Марин уже в передней.
– Йоханнес, – шипит она. – Что это, скажи на милость?!
Нелла крадется к лестнице и, увидев, что принесли те трое, открывает в изумлении рот.
Посреди передней стоит огромный, почти в полтора мужниных роста, шкаф на восьми изогнутых крепких ножках, зана
