сердца, в связи с переутомлением», Кстати сказать, довольно распространенная формулировка на территории страны. — Наливая, так полюбившийся, зеленый чай с жареным рисом в чашку Маше, продолжила начатый в морге разговор Ангелина.

— Спасибо что не вскрыли — Делая большой глоток из чашки съерничала Маша.

— Твое вскрытие не входило в дальнейший план действий. — Как обычно, в своей монотонной манере, ответила Геля. — Остальное тебе расскажет Макс. — Поворачивая голову на открывшуюся входную дверь тут же закончила координатор.

— Машенька! Дорогая! Я так волновался! — К ногам Марии Алексеевны бросился Максим Фатеевич.

— Я почему-то была уверена, что тебя обрадует моя кончина — Тут же включился внутренний Фюрер Маши, которого она не успела поймать на этот раз.

— С чего ты это взяла? — Не понял вцепившись в колени любимой супруги удивленный Макс. Немного осекшись Маша посмотрела в сторону Ангелины.

— Но как же… — Максим Фатеевич проследил за взглядом жены.

— Что? Да ты с ума сошла! — Возмутился супруг догадавшись о чем идет речь. Закрыв глаза, выдохнув. Словно дракон у ног принцессы Максим начал повествование…

— В тот вечер, после банкета, как ты помнишь, я поехал провожать Ангелину. Дорогу нашему такси перегородил черный джип, из него вышло несколько людей в строгих костюмах. Как впоследствии оказалось, это были представители секретной службы Корейского правительства. — Макс уперся лбом в коленки Машеньки. — Не буду долго рассусоливать, в общем эти люди предложили мне работать на их бюро. В обмен на наши с тобой разработки и итоговый экземпляр получившегося препарата мне предложили не маленькую сумму. Естественно я согласился. Мне пришлось подписать параллельный контракт. Оформление заняло какое-то время. Поэтому и приехал я под утро.

— Но у тебя было такое счастливое лицо! — Попыталась наивно оправдаться Маша.

— Любимая! Если бы ты увидела ту цифру которую мне предложили эти господа. Больше чем уверен ты бы сейчас светилась как лампочка накаливания в пике.

— Макс! Это же предательство собственной страны! Да что там страны, это предательство самого себя. — Только и смогла, удивленно произнести ошарашенная такой информацией Маша.

— Согласен с тобой. — Кивнул головой Максим Фатеевич — Однако, я вспомнил как ты была счастлива въезжая в апартаменты предоставленные Университетом и абсолютно не забыл ту самую комнатку в которой мы жили при НИИ. Денег заплатили очень много. Нам хватит на безбедную старость. Да что там нам! Нашим внукам, при условии что они вырастут оболтусами и не будут работать от слова «никогда», хватит на шикарную старость. А Ангелина стала проводником между мной и бюро.

Маша посмотрела на Гелю не понимающим взглядом

— Но я же тебя спрашивала.

— Вспомни как ты спросила? — Все так же спокойно, на свой манер ответила вопросом на вопрос Геля. Немного поразмыслив Мария Алексеевна ответила:

— Я спросила, есть ли у вас с Максом любовная связь.

— Нет. Фраза звучала как есть ли у нас с Максом «что-то»? А «что-то» у нас действительно есть. И это «Что-то» — работа на бюро. Маша смотрела на Ангелину и Макса. Через пару минут осознав всю глубину своих заблуждений она только и смогла сказать что:

— Макс, мне так стыдно. — По щеке Марии потекла слеза.

— Не плачь дорогая все будет хо…

Не успел Макс договорить фразу как именно в этот момент из глубин ранимой души Машеньки Нефедовой, по щербатой лестнице, быстрым шагом, в галифе и неизменных, начищенных до зеркального блеска военных сапогах, вырвался наружу диктатор. Слезы резко высохли, а в голосе появилась маниакальная нотка.

— Стоп карусель! А убивать меня на кой черт понадобилось?

На секунду, от неожиданно заданного вопроса, Макс и Геля превратились в двух большеглазых, моргающих кукол. Первой из ступора вышла Ангелина.

— Боюсь в этой ситуации виноваты мы с тобой.

— Как это? — Не поняла Маша.

— С момента подписания контракта Максом с бюро, за всем его окружением была установлена группа наблюдения — Ангелина отставила остывшую чашку. — Назначенная тобой встреча, для выяснения отношений была принята руководством как прямая угроза по исполнению условий контракта. Я сама не знала, но распоряжение сверху было отдано еще до нашего с тобой ужина. оно было однозначным — «Ликвидировать». — Машенька, немного приоткрыв рот, удивленно смотрела на Гелю. — Не смотри на меня так — Ангелина смущенно отпила из чашки. — У меня в бюро есть подруга, так скажем «приближенная к верхам», она-то мне и сообщила о данном распоряжении. Я сделала все что смогла, экстренно посовещавшись с Максом мы придумали как тебя обезопасить. Прямо в ресторане я дала тебе противоядие, а Макс подлил эмульсию для имитации твоей смерти дома в вино.

— А я то думаю! Почему мне от двух бокалов так спать захотелось. — Машенька грозно взглянула на мужа.

Макс все так же сидел на корточках вцепившись в колени любимой супруги и лишь изредка кивая головой подтверждал все сказанное Ангелиной.

— Так, а дальше-то что? — Уже глубоко-заинтересовано, почти вышедшая из ступора, спросила Мария.

— Завтра твое тело оформят, и отправят спецбортом обратно в Россию. — Продолжил Макс. Там будет организованы похороны и кремация. Через три дня с тобой свяжется человек, который привезет новые документы и билеты.

— Какие билеты? — Вновь не поняла Мария Алексеевна.

На самолет дорогая, на са-мо-лет — Откидываясь на рабочем кресле констатировала Ангелина.

Внутри Машеньки снова принялся чеканить, военной походкой злобный диктатор.

— А далеко ль этот самолет собрался? — С некой тревогой в голосе, немного закипая, словно маленький чайник со свистком выпуская понемногу пар уточнила Маша.

— Мэри-Клер Нильсон, дочери Кубинских эмигрантов, абсолютно не пристоило жить на территории Российской Федерации — Подмигнула Ангелина Маше — А по всему выше изложенному, жить она будет на острове Комодо, в небольшом особнячке, скромных двухстах квадратных метрах с собственным бассейном. — Машенька немного остыла прикидывая перспективу.

— А как же Максим Фатеевич? — Глядя на любимого мужа, глазами которые вот-вот наполнятся нескончаемым потоком слез, прошептала Маша.

— К сожалению как минимум до конца контракта с «Ён Сё» Максим не сможет покинуть территорию Кореи. — Подтвердила печальную догадку Ангелина.

— Это же еще почти три года. — Совсем поникла Маша

— Мы что-нибудь придумаем — Успокоил супругу Макс.

За дверью лаборатории раздался еле различимый шорох. С нетипичной для себя скоростью, Ангелина буквально в один прыжок оказалась возле выхода, нажала на ручку и выглянула наружу, за дверью раздались торопливые удаляющиеся шаги. Геля кинулась в сторону звука. Спустя несколько минут на пороге появилась координатор держа за ухо, как нашкодившего котенка, молодого лаборанта. Судя по раскрасневшемуся лицу парня можно было сделать вывод, что по дороге, обратно в лабораторию, он как минимум выслушал лекцию о неприличии подслушивания под дверью.

— А теперь, молодой человек, мы все хотели бы услышать вашу версию дошедшей до вас информации, а точнее ее количество — Сажая лаборанта на стул и отпуская ухо бедолаги, грозно поинтересовалась Ангелина. Все еще красный, не то от стыда, не то от забега по коридору лаборатории, парень потупил взор. — Я вас слушаю молодой человек! — Словно учитель над первоклассником, нависла Ангелина над лаборантом.

— Почти всё — Куда-то себе под нос, практически прошептал парень.

— И что мне теперь прикажете с вами делать? — Отходя к чайным принадлежностям и наливая чай в новую чашку, наигранно-строго спросила Геля. Лаборант молча сопел, опустив взгляд в коленки. — Я жду ответа. — Все также театрально интересовалась Ангелина, ставя чашку перед парнем.

— Я, не знаю. — Подымая глаза и косясь на чашку, по-детски, наивно, ответил лаборант.

— Обещайте мне, молодой человек, — Геля глянула на парнишку так, что казалось еще секунда и он самовоспламениться — все что услышали, ни под каким предлогом вы никому не расскажите?

— Обещаю! — Чуть не плача, замахал головой перепуганный парень.

— Вот и замечательно — Резко поменяв строгий тон на мило девичий, улыбнулась координатор. — А теперь, выпейте с нами примирительного чая и разойдемся, каждый по своим делам, добрыми друзьями.

Парень так был перепуган всем произошедшим, что одним глотком выпил предложенную ему чашку и выскочил из лаборатории словно ошпаренный.

— Что это было? — Очень спокойно поинтересовалась Маша.

— Метод воздействия на неокрепшую психику молодого поколения — Также спокойно ответила Геля

— Я не о диалоге — Немного улыбнувшись переспросила Нефедова наклонив голову влево.

— Ааа! Ты все таки заметила — забирая чашку лаборанта со стола, резюмировала Геля — Это был амнезийный порошок, наша разработка, пятилетней давности, работает отменно.

— Не понял? — Включился в разговор удивленный Макс.

— А что тут непонятного? — Ставя на сушилку помытую кружку, как всегда по своему обыденнью, ответила вопросом на вопрос Геля — Через двадцать минут парень захочет жутко спать, а проснувшись, даже и не вспомнит какого цвета белье он сегодня утром надевал. — Нефедов смотрел на координатора молча, только широко распахнутые глаза выдавали в нем небольшую толику тревоги. — Я только подстраховалась — Успокоила Максима Ангелина, прочитав столь неоднозначную реакцию на лице подопечного.

— Все это конечно замечательно, но все таки что со мной? — Довольно четко и быстро переключила тему разговора Маша.

— А что с тобой? — Снова переспросила Геля — У вас с Максимом Фатеевичем осталось три часа на прощание, я пока пойду подготовлю для тебя средство передвижения, полет предстоит не близкий. Жду вас в морге к десяти.

Аккуратно закрыв за собой входную дверь Ангелина исчезла из поля зрения.

Ровно в десять на территории морга, возле большого, металлического гроба, больше напоминающего ящик для перевозки музыкального оборудования, стояли трое. Печальный Максим Фатеевич, все так же завернутая в плюшевый халат Мария Алексеевна и координатор Ангелина.

Он же металлический — Только и смогла вымолвить Маша.

— Не переживай, изнутри гроб утеплен, все таки тебе лететь больше восьми часов. — Успокоила Машу Ангелина.

— Лежа! Больше восьми часов! Я не выдержу — Взмолилась Маша. — А нельзя как-нибудь сидя?

— Как ты себе это представляешь? — В очередной раз переспросила Ангелина — Замажем тебя по пояс гипсом и скажем, что Максим Фатеевич жмот, сэкономил на памятнике? По бумагам ты труп, вот и поедешь со всеми удобствами как положено остывшему телу, уж извини, по другому не выйдет.

В коридоре раздались чеканные шаги.

— Быстро в гроб! Максим Фатеевич! В зал с холодильниками! — Скомандовала координатор.

Спустя два, с небольшим года, на деревянном причале, стояли трое. Хрупкая дама с длинными волосами цвета льна, задорно развевающимися по ветру, крупная малазийка в возрасте, с красивым лицо обрамленным непонятной конструкцией, намотанной на голове из цветастого платка и маленький, светловолосый мальчик, с неимоверно синими глазами.

— Мисс Нильсон, Герберту пора обедать — обратилась няня к Мэри-Клэр

— Сегодня особый день Ни Кадек — Аккуратно массируя, то и дело немного онемевшие от волнения, костяшки пальцев рук, ответила Мэри-Клэр. — Обед может немного подождать. Я слишком долго не видела своего любимого мужа. На горизонте показался яростно несущаяся, белоснежная яхта.

— Мисс Нильсон, простите за назойливость — Ни Кадек немного замялась. однако подумав все таки собрала всю смелость и спросила — А я могу не понравится мистеру Нильсону, ну в качестве няни для его сына?

— Мэри-Клэр посмотрела очень теплым взглядом на няню. — Помощница смутилась, однако аргументировала свои переживания — Просто вы с мистером Нильсоном очень образованные, а я даже школу толком не окончила, боюсь что ваш муж не потерпит такую няню для своего сына.

Мэри-Клэр нежно, словно собственную маму обняла за плечи держащую на руках маленького Герберта, помощницу.

— Ни Кадек не волнуйся, поверь сейчас для мистера Нильсона главным сюрпризом будет далеко не любящая, добрая и отзывчивая няня — С невероятной любовью в глазах, Мэри-Клэр погладила растрепавшуюся, светловолосую голову сына.

К берегу, наконец-то причалила яхта. Крупный, схожий по форме с горой мужчина в хлопковом летнем костюме цвета топленого молока, все время поправляя, сдуваемые ветром на лоб, задорные кудряшки спустился с трапа на пирс.

— Машенька! — Чуть не расплакавшись воскликнул большой мужчина, на незнакомом для Ни Кадек языке. Хозяйка почему-то одновременно улыбаясь и плача бросилась в объятья человека-горы. Спустя несколько минут мисс Нильсон нежно держа за руку, подвела большого человека к помощнице.

— Познакомься Кларк, это Ни Кадек — Большой человек с недоумением смотрел на помощницу.

— У нас теперь есть слуги? — Удивленно спросил мистер Нильсон, не отрывая взгляда от маленького мальчика уютно устроившегося на руках крупной женщины.

— Я бы попросила тебя, не называть Ни Кадек прислугой — Мягко но четко озвучила свою позицию Мэри-Клэр — Это моя помощница по дому, она же присматривает за твоим сыном. Мальчик посмотрел бездонно-синими глазами на большого человека.

— Сына? — Удивился Кларк — Но когда?

— Когда? Когда! — По перехваченной у Ангелины привычке, ответила Мэри-Клэр — В морге.

Мистер Нильсон не верил своим ушам. Собрав все эмоции в кулак, он аккуратно наклонился над мальчиком.

— Как тебя зовут? — Протягивая мизинец, немного дрожащей руки малышу, спросил большой человек. Мальчик смутился, однако немного подумав ухватился маленькой ручкой за предложенный палец и ответил

— Мея зовут Гелбелд! А ты кто?

От улыбки, лицо человека-горы стало похоже на Чеширского кота

— А я твой папа — Уже не сдерживая слез ответил Кларк…

По сказочному, розовому песку, на фоне садящегося за ярко-бирюзовый горизонт солнца, в сторону машины, двигались четыре фигуры.

Остров кукол

…Открыв глаза, в первую минуту Вера не поняла где находится. Сквозь большие пальмовые листья проглядывалось, красивое голубое небо подернутое розовым закатом. Все тело неприятно ныло, словно по нему проехали асфальтоукладчиком. Попытка принять сидячее положение, отозвалось ужасной болью сконцентрировавшись где-то в районе солнечного сплетения. Движение головой моментально отозвалось разрядным ударом молнии вонзившийся в затылок, зацепив по дороге левое бедро…

Верочка Шилинберг была долгожданной, любимой и единственной дочерью своего папы. Небезызвестного в узких кругах нефтяных магнатов — Марка Ибрагимовича Шилинберга. К прискорбию Марка Ибрагимовича, горячо любимая супруга Розочка, покинула сей мир сразу же после родов. По сему все залежи любви добра и семейной теплоты просыпались именно на Веру. Надо отдать должное, при всем изобилии чувств и эмоций излучаемых единственным родителем, Верочка выросла достаточно не избалованной, рассудительной и очень образованной девушкой. К двадцати пяти годам Вера Марковна получила два высших образования и место заместителя собственного родителя в семейном холдинге. Чему несомненно, особо обрадовался свежей приобретенный Верой супруг — «Петруша». Однако перенять опыт любимого предка в полной мере девушке не удалось. Только Вера Марковна познала тонкости управления персоналом и ведения переговоров на уровне секретных знаний «пшелвон» и «хренакорня», как Марк Ибрагимович распорядился долго жить и удалился на безвозвратную встречу с любимой супругой. Не забыв при этом отписать все движимое и недвижимое имущество, единственной родной звездочке — Вере. Чем, несомненно, в очередной раз порадовал зятя Петрушу, одновременно доведя до легкого инфаркта своих, очень дальних родственников.

К слову о Петруше.

Петр Иванович Русаков — Уроженец столицы нашей родины, обладатель шикарной копны волос цвета молодой пшеницы, формированного спортзалом, не без помощи тренера Эдички, торсом Аполлона Бельведерского и характера соответствующего фамилии. Собственно до Петра Ивановича мешал допрыгнуть тот самый характер, а манеры и амбиции молодого человека, построили тот самый чудный, однако очень скользкий пандус ведущий непосредственно к Петруше. Избалованный женским вниманием, с юных лет Петруша знал, что является русской версией известного на весь мир мальчика-куклы. Соответственно форма жизни и отношение к окружающим его людям за двадцать с «хвостиком» лет осознанной жизни, сложились наравне само выдвинутому статусу «прЫнца». Куда уж смотрела рассудительная Верочка при выборе спутника, история умалчивает.

Сразу после пышных похорон глубокоуважаемого Марка Ибрагимовича, Федор Михайлович — адвокат, он же нотариус, он же блюститель всех юридических дел семьи, собрав всех срочно прибывших скорбящих родственников, в довольно не маленьком кабинете усопшего, огласил завещание. Содержание которого организовало массовый микроинфаркт всем присутствующим. Небольшой текст на листе формата а четыре, гласил заверенный «Все движемое и недвижемое имущество бесповоротно отходит любимой дочери!» Также в документе упоминалась небольшая вилла на территории Гватемалы, которая как ни показалось странным для присутствующих, тоже отходила Верочке. После оглашения столь краткого распоряжения Марка Ибрагимовича, кортеж и нескольких карет «Скорой помощи» увез душевно страдающих о кончине родственника в аэропорт, а Верочка принялась за дела насущные.

— Петруш, собирай чемодан вечером вылетаем — Выходя из кабинета отца, сообщила Вера Марковна мужу.

— Верунчик! Куда опять? — Гнусаво растягивая фразы, словно кисейная барышня не желавшая ехать на смотрины к жениху, заранее зная что предлагаемому экземпляру завтра исполняется девяносто девять лет, поинтересовался Петруша.

— Поедем смотреть виллу. — Набирая номер секретаря, сообщила новость Верочка Петруше — Честно говоря после событий последней недели у меня голова идет кругом.

— Ммммм — Снова за гундосил муж — Пуся! Какие виллы? Завтра вечером я не могу, у меня тренировка, а потом бассейн и массаж у Эдички — Проходя мимо большого зеркала висящего в холле на стене, Петруша притормозил чтоб полюбоваться собственными трицепсами.

— Петя! Вилы я тебе выдам прямо сейчас и отправлю чистить сад, если ты не пойдешь собирать чемодан. — Устало ответила Верочка супругу. — Алло Тамара? Да, я, угу хорошо, пусть подождут, через двадцать минут буду в офисе. Да и закажи мне пожалуйста на завтрашний вечерний рейс до Гватемалы два билета, второй на мужа. Хорошо, еду.

— Веруня! Какая Гваделупа? — Не унимался муж, догоняя Верочку уже возле машины — Я же говорю у меня завтра бассейн!

Остановившись на секунду возле распахнутой двери служебного авто, прикрыв глаза, Вера Марковна выдохнула. Последнее время муж стал как-то странно вести себя по отношению к Верочке.

— Петруша! — Спокойным, однако очень четким тоном, чеканя каждое слово начала Вера — Во-первых не Гваделупа, а Гватемала, во-вторых это не обсуждается! В конце концов поплаваешь в океане — Немного ослабив тон Верочка закончила фразу, села в машину и уехала в офис.

Спустя двадцать минут, пробившись сквозь плотный поток авто на трассе и такой же, по загруженности, водопад сообщений от родственников содержания примерно:

— «Какая же ты дрянь!»

— «Все отграбастала! Ты обязана с нами делиться!» и

— «Мы этого так не оставим!»

Вера Марковна зашла в кабинет для переговоров, где ее уже ожидали не менее интересные новости в виде папиных партнеров, желающих отхватить кусок покрупнее от горячего пирога, пока на распределении стоит новенькая, молоденькая в каких-то моментах ничего не понимающая девушка. Однако Верочка не зря была папиной дочкой.

— Вера Марковна, я все же предлагаю распределить часть акционных активов меж нами, так сказать основными акционерами холдинга, — начал с самого прога Давид — иначе боюсь при нынешних раскладах, мы можем потерять большую часть компании — сидя в дальнем углу переговорного стола, нервно покручивая золотой «Паркер» в руках, вещал пламенную речь глава отдела сбыта — Давид Яковлевич Мыш. Давно метящий на президентское место в холдинге.

— Давид Яковлевич, для начала, подобные вопросы не принимаются с бухты-барахты — Вере стоило больших усилий разговаривать спокойно и выдержано с данным субъектом. Она давно приметила на сколько рьяно Давид готов скакать по головам ради уютного кресла — Завтра вечером мне нужно срочно удалится из страны по собственным делам. Вернутся планирую через неделю, вот тогда мы с вами соберемся и примем внятное решение по данному вопросу.

— Вера Марковна Как же завтра вечером? В среду подписание контракта на поставку в Бахрейн, кто будет подписывать? — Скромно заволновался суховатый, пожилой мужчина в аккуратных, золотых очка тонкой оправы, занимавший кресло с правой стороны от Веры.

— Уважаемый Степан Аристархович вот вы и подпишите. Не переживайте, во время подписания я буду поддерживать вас он-лайн трансляцией — Заботливо, словно драгоценному родственнику, сообщила с улыбкой новость Вера Марковна — За одно и подмените меня эту неделю.

— Я? Но как же? — Еще больше смутился старичок.

— Вы, вы, Степан Аристархович. К сожалению по итогам сегодняшнего заседания, я сделала вывод что лучшей кандидатуры на эту роль мне не найти. Более того много лет вы являлись заместителем моего папы, а соответственно продолжаете занимать данный пост, согласно штатному расписанию — Все так же улыбаясь продолжила Вера — Одна лишь разница, теперь, вашим непосредственным начальником является не скоропостижно почивший Марк Ибрагимович, а я — Развернув лицо к сидящим за столом и резко убрав улыбку с лица, закончила пояснения Вера Марковна.

На короткий момент, Вере показалось что из дальнего угла стола, ровно с места главы отдела сбыта, раздался хруст несчастного «Паркера» сопровождаемый звуком закипающего чайника.

— Если вопросов ко мне больше нет, то заседание прошу считать оконченным — В переговорной стояла ледяная тишина. Выждав секундную паузу Вера продолжила — Вот и замечательно, все свободны.

Степан Аристархович Куртузинский — Имел высшее инженерное образование в нефтегазовой промышленности. Однако последние пару десятков лет являлся правой рукой, надежной поддержкой и опорой, а по совместительству близким другом усопшего Марка Ибрагимовича. Не смотря на тщедушный и даже где-то папирусный вид, это был четко мыслящий стратег с каменными устоями понимания, дружбы, ответственности и преданности своему делу. С самого детства Верочка знала — дяде Степе можно доверить даже собственную жизнь, не говоря уже об управлении холдингом какую-то неделю.

Утро следующего дня получилось каким-то заполошенным, суетливым и приторно-насыщенным на неопределенные ситуации. С начала не мог найтись Верочкин чемодан. Оказалось что после недавней поездки у поклажи сломалось колесико и его отдали в ремонт. Потом, повар пересолил скрембл, далее последовал звонок от секретаря, а вскоре и из авиакомпании, где представитель заикаясь пролепетал что-то неразборчивое по типу:

— Простите мадам но на сегодня все рейсы переполнены

На что, естественно получил инструкцию, как добраться до семнадцатой параллели абсолютно не прибегая к помощи какого-либо транспортного средства, а также краткое описание языческого ритуала, который несомненно будет проведен над генеральным директором компании если сегодня Вера Марковна со своим багажом и супругом в придачу, не попадет на территорию перешейка между Мексикой и Никарагуа. Как ни странно данная тирада возымела магическую силу. Через два часа после разговора, на взлетной полосе Верочку, Петрушу и новый чемодан. ожидал небольшой, но очень уютный Джет направлением до Гватемалы. Так к моменту взлета, уставшая, словно проработавшая весь день на угольных раскопках Вера, вытянув ноги вдоль комфортабельного кресла, выпив бокал шампанского, тихонько заснула под очередной гундеж мужа.

Чудный сон Веры прервал легкий толчок снизу. Самолет произвел посадку в залитом солнцем аэропорту «Пуэрто Сан-Хосе». На взлетной полосе Верочку и Петрушу уже ожидал, красивый, словно отлитый из из черного стекла лимузин. Под стать авто выглядел и водитель, доброжелательно открывший заднюю дверь «Титаника» на колесах и принявший багаж. Казалось о стрелки на его брюках можно порезаться, а белые перчатки создавали впечатление сияющего фарфора.

Спустя некоторое время зеркальный «Титаник» пришвартовался у так называемого парадного входа в новое недвижимое имущество Веры Марковны. Первый момент даже у видавшей виды Верочки сложилось впечатление, что Луи Лево и Жюль Ардуэн-Мансар не успев достроить «Версаль» взялись за постройку данной виллы, добавив в нее некие нотки Марокканского веянья, обработав помпезные входные ступени веселенькой глиняной плиткой разрисованной яркими цветами.

— Добрый день мадам. Меня зовут Луис, я — управляющий виллой, а так же ваш помощник в любых вопросах — Представился Верочке, элегантный мулат в классическом костюме — Мосье — Все так же выдержанно, с вытянутой спиной, словно вместо позвоночника у него был металлический прут, Луис развернулся к Петруше учтиво кивнув головой.

— Добрый день Луис. Я Вера, это мой супруг Петр — Так же учтиво кивнув головой в ответ представилась Вера Марковна

— Соболезную вашему горю — Пропуская вперед себя Веру и Петрушу, легким движением руки Луис отдал распоряжение водителю, куда нести только что выгруженный багаж — Мы все очень скорбим об уходе мистера Шилинберга.

— Благодарю вас за сочувствие — Кивнула в ответ Вера, ступая на светлый ковер с высоким ворсом расстеленный по всей площади довольно открытого и воздушного холла

— Разрешите, я проведу вам краткую экскурсию по дому? — Все еще соблюдая китайские церемонии поинтересовался Луис

— Верунчик! — Вновь загундось за спиной супруг

— Да Петруша. — Вера подала легкий знак Луису, остановится и повернулась к мужу — Что-то случилось?

— Пуся, ну у меня же по расписанию бассейн — Скривил в некрасивую гримасу красивое лицо Петруша.

— Ах, да. Извини. — Верочка вновь развернулась к управляющему — Любезный Луис проводите моего супруга к бассейну, надеюсь таковое приспособление имеется на территории этого музея — улыбнувшись поинтересовалась новая хозяйка, — а то у него расписание.

— Да, конечно мадам — Улыбнулся в ответ помощник — Если вы не против, его проводит Соманта, она как раз шла в ту сторону.

Рядом с Верочкой словно гриб из-под земли выросла кругленькая дама, средних лет. Невысокого роста, с белой наколкой на уложенной в тугой пучок прическе и пачкой пушистых полотенец в руках.

Прошу за мной — Коротко обратилась дама к Петруше. Обрадованный супруг словно маленький мальчик практически вприпрыжку поскакал следом за Сомантой.

— Тут есть спорт зал? — Поинтересовалась Верочка — Для Петра это важно.

— Да, конечно мадам, пойдемте я все вам покажу — Луис элегантно изобразил приглашающий жест в сторону террасы виднеющейся в конце просторного холла.

Вилла оказалась неимоверных размеров и включала в себя не только бассейн, столовую и множество гостевых и хозяйских спален. А также, к огромной радости Верочки неописуемых размеров гардеробную, кабинет, собственную библиотеку, сауну и кучу технических помещений. Что бы осмотреть дом Луису и Вере понадобилось порядка двух часов.

— Мадам, по указанию покойного мистера Шилинберга, я должен вам показать еще несколько важных помещений — Довольно не громко однако с нотками настойчивости произнес управляющий, уставшей бродить по запутанным коридорам Верочке.

— Это обязательно сделать именно сегодня? — С слабой надеждой в голосе уточнила Вера.

— Да мадам, это очень важные для вас помещения. — Загадочно произнес Луис.

— Ну, коли так важно, тогда пойдемте. — Обреченно вздохнула Вера и поплелась следом за управляющим.

Вернувшись в рабочий кабинет, помощник как вкопанный остановился возле громоздкого, дубового стола возвышающегося на неком пьедестале.

— Папин кабинет? Мы же тут были. — Удивилась Вера Марковна

— Вы правы мадам, — кивнул в ответ Луис — вот только… — Не договорив управляющий нажал на поверхность стола в левом верхнем углу. Со стороны двери раздался характерный щелчок закрывающегося замка, а из под столешницы мягко выехала приборная панель, больше напоминающая пульт управления космическим кораблем из фантазийного фильма Люка Бессона.

— Это что? — Приподняв правую бровь, немного заикаясь только и смогла вымолвить Верочка.

Луис подошел к панели с рабочей стороны.

— Это мадам, ваша личная система безопасности — Управляющий нажал несколько кнопок на виртуальной клавиатуре. Над столом появился экран разбитый на сектора — Позвольте ваш телефон на минутку пожалуйста — Попросил Луис.

Вера как загипнотизированная протянула гаджет помощнику Подключив телефон к какому-то проводу, пальцы Луиса быстро забегали по виртуальной клавиатуре.

— В доме имеются видеокамеры, все они передают сигнал в комнату охраны, однако есть еще несколько, которыми пользовался только мистер Шиленберг, а теперь будете пользоваться и вы — Пояснил ситуацию Луис вернув телефон все еще удивленной Вере.

— Вижу Петра у бассейна. — Опустив глаза в телефон, констатировала находку на экране Верочка.

— Абсолютно верно мадам. — Подтвердил управляющий. — А если вы нажмете вот эту кнопочку — Аккуратно обработанный, изящный, словно у пианиста палец ткнул на маленький значок в углу экрана — то еще и услышите его. — По комнате разнесся звук поющих птиц и плескания воды. — Помимо всего прочего мистер Марк предусмотрел еще одну меру безопасности — Луис вновь вернулся к «Пульту управления полетами» и нажал очередную виртуальную кнопку.

С левой, от стола стороны, произошло некое движение. Повернув голову в сторону звука Верочка увидела, что один из внешне тяжелых шкафов заполненных книгами, легко, словно лебединое перышко на ветру отъехал от стены тем самым открывая доступ в еще одно помещение.

— Прошу за мной мадам — Исчезая в проеме, позвал Луис.

Немного не уверенно Вера заглянула за открывшуюся створку. Взгляду открылась просторная комната, оборудованная всем что нужно для жизни. Рабочий стол, кровать небольшая ниша для хранения вещей, санузел и даже скромный холодильник. Единственное что отличало эту комнату от других, было полное отсутствие окон, что в принципе компенсировалось обильным количеством искусственного света.

— Это что? — Стоя посреди комнаты, задала вопрос Вера Марковна, больше для себя чем для получения ответа. Однако полученный ответ оказался совершенно неожиданным.

— Бронированный бункер — не поведя ни единой мышцей на лице выдал управляющий — Более того, если вы пройдете за мной… Не договорив фразу, Луис зашел в нишу. Стараясь уже ни чему не удивляться Вера шагнула вслед за помощником.

На сей раз, потянув за один из трех прибитых к стене крючков для одежды помощник открыл неширокий проход, больше похожий на экстренный выход при пожаре. От самой двери, меж узкого проема, убегая куда-то вниз вело несметное количество ступенек. Следуя за Луисом, по узкому, пропахшему пылью проходу, спустя несколько минут Вера оказалась в саду недалеко от центрального входа в дом. Выход оказался мастерски замаскирован под небольшую античную беседку, с более широкими, чем положенно, колоннами густо окутанными плющем, собственно одна такая колонна и таила в себе дверь.

— Не понимаю зачем это все? — Выбравшись на воздух, продолжала удивляться Вера.

— Не имею догадок мадам, однако это было посмертное распоряжение мистера Шиленберга, ознакомить вас — Отряхнув от пыли пиджак, ответил Луис — Я лишь исполняю волю усопшего. Управляющий сделал приглашающий жест, пройтись по аккуратно вымощенной дорожке, ведущей через весь сад обратно к дому.

— Как давно вы служите в этом доме — Верочка решила немного отвлечься от роящихся в ее голове мыслей и сменить тему.

— Порядка тридцати лет — продолжая неспешно шагать по дорожке, ответил Луис — Полагаю мадам захочет сменит персонал? — На прямую, однако очень тактично поинтересовался управляющий.

— Хм… — Вера, резко остановилась, возле очередного гипсового изваяния в виде ангелочка, возвышающегося на пьедестале у аккуратно стриженной, живой изгороди и постаралась придать лицу грозный вид — Скажите мне любезный Луис, я похожа на полоумную?

— Нет мадам! — Моментально ответил управляющий, в первый раз за все время, немного опешив от заданного вопроса.

— Вот и прекрасно — улыбнулась Вера — тогда с чего бы мне, вполне вменяемой даме менять сработавшийся, хорошо обученный персонал неизвестно на кого?

— Я понял вас — немного расслабившись, Луис продолжил свой путь по дорожке, не забывая придерживать новую хозяйку аккурат под локоть.

Так за непринужденным разговором, парочка добрела до входа на виллу.

Обед будет подан через сорок минут в каминный зал — сообщил Луис Вере Марковне и скрылся за очередным вазоном с благоухающими, на весь холл, цветами.

К концу замечательного обеда на пороге столовой, снова появился управляющий.

— Мадам, днем пришла почта, я взял на себя смелость разобрать ее для вас. — Все так же сдержанно, отрапортовал Луис, держа в руках лаконичный конверт черного цвета, украшенный золотой монограммой в уголке.

— Что же там такого примечательного вы нашли? — Откладывая в сторону салфетку, заинтересовалась Вера принесенным посланием.

— Я решил что именно этот конверт вам будет необходим на сегодняшний вечер. — Загадочно сообщил управляющий протянув послание Вере Марковне.

— На поверку конверт оказался очень приятным на ощупь, напоминая текстурой прессованный шелк.

— Что-то интересное? — Как бы невзначай спросил Петруша с сверкающими глазами — Надеюсь это какой-либо приглашение.

Содержимое же действительно было очень занимательным.

— Ты прав. Нас действительно приглашают на вечеринку, в закрытый клуб местных держателей нефтяных верфей. Так сказать для знакомства. — Подтвердила догадку мужа Верочка.

— Клуб это хорошо, а то я так умаялся сегодня, бассейн все же выматывает — снова законючил Петруша выбираясь из-за стола — Блэк-тай? — на всякий случай, капризно уточнил муж практически в дверях каминной.

— Угу — утвердительно махнула головой Верочка, допивая кофе, с красивой, фарфоровой чашки.

— Пойду достану смокинг. — Сообщил Петруша скрываясь из вида.

Вечером того же дня, Верочка в великолепном черном платье с приличным шлейфом, прикрытыми плечами, горжеткой из баргузина, поблескивая массивными шандельерами в ушах и Петруша в смокинге, с лицом обиженного манекена. На черном, отполированном практически до зеркального блеска авто, подъехали к невероятному особняку. Центральная лестница встречала гостей красной дорожкой освещенной по сторонам широкими, одновременно плоскими, металлическими чашами в которых полыхал открытый огонь. Улыбающийся персонал при всем своем радушии был вытянут по стойке «смирно» и работал словно четко отлаженный механизм Швейцарских часов. В дверях особняка Веру и Петрушу встречал сам хозяин раута — мистер Хоакин Кортез и его красавица супруга — Мирэй. Закончив все принятые китайские церемонии, приветствий и знакомств, получив от персонала по бокалу игристого, Вера и Петруша растворились друг от друга по разным сторонам, в находящихся на рауте людях.

— Мадам, вы великолепно выглядите. — Услышала у себя над ухом, сквозь легкий отголосок играющего на сцене джаз-бенда голос, Вера Марковна.

— Благодарю вас. — Автоматически ответила незнакомому тембру Вера, аккуратно поворачиваясь. На поверку, хозяином голоса оказался господин Кортез.

— Надеюсь вам нравится? — Поинтересовался Хоакин.

— Что именно? — Не понимая вопроса уточнила Вера.

— Этот раут был организован специально для вас и вашего супруга. Не поймите превратно, — увидев удивление в глазах Верочки мистер Кортез постарался исправить сложившуюся, двоякую ситуацию — я очень долго знаю, точнее знал, вашего «папа» и он также состоял в моем клубе.

— Пока немного недопонимаю. — Честно призналась Верочка.

— Сегодняшний вечер, некая инициация, или если хотите, передача членского билета вам как наследнице. Все участники клуба собрались чтобы лично вас поприветствовать. Не пугайтесь это всего лишь принятые нормы этикета нашего сообщества.

— Ах, вот оно что! — Наконец поняла суть происходящего Вера Марковна, немного улыбнувшись. Однако сей жест был ранним. Хоакин замялся, показывая всем видом что хотел что-то обсудить. Верочка вопросительно посмотрела на хозяина клуба, понимая что в этих стенах собрались такие акулы бизнеса, что смущаться они просто не умеют от природы.

— Могу ли я переговорить с вами? — Все еще играя роль неуверенного в себе подростка, задал вопрос мистер Кортез, чем еще больше озадачил Веру Марковну.

— Пожалуйста. — Вере стало интересно, к чему так долго подбирается Хоакин.

— Дело в том что с вашим «папа», — начал «из-за печки» Кортез — был заключен долгосрочный договор на экспорт сырья, однако сейчас компанией управляете вы, — Хоакин выдержал МХАТовскую паузу и продолжил — соответственно нужно переделать бумаги. Естественно при вашем положительном решении продолжить сотрудничество

— Ах вот оно что — подумала Верочка, однако озвучила абсолютно другое:

— Мистер Кортез, не знаю будет ли уместно решать такие вопросы сегодня, в стенах вашего клуба.

Кортез улыбнулся обворожительной улыбкой:

— Мадам, вы не поверите, но клуб создавался как раз для таких переговоров.

— Тогда, возможно у вас найдется некое уединенное место для столь важного диалога? — С интересом спросила Вера.

— Могу предложить вам опаловую библиотеку? — Не моргнув глазом, тут же отреагировал на вопрос Кортез, стерев с лица улыбку, словно ее там никогда не было.

— Не долго думая Вера Марковна согласилась и парочка удалилась, прихватив с собой секретаря.

Спустя несколько часов, забрав черновик нового договора на экспорт и изрядно подвыпившего Петрушу с раута, Верочка сидя в авто, набирала номер Тамары.

Не смотря на смену временных поясов, климата и настроения, управление компанией никто не отменял.

Следующее утро оказалось не исключением. Успев до обеда поплавать в бассейне, провести несколько селекторных переговоров, получить одобрение на новые транзакции от банка и выслушав очередную печальную историю от Петруши, о том как он утомился смотреть не в идеально отполированное зеркало спортзала, поднимая при этом не удобные гантели. Верочка поймала себя на мысли что сейчас кого-нибудь пришибет.

— Луис зайдите в кабинет пожалуйста. — Отправила сообщение в мессенджер Верочка. Ответа не последовало, однако через минуту в дверь постучали.

— Разрешите мадам? — В приоткрытой двери стоял управляющий.

— Входите Луис. — Вера Марковна, прикрыла глаза и выдохнула — Подскажите мне, дорогой друг, чем я могу отвлечься от навязчивой мысли превратиться в дракона и спалить все в округе одним залпом?

— Если позволите мадам, я поведаю вам некую древнюю легенду. — Моментально сориентировавшись в сложившейся ситуации, не думая и доли секунды выдал Луис.

Верочка открыла глаза и с неподдельным интересом, словно филин посмотрела на помощника.

— А ну-ка?

— Связана эта история с коренными народами центральной Америки. Начал издалека управляющий. — На границе с Мексикой, глубоко в джунглях, много тысячелетий стоит загадочный город Тикаль. Коренные жители считают это место колыбелью вселенной. — Луис остановился в своем повествовании чтобы выдержать некую драматичную паузу.

Однако глаза Верочки сияли таким огнем интереса, что сильно затягивать рассказчик не решился.

— Одна из легенд ведает о двух братьях очень любивших играть в мяч. К восемнадцати годам отца парней забрали боги нижнего мира. И так их мать убивалась о потере супруга, что не выдержав горя матери, братья и спустились в мир мертвых, дабы попросить богов отпустить отца обратно на землю. Боги задумались и предложили сделку. Если братья продемонстрируют какое-либо умение лучше чем это могут сделать боги, то так и быть отдадут им отца, но сами парни вернутся назад не смогут. Переглянувшись, не долго думая, братья согласились на условия богов предложив игру в мяч. Уж очень они любили свою матушку. Играли долго. Без обмана и уловок братья оказались намного проворнее богов. Вот так умением и сноровкой победив, вернули парни отца на землю. Посмотрели боги на братьев да и решили поднять их в верхний мир одарив властью над временем, так один брат стал Солнцем, а второй Луной. И создали люди под светом кровных братьев, Солнца и Луны священный город Тикаль. — Луис снова остановился, он так увлекся повествованием легенды что от эмоций у него в один момент перехватило дыхание.

— Ух ты! — выдохнула Верочка, которая в какой-то момент, на середине легенды от заинтересованности сама того не заметив приоткрыла рот. — А что там с городом? — Вдруг вспомнила Вера.

— А город и правда получился уникальный. — Вернулся к рассказу о Тикале Луис. — По сложным подсчетом ученых, основали сие поселение в двухтысячном году до нашей эры. И состояло оно из каменных домов окружающих большой, священный мемориал содержащий в себе несколько пирамид, красного цвета. Жил в поселение народ по имени Ацтеки, это было одно из ответвлений не малой народности Майя. По преданию правили там боги, одним из которых был пернатый змей — Кукулькан помогающий жителям. Однако делал они это далеко не бескорыстно. Несколько раз в год людям приходилось приносить жертвы для богов, в виде тел юных парней да собственной крови. Ритуалы проходили на одной из пирамид, в зависимости от времени года.

Вера сидела словно маленькая девочка которой поведали очень интересную, но страшную до мурашек сказку.

— Собственно к чему я вам это все рассказываю? — Задал сам себе вопрос управляющий. В ответ Вера только моргнула широко раскрытыми глазами на озадаченном лице. — Как раз послезавтра в Тикале состоится праздник весеннего равноденствия — продолжил Луис. — Говорят на одной из пирамид, можно увидеть неповторимое, созданное самой природой, световое представление в виде поднимающегося по ступеням самого Кукулькана. Если хотите, вертолет доставит вас на праздник. — Верочка не задумываясь одобрительно махнула головой.

— Хочу!

Забыв что двадцать минут назад желание было только одно — убивать всех и вся, ощущая себя девочкой в летнем платье и большими бантами на голове,, Верочка витая где-то меж солнцем и луной, все еще погруженная в атмосферу рассказанной истории, вновь вернулась к бумагам. Луис развернулся на выход, однако дойдя до двери остановился.

— Охрана доложила что ваш секретарь и адвокат прибыли.

— Спасибо Луис, — вынырнув из виртуальных джунглей, отреагировала Вера. — Размести их пожалуйста.

— Обед накрывать на четверых? — Уточнил управляющий.

— Абсолютно верно. — С легкой улыбкой ответила Вера Марковна.

Обсудив после обеда с Тамарой и Федором Михайловичем предстоящую работу по договору и кучу связанных с этим мелочей, Верочка набрала номер Хоакина.

— Через два часа в моем офисе. — Предложила Вера Кортезу.

— Может лучше в клубе? — Попробовал перетянуть инициативу на себя Хоакин, — там вполне удобная обстановка.

— Я до сих пор нахожусь под впечатлением от опаловой библиотеки, однако вынуждена настаивать на офисе, со мной на сделке будет присутствовать мой личный секретарь и адвокат, а насколько мне известно ни Федор Михайлович, ни тем более Томара не имеют членских билетов в ваш клуб — аккуратно поставила на место Кортеза Вера Марковна.

— Вы правы. — Немного напряженно отступил назад Хоакин. — Тогда думаю вы будете не против если со мной приедет мой персонал?

— Конечно же не буду, — улыбнувшись в трубку ответила Вера — мы же с вами понимаем что это неотъемлемая часть от сделки.

— Тогда до встречи! — Ответил повеселевший Кортез и отключился.

Спустя два часа, вся компания, кроме Петруши прибыла в офис. В кабинете для переговоров Веру Марковну и сопровождавших её, уже ожидал Кортез с примерно таким же комплектом людей в окружении.

— О! Мадонна, вы как всегда великолепны! — Кортез встал из-за стола поприветствовать хозяйку компании.

— Благодарю. Вам кстати очень к лицу полоска. — Намекая на костюм, не осталась в долгу Верочка. Вернувшись в кресло, Хоакин сделал вид что смутился.

— Однако дела не ждут — как по мановению волшебной палочки, убрав лишние эмоции с лица начал деловую часть встречи Кортез.

— Позвольте сразу определится с пунктом четыре семнадцать в черновике нового договора о поставках, — вступил в диалог Федор Михайлович…

С учетом всех поправок и внесением изменений в договор, переговоры затянулись до позднего вечера.

— Мадам, в честь достигнутых соглашений, предлагаю отужинать в клубе. — Уже у машины предложил Кортез.

— С огромным удовольствием. — Присаживаясь в заботливо открытый салон авто Хоакина, отреагировала Вера на приглашение, отправляя Федора Михайловича с Тамарой домой на собственной машине.

Вернувшись далеко за полночь, счастливая удачным исходом сделки Верочка уснула, практически не долетая головой до подушки.

Следующий день Верочка решила посвятить себе любимой. Оказалось что в комплекте, к полученному от папы дому прилагалась, целая спа-команда, в виде маникюрши, массажиста, косметолога, парикмахера и даже спортивного тренера. Так что после обеда расслабленная, Верочка наслаждалась массажем возле бассейна. Рядом недовольно не то посапывал, не то пыхтел себе под нос супруг.

— Верунечка ты меня не любишь! — Спустя несколько минут сопения и картинного вошканья, прибавил громкости Петруша.

Верочка, давно привыкшая к столь капризному поведению мужа, отреагировала довольно спокойно.

— Что случилось дорогой?

Петруша повернул голову на Веру.

— Я вчера слышал, краем уха, что ты подписала какой-то очень важный контракт. — Начал издалека Петруша.

— И? — Все так же без эмоционально попыталась ускорить процесс гундежа Верочка, примерно понимая о чем сейчас пойдет речь.

Петруша надул губы, словно пятилетняя девочка лишенная сладкого.

— Что и? А отметить?

Верочка усмехнулась одним уголком губ.

— У тебя есть предложения? — Это были ключевые слова, для превращения мужа из гундосого мальчика в вечный двигатель.

В ту же секунду Петруша подскочил на кушетке и с горящими глазами начал фонтанировать идеями по поводу вечеринки.

— Только имей в виду, сегодня покидать пределы виллы мне не очень-то бы хотелось. — Успела вставить ремарку Верочка в взорвавшийся водопад предложений.

— Но, как же? — Вдруг замер Петруша.

Вера повернула голову на супруга.

— Хочешь, я попрошу Луиса и он тебе поможет организовать вечеринку. Хоть прямо тут, у бассейна? — Доставая из-под лежака телефон предложила Верочка.

— У бассейна? — Глаза Петруши снова загорелись как у ребенка ожидающего на новый год самый заветный подарок.

— Почему бы и нет. — Снова улыбнулась мужу Верочка. Через минуту возле массажного столика стоял Луис.

Кратко описав вопрос и передав Петрушу в руки заботливого управляющего с фразой:

— Я у себя. — Накинув халат, Верочка удалилась.

Вечером в двери комнаты Веры Марковны раздался стук.

— Входите Луис — Разрешила Верочка. Управляющий зашел с немного удивленным видом. — Так стучите только вы — пояснила Вера улыбаясь.

— Мадам, Петр просит присоединится вас к его вечеринке у бассейна. — Сняв удивление с лица, сообщил Луис.

— Я подойду через десять минут. — Закрывая найденный в комнате, большой семейный альбом с фотографиями ответила Верочка.

Бассейн поражал преображением. Вместо шезлонгов стояли высокие, круглые столики с невероятной, неоново-лазурной подсветкой откуда-то изнутри конструкции, что создавало полное впечатление левитации. Ровно такой же свет излучал бассейн. У дальнего ограждения, возле аккуратно стриженных кустов кипариса расположился ди-джей в компании с двумя симпатичными девушками одетыми в карнавальные костюмы с самбодрома. На противоположной стороне от столиков приветливые официанты в белых перчатках, сверкая, в плотных сумерках не менее белыми зубами, предлагали всем желающим отведать амисбуш с довольно обширного фуршета.

— Я взял на себя небольшую ответственность, — словно из-под земли рядом с Верочкой вырос управляющий — и пригласил друзей вашего «папа», чаще всего посещавших этот дом.

— Благодарю вас Луис. — Немного неуверенно кивнула головой Верочка, принимая из рук официанта бокал с шампанским.

— В основном это соседи по участку и несколько участников клуба господина Кортеза. — Увидев реакцию хозяйки, попытался быстро реабилитировать ситуацию управляющий.

— Не переживайте так Луис, все отлично. — Улыбнулась Верочка, сделав приличный глоток из бокала — Прекрасный напиток.

— «Блан дэ блан» две тысячи девятого года из личных запасов вашего папеньки, кстати в вашу сторону направляется сосед правого поместья. Мистер Джаспер Джонс, эксперт в сфере драгоценных камней, хорошего вечера мадам. — Успел дать краткую справку Луис, перед тем как испарится с поля зрения Верочки.

В целом вечеринка удалась. Вера познакомилась с соседями, Петруша отплясывал дикие танцы, под зажигательные хиты выдаваемые местным ди-джеем у бассейна, не забыв вцепится хваткой бультерьера в секретаря собственной супруги — Тамару. К концу парти, все гости с оглушительным визгом попрыгали в бассейн и мокрые но счастливые с благодарностью на лицах отправились по домам.

Следующее утро началось для Верочки очень рано, так как запланированный полет в Тикаль никто не отменял, да и особо видимых причин на то не было. Затерянный город встретил Верочку и Петрушу нескончаемыми, тропическими зарослями среди которых проглядывались потертые временем, но в то же время практически целые постройки. Пирамиды выглядели сногсшибательно, эффект произведенный на Веру, невозможно описать словами. Несколько минут Верочка стояла как вкопанная у основания центрального храма, пытаясь рассмотреть верхнюю башенку постройки. Колоритность ситуации придавало, то и дело снующие рядом люди, одетые в национальные одежды Ацтеков. Неимоверные головные уборы, украшенные перьями павлинов, попугаев и кучей полудрагоценных камней, украшали красивые, шрамированные лица мужчин. Чуть позже оказалось что это было театрально-иммерсивное представление в честь праздника весеннего солнцестояния о котором Веру и Петрушу предупреждал Луис.

— Верунечка ты куда? — Спохватился Петруша, заметив что супруга как завороженная пошла вверх.

— Хочу посмотреть на весь комплекс вон с той площадки — отмахнулась от мужа Вера и продолжила карабкаться по довольно крутым ступеням к заданной цели.

— Я с тобой! — Героически заявил Петруша — А то сегодня тренировку пропускаю, хоть по ступенькам пройдусь. — В очередной раз пожаловался супруг.

— Пошли. — Не поворачиваясь, разрешила Вера.

Подъем занял ни много, ни мало, примерно полчаса, закончившись некой платформой с полу разрушенными, каменными вратами. Ради справедливости, вид открывавшийся отсюда стоил всех приложенных усилий. Не успев налюбоваться открывшимся пейзажем, Верочка услышала зажатый хрип и некое движение слева от себя. Повернув голову к источнику звука, взгляду Веры предстала неописуемая картина. От края ступеней в виде плотной, серо-оранжевой дымки ровно в сторону Верочки с приличной скоростью поднимался, ошеломительных размеров змей, из головы которого, переходя на спину распушились, яркие перья. Звук же сопровождавший сие неповторимое зрелище издавал Петруша, зажав рот руками.

— Петруша не истери. — Абсолютно спокойно отреагировала на увиденное Верочка. — Это Кукулькан, точнее оптический обман созданный природой при постройке «Врат преисподней».

— При постройке чего? — Только и смог выговорить резко перестав скрипеть Петруша, уставившись на Верочку глазами перепуганной совы.

— «Врат преисподней». — Повторила Верочка не отрывая взгляда от продолжающего двигаться змея, настолько было завораживающее зрелище. — Это название пирамиды, на которой мы с тобой сейчас стоим.

Спустя несколько минут змей растворился словно его и не было.

— Кукулькан являлся… — Верочка повернулась в сторону где по ее мнению должен был находиться Петруша, дабы рассказать поведаную Луисом историю змея, однако мужа рядом не было.

— Верунечка! Смотри что тут! — Услышала Вера знакомый капризный тон, откуда-то с другой стороны врат. Подойдя на зов, Верочка обнаружила Петрушу у заросшего зеленью камня всматривающегося сквозь заросли куда-то в даль.

— Что там? — Не поняла Вера.

— Ну, вон там. — Показывал в неопределенном направлении наманикюренным пальцем муж.

— Да где? — Вера и сделав аккуратный шаг вперед попыталась присмотреться в указываемую сторону.

Именно в этот момент между лопаток ощутилась неистовая боль и перед глазами полетели калейдоскопные картинки из листьев, веток, обшарпанного камня и ярко-голубого неба. Все резко прекратилось и наступила бархатная темнота.

Открыв глаза, в первую минуту Вера не поняла где находится. Сквозь большие пальмовые листья проглядывалось, красивое, сумрачное небо подернутое розовым закатом. Все тело неприятно ныло. Складывалось ощущение словно по нему проехали асфальтоукладчиком. Попытка принять сидячее положение, отозвалась ужасной болью сконцентрировавшейся где-то в районе солнечного сплетения. Движение головой моментально обратилось разрядом шаровой молнии, вонзившийся в затылок, зацепив по дороге левое бедро. Преодолев мучительную боль, Вере все же удалось сесть. В памяти всплыл предательский толчок в спину. Найдя рядом телефон, Вера не долго думая набрала номер Луиса.

Слушаю вас мадам. — Как обычно непробиваемо-спокойным тоном ответил управляющий.

— Луис, заберите меня пожалуйста из Тикаля, возможно понадобится доктор, — Все еще боясь делать лишние телодвижения попросила Верочка — геопозицию сейчас скину.

— Хорошо мадам. — Коротко, не задавая лишних вопросов ответил управляющий — Кхм…

— Вы что-то хотите сказать? — Догадалась по поведению Луиса Верочка.

— Если позволите, то я бы посоветовал вам, пока летит вертолет, посмотреть камеры. — После столь загадочной рекомендации, управляющий отключился.

Очередное переключение с камеры на камеру ввело Веру в ступор. Маленький прибор транслировал ни что иное как счастливое лицо Петруши в их общей спальне, причина счастья присутствовала тут же, это была никто иная как собственный секретарша Верочки. Еле угомонив, резко проснувшегося Кукулькана внутри собственной души, Вера вновь набрала управляющего.

— Мадам! — Отозвался после первого гудка управляющий.

— Луис, можно ли организовать посадку вертолета на территории особняка так чтобы никто не знал кого привезли? — Холодным тоном, еле сдерживая эмоции спросила Вера.

— Думаю это будет несложно — ответил управляющий — вертолет прибудет за вами через четыре минуты.

— Благодарю вас.

Приземлившись на дальнем вертодроме, первым кого увидела Вера был встревоженный управляющий.

— Мадам, доктор написал что вы упали с большой высоты — Подставляя для опоры руку, отметил Луис.

— Спасибо. Все обошлось. — Отблагодарила за чуткость Верочка управляющего. — Не стоит так беспокоиться. Мое приземление самортизировали деревья. По версии врачей, отделалась несколькими ушибами и легким испугом — Постаралась успокоить Луиса Вера.

— Предположу, что в дом мы заходим со стороны беседки? — Догадался Луис.

— Вы как всегда правы. — утвердительно махнула головой Вера.

— Тогда, к сожалению нам придется пройтись пешком. — Аккуратно придерживая хозяйку под локоть, констатировал ситуацию управляющий.

— Мне вкололи обезболивающее, так что не вижу в прогулке ни чего страшного. — Улыбнулась Вера Марковна — Кстати! Будет время кое что обсудить по дороге.

Уже затемно добравшись через сад до скрытой за стенами кабинета комнаты, Вера без сил упала на кровать и заснула. Проснувшись в полном не понимании который сейчас час, Верочка сняла с вешалки заботливо приготовленный управляющим халат и пошла в душ. Увиденные вчера кадры не давали покоя. Часы на экране телефона приветливо моргнули цифрой тринадцать, когда Верочка вышла из ванной комнаты и обнаружила заботливо сервированный Луисом обед на рабочем столе бункера. Что б хоть как то отвлечься, Вера вновь включила камеры.

— Не беспокойся моя дорогая, после смерти «змеи» прямым наследником всей нефтяной империи Шеленберга, становлюсь я! — Лежа на шезлонге у бассейна, нежно поглаживая Тамару по ножке вещал Петруша. — Я несколько лет убил на то чтобы получить этот куш. — Верочка чуть не подавилась антрекотом.

Глаза, словно стеклянные уставились на изображение, а слух стал острее чем у незрячего. В этот раз поразило не предательство, даже не та мысль о том сколько времени планировалось все это представление, а каким тоном была выдана информация. Куда делся гнусаво-плаксивый тон? Оказывается у Петруши красивый раскатистый баритон, стальные нервы и бонусом актерский талант такого уровня, что сам Немирович-Данченко забился бы в истерике, выкрикивая:

— Верю!

Мысли Верочки, как заведенные плюшевые обезьянки с тарелками в лапках, скакали по извилинам, словно бобслеисты по ледяному желобу, создавая немыслимый звон в ушах. Вакханалию игрушечных приматов прервал аккуратный стук, разносящийся из шкафа.

— Входите Луис — Отозвалась Верочка.

— Кх, Мадам на вас лица нет. — Обеспокоено посмотрел на хозяйку управляющий

— Луис, расскажите мне пожалуйста обстановку в доме. — Постаралась переключить разговор Вера Марковна.

— После возвращения Петра из Тикаля в одиночку, ваш адвокат, отбыл обратно в Россию.

— А какова версия была представлена Петром о моем отсутствии? — Не без интереса спросила Верочка.

— Официальная версия для всех в доме и корпорации, вы пропали в джунглях. — Немного скривив один уголок рта, отчитался Луис. — На поиски отправлена спецгруппа спасателей. По законам Гватемалы если вас не найдут в течении трех дней, то вы будете признаны усопшей.

— Хм, — задумчиво хмыкнула Верочка. На мгновение Луису показалось что в глазах хозяйки заскакали дикие огонечки. — А это даже хорошо, вот только кто сказал что меня не найдут? — Верочка как-то не по доброму глянула на управляющего. — Луис! Присядьте! — Выдвигая из-под стола второе кресло попросила Вера. — Мне понадобится ваша помощь.

— Полностью в вашем расположении мадам.

Превращаясь в одно большое ухо, Луис аккуратно приземлился на предложенное Верой место. Совещание с управляющим затянулось. С небольшим перерывом на ужин, комнату хозяйки управляющий покидал уже далеко за полночь.

— Да, кстати, мне понадобятся некоторые вещи из гардеробной. Список скину тебе на телефон. — Стоя у тайного прохода в шкафу попросила Вера Луиса.

— Хорошо мадам. — Как всегда, одобрительно кивнул головой управляющий и скрылся в темном проходе.

Спустя три мучительных дня ожиданий, на стол бункера легла местная газета, пестрящая заголовком на первой полосе:

«Наследница нефтяного магната найдена обезглавленной в джунглях Тикаля!»

Сопровождалась статья крупной фотографией женского тела, разорванного в клочья дикими животными. Словно последний гвоздь забитый в крышку, хоть и лакированного, но все же гроба, сверху на издании лежала официальная бумага, о признании Веры Марковны усопшей. Именно эта комбинация, как для быка выпускаемого на корриду, сыграла для Верочки роль красного плаща. Сейчас можно начинать задуманное.

На следующий день после выхода статьи, дом заполонили полицейские, замучив Петрушу вопросами о Вере. В полной уверенности своей безнаказанности, супруг отменно играл роль убитого горем вдовца, собирающегося везти останки в Россию для дальнейшего захоронения безвременно ушедшей. Однако блюстители закона не дали Петруше насладится ощущением победы, настоятельно попросив не покидать страну до конца расследования. Настроение вдовца приняло вид умершей нутрии, когда ко всему прочему один из полицейских вежливо, но очень настойчиво протянул на подпись страдальцу бумагу, «о запрете пересечения границы». Проводив дознавателей, в конец приунывший Петруша, вооружившись бутылкой отборного виски, фруктами и Тамарой, отправился горевать к бассейну. Верочка не без изумления наблюдала за разворотом событий при помощи камер. Что придавало ситуации еще больше сюрреализма.

— И все же Каков подлец! — Не выдержав, пожаловалась Верочка, в очередной раз пришедшему с обедом Луису.

— Мадам простите, не имею привычки обсуждать кого бы то ни было, однако тут с вами вынужден согласится. — Расставляя тарелки на рабочем столе, высказался Луис.

— Голливуд заливается горькими слезами о потери такого талантища!. — Не отрывая глаз от камер, констатировала факт Верочка.

— И в этом случае вынужден с вами согласится. — Кивнул головой Луис исчезая в шкафу, успев при этом снять натертый до зеркального блеска клош с горячего. Все так же не отрывая взгляда от телефона, Верочка принялась за обед.

Тем временем у бассейна разворачивалась интереснейшая сцена.

— Петь, ну, не расстраивайся, позагораем немного, поедим фруктов, в конце концов может в ресторан куда-нибудь съездим. — Попыталась приподнять дух увядающего на глазах любовника Тамара.

— Тома! Не пори чушь! Куда мы с тобой съездим? — Начал было Петруша и осекся — Хотя действительно, мне же пределы страны нельзя покидать, а не дома. — Отставив стакан и набрав полные легкие воздуха Петруша заголосил как мартовский кот в весенний период — ЛУИС!!!!

Словно тень отца Гамлета пред маркизом, Луис по своему обыденью беззвучно вырос возле шезлонга Петруши.

Слушаю вас мсье.

Чуть не подпрыгнув на месте от неожиданности, Петруша протер вспотевшие от испуга ладошки салфеткой.

— А скажи-ка мне Луис, куда я могу съездить на выходные в пределах страны, чтобы не умереть дома от печали и скорбных мыслей? — Приняв позу дона Корлеоне, вновь играя роль убитого горем супруга, наддув при этом губы, проканючил Петруша. Именно подобного вопроса Луис и прилипшая к камерам Верочка, ждали весь день.

— Мсье! Могу посоветовать вам остров кукол. Там вы точно скучать не будете. — Не моргнув глазом тут же ответил управляющий.

— Ой! Куколки! — Словно маленькая девочка, захлопала в ладоши рядом сидевшая Тамара.

— Тогда организуй нам там все по высшему разряду! — Словно отдав приказ рабу, Петруша показательно сжал одной рукой коленку Тамары, а второй отмахнулся от управляющего — Можешь быть свободен. Да и принеси нам еще льда.

— Слушаюсь мсье, — с каменным лицом ответил Луис — лёд будет через минуту. О деталях поездки сообщу вам после ужина.

Управляющий растворился в сумраке, так же стремительно как и появился.

Дальнейшие события, закрутились и понеслись с такой скоростью что им бы позавидовала сама комета «Галлея». Луис и правда организовал поездку в короткий период времени. При этом не теряя статусности высококлассного управляющего. Следующим днем, вдовца и бывшую секретаршу псевдо усопшей Верочки, забрал отполированный до неестественного блеска вертолет. Доставив парочку в немного уступающий по размерам Вереной вилле дом, пилот приветливо помахал рукой и поспешил удалиться. Расположившись в апартаментах и пообедав, с детским визгом:

— Ой лодочка!

Тамара, схватив Петрушу за руку практически побежала по настеленному пирсу к пришвартованной лодке, в которой парочку уже ожидал гид и непосредственно лодочник. Впечатление перевозчик создавал довольно пугающее, старая соломенная шляпа, напоминающая формой летающую тарелку, закрывала практически все лицо, оставляя в поле зрения только испуганные глаза, достаточно взрослого мужчины, крепко держащего руками весла. Гид же оказался типичным, улыбающимся во все тридцать два зуба Мексиканцем, в цветной рубашке, ковбойской шляпе и с красным шейным платком заправленным кончиками под верхнюю пуговицу воротничка.

— Петенька! А что это за остров? А много там куколок? А как они туда попали? — Затараторила, словно печатная машинка, Тамара удобно расположившись на одной из лодочных скамеечек.

— А сейчас тебе по дороге все и расскажут. — Сново повелительным жестом махнул в сторону гида Петруша. За последние пару дней этот жест кажется впечатался в книгу основных привычек Петруши.

С первым всплеском весел Рахилья Санчес, так звали сопровождающего, начал свой рассказ о загадочном острове.

— Много лет назад, мой дядя — Дон Хуан, служил смотрителем небольшого, частного острова. Однажды ночью обходя территорию, дядя услышал не типичный для данной местности звук разносящийся откуда-то с заводи, сопровождающийся детским голосом просящем о помощи. Всмотревшись в темноту Хуан увидел на поверхности что-то светлое, оказалось это маленькая девочка. Кинувшись в воду, дону Хуану удалось выловить малышку, однако спасти девочку не удалось. Нахлебавшись речных вод, организм ниниты не справился с потоком и ребенок больше не вернулся в мир живых. От нахлынувшего горя и с досадой в душе, дон Хуан вынес тело девочки на берег. Все то недолгое расстояние до суши, под ногами что-то мешалось, это оказалась кукла, той самой малышки — Гид на секунду замолк.

Сквозь планомерные всплески весел, словно музыка, перемешивающася с голосом Рахильи, из угла лодки раздались жалостливые всхлипывания. Вытирая слезы рукавом платья, плакала Тамара.

— Том ты чего? — Не понял реакции Петруша, на секунду выпав из роли пафосного богача.

— Девочку жаааалко — протяжно, сквозь слезы ответила Тома, в очередной раз размазывая слезы по лицу и пытаясь прижаться к Петру для успокоения.

— Ой, да прекрати! — Злобно отмахнулся от плачущей Томы Петруша, вновь надев маску дона Карлеоне — Это сказка для туристов! Развела тут сырость.

Тома подняла с надеждой, заплаканные глаза на Рахилью.

— До утра дядя проплакал над телом девочки, — продолжил свой рассказ Рахилья. — А утром, в честь малышки, Хуан повесил куколку найденную в реке, на дерево возле своей сторожевой хижины. С тех пор, люди начали привозить на остров, кукол и цветы в память о девочке.

Санчес остановил свой рассказ дабы отпить воды из небольшой бутылочки. Лодочник планомерно продолжал грести поскрипывая веслами. Проплывая живописные деревья по заросшей ярко-зеленой ряской реке, лодка приближалась к устрашающему своим видом островку.

— А что дальше? — С детским любопытством в глазах спросила, переставшая плакать Тома у гида когда лодка пришвартовалась у деревянного пирса.

— Спустя какое-то время, на острове стали происходить странные вещи — подавая руку Томе продолжил Рахилья.

— Какие? — Тамара вцепилась в проводника.

— Говорят что по ночам, тут бродят духи. Правда за несколько лет служения на острове, я ничего такого не видел, однако…

— Как? Так вы сейчас смотрите за островом? — Удивилась Тома — А как же ваш дядя?

Рахилья уже помогал выбраться с лодки Петруше.

— Спустя несколько лет, дядя утонул, на том же самом месте где по истории он и вытащил девочку, опустевший же пост смотрителя принял на себя я. Да вы не бойтесь! Пойдемте я вам тут сейчас все покажу. — Предложил, уже не особо улыбаясь Рахилья.

Остров действительно выглядел пугающе, огромное количество деревьев были полностью лишены кроны. Вместо листьев на ветках, словно злобные птицы, плотными рядами были прикручены проволокой разномастные куклы и пупсы.

— Жуть какая. — Все еще держась за руку смотрителя, прошептала Тома.- Я уже не хочу куколок.

— Днем тут как правило спокойно. — Постарался приободрить гостей Санчес.

— Тома прекрати коню… — начал было злобно Петруша, но тут вдалеке, меж облезлыми ветками и грязными куклами, мелькнуло что-то белое, воздушно-легкое. Самое странное это что-то, очертаниями было очень похоже на Верочку. Тряхнув белокурой головой, Петя потер глаза и снова посмотрел на место где только что стояла Вера. Там было пусто. — Брррр!!!

— Конюбрррр? — Хихикнула над ухом Тома.

— Иди давай! — недовольно буркнул Петруша.

— Хотите я покажу вам ту самую, первую куклу? — Попытался разрядить обстановку Рахилья.

— А что она сохранилась? — Перебарывая в себе чувство страха, с интересом спросила Тома.

— Конечно, она же была первой. Пойдемте скорей — Рахилья прибавив шаг потянул за собой Тамару.

Через пару минут мини-скачек по зарослям кукольных деревьев, все трое оказались на полянке, в середине которой стояла довольно внушительная по площади хижина, сплетенная из веток. Крышу строению заменяли рифлёные листы железа, прикрытые высохшими пальмовыми листьями. На первый взгляд можно было сказать что это туристический шалаш комфорт-класса.

— Проходите. — Широко открывая дверь, пригласил смотритель.

Первой вошла Тома, следом за ней, оглянувшись, шагнул Петруша.

— Ой! Да тут так темно! — Дрожащим голосом начала было Тома

— Не волнуйтесь мадам, я сейчас включу генератор и вы все увидите — откуда-то с улицы ответил Рахилья.

— Чего сразу-то не включили, — начал было бурчать Петруша, однако в этот момент появился свет.

От неожиданности «убитый горем вдовец» вскрикнул, словно истеричная барышня увидевшая мышь. Получилось это так громко что пресловутую мышку, мгновенно одолела бы сердечная недостаточность с летальным исходом. Тома же вопреки своей женской сущности, молча встала в ступор схватив Петрушу за руку.

Довольно просторное помещение точнее его стены, потолок и даже пол были плотно увешаны, а кое-где даже навалены большой кучей кукол разных мастей и степени изношенности. В самом центре жилища возвышался старый, потертый шкаф с зеркальной дверью.

Первой в реальность вернулась Тома.

— Рахилья, которая из них самая первая? — спросила девушка смотрителя.

Однако в ответ не поступило ни какой информации. Немного удивившись затянувшейся паузе, Тома оглянулась. Кроме нее и бледного Петруши в хижине никого не было. Решив что смотритель еще не дошел от светового распределителя, Тамара осмелилась попробовать самостоятельно поискать ту самую куколку в имеющемся изобилии.

— Тебе не кажется что смотрителя слишком долго нет? — Как-то встревоженно, активировав режим «для Верунчика», снова загундосил Петруша. Тома оторвалась от кукол.

— Действительно, слишком уж долго — оторвавшись от рассматривания экспонатов, подтвердила Тома.

— Пошли. — Схватив спутницу за руку, Петруша практически вприпрыжку выскочил из хижины.

Тем временем, на остров опускались сумерки, в комплекте прилагался густой туман и множество воткнутых по периметру острова, высоких, горящих факелов, создающих довольно зловещую картину. Снаружи было пусто, легонько поскрипывали деревья, вдалеке со стороны пирса, разносились еле слышные всплески воды.

— Никого? — Держась за руку Петруши, полушепотом спросила Тома.

— Пусто — Так же полушепотом, подтвердил Петруша. Тома почувствовала мелкую дрожь в руке спутника.

— Пошли на пирс? — Стараясь не наступать на сухие ветки, валявшиеся тут и там, предложила Томочка. На что крадущийся рядом Петруша, в ответ только утвердительно махнул головой.

Добравшись до пирса, парочка не обнаружила там ни лодки с перевозчиком, ни смотрителя, ни вообще кого-либо. Перепуганная Тома схватилась за голову, казалось сейчас она начнет рыдать.

— Петя! Что нам делать? Тут темно, как мы домой — начала было истерику Тома, однако именно в этот момент в сухих кустах, у начала пирса что-то затрещало, да так громко, словно медведь пробирался сквозь бурелом. Свет факелов осветил женскую фигуру в белых одеяниях. Тамара завизжала что есть сил.

— Вера? — Приглядевшись спросил дрожащим голосом Петруша.

Фигура ничего не ответила. Словно несомая потоком резко поднявшегося ветра, бледная, с перекошенным лицом Вера начала приближаться с невероятной скоростью к уже бьющейся в истерике парочке. От испуга, Петруша перестал ощущать свои ноги, горе вдовец рухнул на пирс, словно мешок с картошкой брошенный в угол сарая. Тамара же резко замолчав, упала в обморок.

— Зачем ты меня убил? — зловеще прошипела фигура примерно в метре от Петруши.

— Я, я… — зажмурившись только и смог вымолвить осипшим голосом Петруша, не понимая что будет дальше.

Над головой пронесся сильный поток холодного воздуха. Ветер, так же резко, затих как и начался. Вокруг воцарилась гробовая тишина. Спустя несколько секунд понимая что ничего не происходит, Петруша решился приоткрыть один глаз. Рядом в неестественной позе лежала Тома и… все, больше ни души. С берега теплым светом горели факела, за спиной темнота. Все еще ощущая сильную дрожь в руках, не чувствуя ног, Петруша попытался принять вертикальное положение. Затея не удалась. Дотянувшись до Томы, Петя начал трясти девушку что есть мочи.

— Тома, Тома очнись! Томочка, я прошу тебя — практически рыдая, трепал за плечо спутницу Петруша.

— Пе-пе-Петя, прекрати! — Открыв глаза и судорожно вдохнув, затрясла головой Тома. — Это что такое было? — Оглядываясь по сторонам, испуганно спросила Томочка, убирая со своего плеча вцепившуюся словно железная клешня, руку Петруши.

— Я, я, я не знаю, — заикаясь, с истеричными нотками в голосе, ответил Петруша. Собрав себя в кучу, Тома посмотрела на бледное лицо спутника.

— Петь, Пойдем обратно в хижину, — выдохнув, предложила девушка. — Там по крайней мере есть свет и тепло.

— Не могу — потупив взгляд, честно признался Петруша. — У меня ноги онемели. — Поможешь мне? — Все еще в не привычной для себя манере Петруша обратился к Тамаре. Тут только Тома заметила что по льняным штанам Петруши растеклось мокрое пятно.

— Что нужно сделать? — Стараясь не акцентировать внимание на брюках спросила Тома.

— Для начала, разверни мне ноги прямо. — Все так же пряча взгляд, начал раздавать указания, горе-спутник, — и разомни мышцу сверху.

После минут десяти общих мучений, чувствительность ног начала потихоньку возвращаться к перепуганному чудо-спортсмену. Кое-как, приняв вертикальное положение, опершись на хрупкое плечико Томы, хромая и скрипя, словно старая, не смазанная телега, Петруша двинулся в сторону соломенного домика.

— На конец-то, добрались. — Резюмировала Тамара, усаживая гундящего Петю на пол в хижине напротив шкафа. — Петенька, как ты? — Присаживаясь рядом поинтересовалась девушка.

Вид у нее был потрепанный. Волосы прядями торчали в разные стороны, лицо раскраснелось, а платье, еще утром напоминавшее наряд сказочной феи превратилось в промокшую, ночную сорочку Гоголевской утопленницы.

— Нормально. — Почувствовав себя в некой безопасности, Петруша вновь переключился в режим «Хама».

— А я, есть хочу. — Положив голову на колени Петруши, вдруг выдала невпопад Тома. — Сейчас бы тортилью. — Прикрыв глаза, начала было мечтательно Тамара.

За окном хижины раздался уже знакомый звук ломающихся под ногами веток. Парочка встрепенулась. Томочка, словно дикая кошка, подскочила, хватая первое что попалось под руку. Это оказался довольно объемный, грязный, резиновый пупс. Петруша же наоборот, как потерявшийся мальчик в лесу, с глазами принявшими форму удивленного лемура, отодвинувшись в дальний угол комнаты, ближе к куче с игрушками, поджал под себя ноги.

Не долго думая подняв пупса над головой, аккуратно, чтобы не шуметь, Тома прокралась до входной двери и резко потянула деревянную ручку на себя. За дверью было пусто. Только плотный, влажный туман сопровождавший предрассветные сумерки.

— Что там? — Шепотом спросил Петруша.

— Ни кого. — Все так же воинственно держа пупса над головой, ответила Тома, аккуратно выглядывая из дверей.

Нет ничего сильнее чем женское любопытство.

— Хотя… — приглядевшись вдаль, пробормотала себе под нос Томочка. Вдалеке, у воды, проглядывался чей-то знакомый силуэт в белых одеяниях.

Сжав еще сильнее, в руках несчастную куклу, так что костяшки тонких пальцев секретарши побелели, со словами: — Я сейчас. — Тома выскользнула за дверь.

— Тома! — Попытался остановить спутницу продрогший и напуганный до предела Петруша, однако, уже было поздно. Тамара, словно сумрачный ниндзя, абсолютно бесшумно растворилась в тумане. — Ну вернешься ты, я тебе устрою, смотрителю устрою, и лодочника веслом… — от отчаянья и безвыходности ситуации, начал было злобно распаляться, сам с собой Петруша подгребая поближе валяющихся на полу пупсов.

С внутренней стороны шкафа, того самого что стоял посреди хижины, раздался четкий стук.

— Кто там? — Автоматически, полушепотом спросил Петруша.

Ответом была тишина. От испуга горе-вдовец притих, на несколько секунд забыв как дышать. Однако сделать очередной вдох потребовал продрогший организм. Затея оказалась не очень-то удачной. Вдох получился словно рваный, от чего между лопаток появилась нестерпимая боль. Аккуратно выдохнув и постаравшись выпрямить ноющую спину, Петруше все же удалось утихомирить злосчастную боль. Как только не до Чикатило собрался с мыслями, чтобы завести новый диалог с самим собой о кровавой расплате над всеми кто его покинул в столь страшную для него минуту, стук повторился.

— Да кто там?! — Начал было в истеричном припадке Петруша, надеясь что ему в очередной раз показалось.

Однако на этот раз все произошло стремительно и быстро. Дверца шкафа резко распахнулась. В заполненном белой, плотной дымкой проеме, появился все тот же бледный силуэт несчастной Веры.

— Ты зачем меня убил? — Грозно вопрошала Верочка неестественно загробным шепотом, выходя из дымки.

В глазах Петруши, от ужаса поплыли круги, ужасающая боль в лопатках повторилась с удвоенной силой. Ледяной туман из шкафа, переполз к сидящему на полу. Крепко уцепившись за скрюченные пальцы Петруши дымка начала подниматься к вискам, застилая все вокруг. Лишь затухающий голос Верочки продолжал пробиваться сквозь едкий, плотный туман.

— Зачеем? За-чеем?

Тем временем, увлекаемая манящим взгляд силуэтом, по узкой, протоптанной тропинке, Томочка дошла до самого берега. Там, у воды, туман распределился по-особому. Будто укутав снежным пледом, дымка растянулась по поверхности реки. От чего сам водоем перестало быть видно, зато очень хорошо слышно периодически возникающие в разных местах слабые всплески, словно в воду бросали мелкие камушки.

— Неужели показалось? — Сама у себя спросила Тома, опуская вниз, уже порядком затекшие руки.

— Отдай мне ее! Вдруг раздалось почти над самым ухом у Томочки. — Отдай! Снова повторил голос. От испуга у Томы заклинило пальцы и завизжав что есть силы, Тома рванула в сторону Хижины.

— Отдай! — Продолжал голос за спиной, не отставая ни на шаг от бегущей.

Ветки засохших деревьев били Тому по лицу, за платье цеплялись развешанные куклы, туман превращаясь в капельки росы оседал на волосах, скатывался тонкими струйками по лицу. Казалось обратно, к домику Тома бежала целую вечность. Забежав в хижину, от испуга Тома хлопнула дверью так, что в дальнем углу, из-под потолка сорвалась и упала одна из куколок.

— Я сейчас слышала, я, я, я слышала — Одновременно вытирая воду с лица и разворачиваясь в сторону Петруши начала жалобно скулить Тома. Однако договорить она так и не смогла. Взору ее предстала картина. В открытой дверце шкафа, окутанная дымкой стояла фигура почившей два дня назад Верочки, в углу на груде кукол с застывшей гримасой ужаса, лежал уже синеющий Петруша.

— Отдай мне её — протянула руку из шкафа Вера. Недвусмысленно указывая пальцем на куклу. От испуга, пальцы Томы заклинило, попытка бросить злосчастную куклу не удалась. — Отдай! — Страшно выпучив глаза вторила Верочка, протягивая вторую руку, шагнув из шкафа. Перепуганная до состояния безумия Тамара, попятилась, зацепилась о валявшуюся тут же очередную игрушку, упала и сильно ударившись головой потеряла сознание.

После пышных похорон Петруши, уставшая Вера сидела в кабинете головного офиса. На столе стоял бокал коньяка. В голове творился хаос. Мысли словно куча маленьких мошек вокруг ночного фонаря, сновали туда-сюда перебивая друг друга.

— Петр! Столько лет, ради чего? Давид! Как мог? И ведь с Петрушей как-то договорился! Как повезло мне с дядей Степаном. Надо его отблагодарить? Надо, но как? Тамара? Денег захотела? А может все-таки любовь? Нет! А вдруг…

— Верочка, там журналисты уже собрались — В дверях кабинета показалась седая голова Степана Аристарховича.

— Дорогой Степан Аристархович, присядьте пожалуйста — выкинув мгновенно весь рой из головы, выдвигая гостевое кресло, попросила Вера столь знакомого с детства папиного друга.

— Деточка, ты себя хорошо чувствуешь? — Обеспокоенно поинтересовался Степан Аристархович.

— Все прекрасно, дядя Степа, все прекрасно. — Улыбнулась Верочка. — Я вот о чем хотела вас попросить, — немного помявшись начала Вера — не знаю будет ли уместна такова просьба, после того сколько вы для меня сделали за время моей поездки в Гватемалу.

— Ой, да ну, что ты, — отмахнулся скромно старичок — что я там такого сделал?

— Степан Аристархович, да вы мне не то что бизнес, вы мне практически жизнь спасли, да если б вы Давида за руку не поймали, жила бы я под кустом, где нашли труп той несчастной девушки. — Верочка чуть не плача, с благодарностью и теплотой обняла дядю Степана.

— Ну, ладно тебе, ладно. — Степан Аристархович аккуратно погладил Верочку по голове. — О чем ты там хотела попросить?

— Ой, да. — Вера достала с кармана платочек. — До всей этой путаницы с моей смертью в Гватемале, я успела подписать договор на экспорт с тамошней компанией, — промокая слезы, начала Верочка. — Хотя, думаю вам Федор Михайлович и так должен был рассказать об этой сделке.

— Да. да припоминаю. — Поправляя очки на носу включился в диалог Степан Аристархович.

— Так вот, мне нужен человек, который бы отслеживал весь процесс непосредственно изнутри. Вы не против? — Хитро прищурив левый глаз и улыбнувшись, наконец задала вопрос Верочка. Степан Аристархович аккуратно снял очки с носа, достав из кармана костюма специальную тряпочку протер их и водрузил обратно.

— То есть я сейчас правильно понял, ты хочешь что б я переехал в Гватемалу? — Немного ошарашено переспросил дядя Степа.

— Угу. — Утвердительно махнула головой, все так же хитро улыбаясь Верочка.

— Но это же очень долгий контракт. А как же моя Машенька? — Старичок растерянно смотрел на Веру.

— Дядечка Степушка, Марья Михайловна поедет с вами, если хотите можете хоть всех забрать в Гватемалу, там прекрасный, большой особняк. А какой в нем управляющий. Вы подружитесь, он вам обязательно понравится. — Настаивала Верочка.

— А как же ты? — Понимая что уже согласился, только и смог спросить Степан Аристархович.

— А я буду иногда приезжать с проверками. — Подмигнула Верочка дядюшке.

— Ну если только с проверками! Тогда конечно да. Я согласен. — На конец улыбнулся Степан Аристархович.

— Вот и договорились. А теперь пойдемте, а то меня журналисты растерзают за столь долгое ожидание.

— Я вот только одного не понял, — уже по дороге между кабинетом и залом для пресс-конференций, аккуратно спросил Степан Аристархович, — а куда делась Томочка?

— А Тамару я отправила в санаторий, — улыбнувшись лишь одной частью лица ответила Верочка. — После пережитого стресса ей очень нужно было. Да вы не волнуйтесь за нее Степан Аристархович, там прекрасные условия, мягкая палата, трехразовое питание и постоянный, пристальный присмотр медперсонала. Вы же знаете как я ценю своих работников

P.S.

Хотелось бы выразить отдельную благодарность двум прекрасным дамам, оказавшим небольшую, однако весомую помощь в написании второй части «Истории трех убийц. Когда крышка гроба захлопнулась»

Елене Сон и
                                                          Юлии Колошиц