Социолог Борис Кагарлицкий [5] подчеркивает, что оттепельное десятилетие стало золотым веком не только для советского общества, но и для западного мира, и находит много общих черт и точек пересечения между капиталистическими и социалистическими странами, переживавшими в середине 1950‑х — первой половине 1960‑х годов культурное сближение. Это была эпоха укрепления социального государства, роста благополучия, время молодых, «эра обоснованного оптимизма» [6]. Граница между официальным и неофициальным, допустимым и недопустимым, оппозиционным и лояльным была зыбкой, идеалы революции не подвергались сомнению, а власть воспринималась не однозначно враждебной, но нуждающейся в определенной коррекции [7]
