Ваня подхватил малыша и поднял на вытянутых руках. Подбрасывать я не давала, памятуя, как, давно еще, подбросили моего племянника. Не поймали. У ребенка – три сломанные кости. У «подбрасывателя» – четыре выбитых зуба.
– Анна Николаевна, я прошу руки вашей дочери Марии.
Ответом мужчине послужило мягкое «бумц». Маман стекла со стула от избытка чуйств-с. И нет, она даже не притворялась. Синяк на щеке, которой она душевно приложилась об ножку стола, до сих пор переливался всеми оттенками весенней зелени.
Великих замыслов, вон, по пивнушкам собирать можно, вам там каждый третий расскажет, как он Америку открывал. Лично, вместе с Колумбом. А как до дела доходит, так громкий пшик на ровном месте. И ничего – кроме дыма и вони.
Великих замыслов, вон, по пивнушкам собирать можно, вам там каждый третий расскажет, как он Америку открывал. Лично, вместе с Колумбом. А как до дела доходит, так громкий пшик на ровном месте. И ничего – кроме дыма и вони.
