Мой мир умирает раз в сутки.
Я в след провожаю, немея,
Мне как-то тоскливо и жутко
Закат машет раной на шее.
(Кирилл Сотников)
— Алло… Артём, ты помнишь, что до сдачи твоей книги остался всего месяц? То, что ты предварительно присылал, хотя и одобрено, но это всего лишь идея, замысел, но не книга. Я не жду, что ты сейчас скажешь, что завтра всё будет готово. Звоню лишь напомнить о сроках, так что пока наш разговор закончен.
После разговора, а точнее, монолога собеседника Артём просидел, не двигаясь, еще какое–то время. Он отслеживал мысли, которые возникали в голове, стараясь зацепиться хоть за одну стоящую, которую можно было бы обдумать детально. Но мысли либо проносились слишком быстро, чтобы можно было разобрать, хороши они или нет, либо были явно никчемные. Именно последние почему-то возвращались снова и снова, будто назойливые посетители. Артём упорно, но напрасно ждал, что подсознание выдаст нужный совет или хотя бы укажет направление, в котором стоило бы поразмышлять.
— Кто звонил? — спросила, войдя в комнату, Лиза, жена Артёма.
В этот момент мысли наконец-то остановились, решив не пробегать в спешке очередной раз, а потребовать, чтобы хозяин наконец их услышал.
— Звонил Николай Сергеевич, — ответил Артём жене с грустью в голосе.
— Ну и хорошо, что звонил. Значит, ты нужен, и издательство заинтересовано в твоей новой книге, — с улыбкой сказала Лиза и поцеловала мужа в макушку, желая подбодрить творческого супруга.
