фонарщиком, подбегая к дому Бессоновых.
– Извини, братец! – только и выдохнул он, не желая терять ни секунды, и устремился к двери, возле которой дежурил поставленный Свинцовым городовой Пампушко.
– Скажите, Энху, а почему вы таскаете эти башмаки? – поинтересовался Ардов, опустившись на колено и рассматривая обувь на н
