Очутившись на портовой улочке, запруженной чужим, босоногим, пестрым, болтливым, смуглым народом, она испугалась и почувствовала, что углубляться в Стамбул ей совсем не хочется.
Сначала это казалось полной нелепостью и над Сильвио даже смеялись, однако он имел настолько хитрый и самодовольный вид, что даже самое сильное недоверие было вскоре поколеблено.
