Впервые их пути пересеклись во время работы по одному весьма странному делу, имевшему неожиданный конец и доставившему обоим массу острых впечатлений.
личного обыска у них не найдено никаких орудий, которыми можно
И я счастлив, как… как тот твой римский легионер
– Никита просто устал, Катя, – Мещерский смотрел в окно. – И я знаю корни этой усталости: он очень одинок. Мы однажды с ним встречались, давно еще – ну ты помнишь после чего… Посидели у меня дома… Он мне сказал тогда: чувствую порой, что живу в пустыне.
Он говорил все это тихо, внятно, по-деловому и вместе с тем… с каким-то полнейшим равнодушием к происходящему. Словно ему было наплевать – согласится ли клиент на его условия – нет ли… «Он же профессионал, делец, коммерсант, – подумала она. – А тут реальная сделка и барыш крупный, а он ведет себя словно настоящий «пофигист»
Он говорил все это тихо, внятно, по-деловому и вместе с тем… с каким-то полнейшим равнодушием к происходящему. Словно ему было наплевать – согласится ли клиент на его условия – нет ли… «Он же профессионал, делец, коммерсант, – подумала она. – А тут реальная сделка и барыш крупный, а он ведет себя словно настоящий «пофигист»
Он говорил все это тихо, внятно, по-деловому и вместе с тем… с каким-то полнейшим равнодушием к происходящему. Словно ему было наплевать – согласится ли клиент на его условия – нет ли… «Он же профессионал, делец, коммерсант, – подумала она. – А тут реальная сделка и барыш крупный, а он ведет себя словно настоящий «пофигист»
Круглый же, если учитывать его прошлое и новоприобретенную от безнаказанности наглость, вполне способен и на «профиль», интересующий сейчас начальника отдела убийств. – Учти: Васильченко – сопляк, с семьдесят седьмого года он, недоросток еще. А Ваня Говоров – на игле давно и крепко. Зрачки – с булавочную головку.
– С Ваней пусть Андреев потолкует, а я… я бы с Павликом сейчас прокатился. – Колосов недобро прищурился. – Под Котовского он челку все еще носит, нет?
к, о котором…
– Он с автобуса, что ли? Дежурный из Красноглинска звонил – я не въехал поначалу, сообщили только… – но тут Колосов запнулся. И Катя поняла: дежурный сказал ему по телефону что-то такое, о чем намеренно умолчали в разговоре с ней. Нечто такое об этом трупе, что заставило Колосова, даже малость «не въехавши в ситуацию», все разом бросить и помчаться сломя голову из Видного по раскаленной, забитой транспортом дороге сюда, на сорок седьмой километр.
Однако, поразмыслив, Катя решила не торопиться и, придав себе крайне степенный и загадочный вид очевидца (как-никак она оказалась тут раньше этого самоуверенного профи), начала обстоятельно рассказывать Колосову о предшествующих страшной находке событиях.
Никита (и это тоже было на него не похоже) на этот раз не спешил на место происшествия: он стоял, терпеливо слушая Катины сбивчивые: «а потом мне сказали… вещи… анаша в сумках… а потом челноки…»
– Так, ладно. Пропавший, сбежавший, сгинувший, канувший… пассажир… Ким? Так его сосед называл, говоришь, Катерина Сергевна? Корейское имя. Кореец, значит… Говорят, они собак на свадьбах едят, тех, что с синими языками, – чау-чау. – Колосов внезапно вскинул на Катю быстрый взор и тут же опустил глаза, а окончание этой нелогичной тирады вообще оказалось неожиданным: – Ты туда не ходи. Лучше посиди со своими телевизионщиками в холодке. Нечего тебе там смотреть.
И по тому, как он это произнес, Катя поняла: дело очень серьезное. Более того – дрянь дело. И легкомыслие тут уже не то что неуместно, а даже просто неприлично.
Но она не успела его ни о чем спросить: рядом затормозила старая, вся в пятнах коррозии прокурорская «Волга» – прибыл прокурор Красноглинска. И через минуту они с Колосовым уже спешили к оврагу, тихо, но горячо что-то на ходу обсуждая. Катя же осталась у машины.
Прошло минут пять. Сейчас, вспоминая в своем родном кабинете пресс-центра ВСЕ ЭТО, Катя думала о том, что в те мгновения в ней, видимо, сработал инстинкт самосохранения, предупреждавший ее: НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО. ОСТАНЬСЯ ЗДЕСЬ: ПОСЛЕ УЗНАЕШЬ ВСЕ С ЧУЖИХ СЛОВ, И ТАК БУДЕТ ЛЕГЧЕ, ПОТОМУ ЧТО ПРО ЭТО ЛУЧШЕ УСЛЫШАТЬ, ЧЕМ УВИДЕТЬ ВООЧИЮ. Увидеть… А еще она думала (а по спине полз, полз противный липкий холодок): СКОЛЬКО ЖЕ, ОКАЗЫВАЕТСЯ, КРОВИ В ЧЕЛОВЕКЕ… Целое море. Безбрежный красный океан.
Подъехала «Скорая». Видимо, кто-то из сотрудников милиции вызвал ее