– Конечно, периодически находились удальцы и вызывались расправиться со «всей этой чертовщиной». Если я навешивал им пенделей, обиженные, но гордые горцы уходили ни с чем и заявляли своему клану, что убили меня, но я тотчас же воскрес.
Я поняла, куда он клонит, и меня вовсю разбирал смех.
– А если они начинали одерживать верх, я преспокойно сматывался от них домой. Дальше все повторялось по прежнему сценарию: «побежден – убит – воскрес», потому что я снова возвращался.
– Значит, это поэтому, – я еле говорила, задыхаясь от смеха, – у тебя когда-то было прозвище Маклауд?
