Густые, на зависть, ресницы вспорхнули и опустились, наполовину прикрыв полный ярости взгляд сияющих расплавленным золотом глаз с вертикальным зрачком. Широкая мужская ладонь легла на основание моей шеи, точно примериваясь. Я ощутила легкую шероховатость пальцев, тепло и крепость, и невольно вжала затылок в пол чуть сильнее.
1 Ұнайды
Синий дракошка с зеленым хохолком уселся на подоконник, наклонив набок голову.
Все-таки человек – существо социальное, и долго жить в одиночестве ему нехорошо.
– Оружие – это всего лишь инструмент. Оно не злое и не доброе. Все зависит от того, в чьих оно руках
массового поражения, блин! Да еще и наверняка сильно «за дорого». «Дихлофос» – и тот приятней
– Ну и выдумщик! Угу!
– Да я правду говорю! Оно отступило!
Тут из-за спин появилась невысокая Рисанна. Ухватив брата за ухо, повела его прочь, что-то тихо выговаривая. До меня только и доносилось: «Но… Да я!.. Уй!» – Вихрастая голова мотнулась от подзатыльника.
Похоже, сестра и шанса не давала мальчишке, но что-то меня в его поведении насторожило.
– Отставить! – рявкнула я так, что сама же едва каблуками не щелкнула. – Что здесь происходит?
Все снова загалдели одновременно, а Нанька за попытку ответить схлопотал еще один подзатыльник от сестры.
– Рисанна, прекрати бить ребенка!
– Да какой же он ребенок, ньера? Лоб здоровый! – возмутилась девушка.
– Тихо! Наний, подойди и расскажи толком, что у вас случилось? – Я протянула руку, и народ расступился, пропуская пацана.
Его сестра недовольно нахмурилась и поджала губы. Я строго обвела двор глазами и приказала:
– Чего встали? Дел, что ли, нет?
Командовать было непривычно. Даже неловко. Но я чувствовала, что только так смогу заслужить авторитет среди этих людей. Я потянула не слишком охотно шагающего Наньку за руку в сторону. Интуиция так и кричала, что дело может оказаться важным.
– Ньера, да ерунда это… Права Риска, – пристыженно замялся парнишка, когда я попросила его повторить слово в слово то, что он рассказал остальным.
– Как ерунда? Ты не похож на глупого, Наний. Не думаю, что ты стал бы голосить так из-за пустяков.
– И не стал бы! – приосанился парнишка.
– Тогда рассказывай, да говори все толком!
Первая часть обстоятельного рассказа была о том, как он спорил с мальчишками, как они отказывались его брать с собой, что не расходилось с рассказом Айи. Но когда он закончил, я воскликнула:
– Что?!
– Да я же сказал, ерунда… – Нанька снова замялся.
– Я верно поняла, что море отступило далеко от берега, обнажив дно, и теперь эти два шалопая бродят там, собирая раковины?
– Ну да…
Еле сдержалась, чтобы не выругаться вслух! Как давно это было? Шел Нанька или бежал? Раздумывать уже некогда, и я рванула бегом, не обращая внимания на крики позади
– Послушай, у меня есть одна книга про лекарственные растения и снадобья.
Я не знала, умеет ли Айсана читать, и теперь пыталась понять это по ее реакции.
– Книга? Ньера Линдара, а можно мне хоть одним глазком на нее взглянуть? Пожалуйста! – не разочаровала меня Ася.
Ее глаза загорелись живым любопытством, а голос едва ли не дрожал от сдерживаемого восторга. Читать Айсана определенно умела.
– Конечно можно! Сейчас я ее принесу. Соник! – позвала я цветодрака, подкрепив слова мысленным зовом.
Дракошка прилетел мгновенно, будто только того и ждал. Надо сказать, что он молодец, его стремительное появление произвело должный эффект.
– Ух ты! Он слушается! – с восторгом уставилась на него Ася.
Мне понравилось, что у нее не возникло стремления прихлопнуть дракошку.
– Соник, скажи, можно ли использовать какой-нибудь бутон солнцееда, в котором никто не живет? Лепестки требуются для лекарственного снадобья.
– Лина, солнцеедов осталось мало… – Дракончику не слишком понравилась моя просьба. – Они очень нежные и плохо всходят в последние годы.
– Ясно. А мы можем как-нибудь помочь вырастить больше цветов?
– Да. Если выполоть все сорняки, то, возможно, семена смогут прорасти следующей весной. Солнцееды слабые поначалу, а плетенка, корявка и бешенка забивают всходы напрочь. Старожилы переживают, что через несколько зим их и вовсе не останется…
– С прополкой мы вам поможем. Семена соберем и сохраним. И поливать будем, если понадобится. Все, что нужно, сделаем. Особенно если ты поможешь отыскать в библиотеке книгу по уходу за редкими цветами.
– Правда? Лина, я так рад! Раньше за садиком ухаживал садовник, так говорят старожилы. Без помощи человека солнцеедам не выжить.
– Тогда и у нас будет садовник. Со временем. Решено! А пока отведи, пожалуйста, Асю и укажи ей тот цветок, которым можно пожертвовать, ладно?
– Хорошо, но лучше взять по паре лепестков с разных бутонов.
Я передала слова Соника Айсане, которая слышала только часть разговора. Ответы Соника для нее остались загадкой. Они направились в садик, а я снова потопала к себе за справочником
вы все больше молчали и смущались. А потом и советник замолчал…
– Эх, жалко…
– Мне вдруг стало любопытно до одури, какое платье носит ньера Тень и что же между вами происходит. Я осторожно выглянула из-за кустов. Понимаю, глупо. Но мне тогда было всего-то шестнадцать, и я не осознавала всей опасности…
– О! Как видишь, сейчас ньера Тень предпочитает платьям штаны и рубаху. – Я рассмеялась. – И что ты увидела?
– Ну вот, выглянула я, значит, по глупости и увидела, как он вас целует в губы.
Ася зыркнула на меня смущенно, но я продолжала внимательно ее слушать, не пряча глаз.
– Советник целует Тень дракона – это… Это просто неприемлемо! – возмутилась Айсана.
– Ну… Может, тому были причины? Может, советник ей нравился больше? То есть мне, – поправилась я.
– Тень дракона – неприкосновенна! Она только для драклорда! А ты едва прибыла в замок, уже наставила рога его хозяину – алмазному дракону! Потому и случилась беда. За это Дракон-Прародитель покарал наш Предел! Ой… – Выпалив все это, Ася прикрыла рот ладонью, испуганно уставившись на меня.
Эмоции взяли верх, но я могла ее понять. На ее глазах попрали каноны. Можно сказать, оскорбили чувства верующих. Зато теперь я точно знала, что следует быть еще осторожнее, ведь очевидно, что грехи той самой Линдары приписывают мне.
Сначала Реджинхард Берлиан назвал меня предательницей, потом деревенские пялились на мой кинжал так, словно я сердце младенцу у них на глазах вырезала, и теперь вот это. Что-то подсказывает: случившееся семь лет назад в замке (да и во всем Пределе Дракендорт) не обошлось без моего участия. То есть без участия той самой Линдары, будь она неладна! И мне еще только предстоит эту кашу расхлебывать.
Пока я имею дело с кучкой деревенских, для которых стала спасительницей. Меня не вздернут на виселице хотя бы из чувства благодарности. Но что, если ситуация изменится?
– Ася, ты кому-нибудь рассказывала об увиденном?
– Нет, – мотнула головой Айсана. – Да и вряд ли бы мне кто-то поверил.
– Хорошо. – Заметив недоуменный взгляд девушки, я пояснила: – Понимаешь, ты видела не совсем то, что тебе показалось.
– Как это?
Что бы ни натворила Линдара, самым разумным будет валить все грехи на нехорошего человека Тапределя.
– Ну… Я тогда была молода, неопытна и очень стеснительна. Подлый советник воспользовался моментом и поцеловал меня. Он сделал это неожиданно, и я растерялась. А что было потом, ты разглядела?
– Я спряталась, а когда рискнула снова выглянуть, Тапредель был один. Он стоял, смотрел куда-то на стену и улыбался. Нехорошо так. Мне от этой его улыбки стало совсем не по себе…
Похоже, Линдара сбежала от навязчивого ухажера, и это было мне на руку.
– Вот видишь! Неужели ты думаешь, что я бы изменила своему дракону с каким-то там советником?
– Действительно глупость! – согласилась со мной Ася. – Драклорд – такой видный мужчина, да еще и с душой дракона. Советник ему и в подметки не годится!
Согласно кивнув, я поинтересовалась:
– Тапредель тебя так и не заметил?
– Нет. Я дождалась, пока он уйдет, и с
– Но малых-то можно по домам отправить? – с надеждой спросила Айсана.
– Нет, Ася. Не можно! Ты и сама это знаешь, – не стал подавать ложную надежду Бран.
– Но как же…
Остальные девушки загомонили наперебой:
– Идти далеко, дети не выдержат дороги!
– Да и кормить их нам нечем. Мы-то сами перекантуемся…
– Можно было бы везти их на повозке, но у нас ее нет.
Ася с надеждой посмотрела на меня.
– Не нужна вам никакая повозка. И уходить никуда не придется. Все вы поместитесь в замке.
– Вы говорите про Дорт-Холл? – нахмурился Бран и тут же сморщился от боли.
Парню требовалась медицинская помощь, и как можно скорей. На ногах он держался на чистом упрямстве, потому что остался один среди детей и девок.
– А что тебя смущает, соха? – улыбнулась я ему. – Или у тебя есть повод, чтобы ослушаться Тень Дракона?
Того, что произойдет после моих слов, я ну никак не ожидала.
Все крестьяне, включая детей, склонились в поясном поклоне. С секундной заминкой это сделали даже Македон и Силан. Припомнив напутствие Соника, я решила не терять инициативы. Пусть лучше в пояс кланяются, чем оспаривают мое право повелевать.
– Замок большой, но в запустении, а мне нужны верные люди. Прислуга, охрана и работники. Детишкам тоже место найдется. Полагаю, ничего страшного не случится, если они будут навещать родственников в деревне, когда захотят. И это… – Я не знала, как правильно сказать людям, чтобы наконец спины разогнули. Ужасно неловкое чувство! – Идемте, у нас еще много дел. Нужно обустроиться и приготовить пищу.
Когда мои новые подопечные перестали кланяться, на меня с надеждой уставилось больше двадцати пар глаз.
– Отлично, – проворчала я, успокаивая себя. – Единственное… У меня плоховато с едой. Нужно будет что-то придумать
Когда до меня осталось чуть меньше метра, я не выдержала:
– Стой! Стой!
К счастью, Сфира выполнила и этот приказ тоже.
Сделав несколько глубоких вдохов, я присела и протянула руку. Преодолевая отвращение, осторожно дотронулась кончиком указательного пальца до лохматой лапы. Я должна была это сделать. Должна была преодолеть этот страх раз и навсегда. Сглотнув пересохшим горлом, постаралась смягчиться.
– Ты просто голодная, да? Хочешь на волю – туда, где сможешь поохотиться?
К сожалению, меч не научил пауков отвечать на мои вопросы, но мне показалось, что я права. И тут мне в голову пришла идея. Вот только как объяснить паучихе, что я хочу найти одно вполне конкретное место? Поймет ли она фразу «зарядка для меча»?
Я развернула то, что осталось от Рассекающего, и положила его на пол перед собой.
– Сфира, ты знаешь, что это такое? Можешь показать место в подвале, куда следует это отнести?
Я даже не надеялась, что мой экспромт возымеет успех, но паучиха заползла на почерневшую железяку, совсем недавно бывшую мечом, и вдруг резко метнулась в коридор мимо меня. Да так споро, что в глазах потемнело от страха!
В какой-то миг показалось, что она нападает. Я и сама не поняла, когда успела отпрыгнуть так далеко в сторону. Придя в себя, нервно усмехнулась.
– Нет, у меня определенно арахнофобия!
Сфира послушно замерла посреди коридора, словно ждала, когда я присоединюсь к ней. Сграбастав остатки меча, завернула их в тряпку и вышла в коридор. Паучиха тут же пошуршала вперед. Я было направилась следом и тут заметила маленькое белое пятно на стене прямо напротив двери.
Паутина?! Выходит, и она тоже уменьшается утром? Вот почему я не обнаружила гору белой субстанции во дворе!
Сфира терпеливо дожидалась меня у поворота на лестницу. Это невероятно, но так оно и было! Стоило мне продолжить путь, как она оживилась и начала спускаться.
Вот тут и начались проблемы. Оказалось неожиданно грустно наблюдать, как моя провожатая кувырком плюхается с каждой ступени и перелетает на следующую.
– Подожди! – остановила я ее и вернулась в коридор, где отыскала в куче недавно собранного мусора разбитое на две части большое блюдо подходящего размера. – Заползай и сиди смирно. Напугаешь, и я тебя брошу, поняла?